Василий Ильченко: «Другой жизни для себя я просто не представляю»

Начальник Токаревского маяка о наследственности и ответственности
Ольга Шипилова | «Другой жизни для себя я просто не представляю»
Ольга Шипилова
Анкета
Василий Ильченко, начальник маяка Токаревский (г. Владивосток). 
Родился в 1944 г. во Владивостоке.
После окончания средней школы поступил в мореходное училище (МГПТУ) № 5, получил специальность радиооператора-электронщика. С 1964 по 1967 г. служил в армии на Камчатке. После службы вернулся в Приморье.
Работал в Управлении Крабофлота («Дальморепродукт» впоследствии). Нынешнюю позицию занял в 1975 г. после прихода в Гидрографическую службу Тихоокеанского флота.
Женат, есть две дочери и четыре внучки.

Он называет себя рожденным на Токаревском маяке и уже четыре десятка лет управляет им — старейшим из всех во Владивостоке. При этом в распоряжении Василия Ильченко, потомственного маячника, не только «башня с фонарем», но и целый городок.

— Токаревский маяк — вот изначальный и старинный символ столицы Приморья. В этом году ему исполняется 105 лет! — рассказал Ильченко. — Имею в виду именно эту всем известную белую башню, что открывает кораблям путь во Владивосток в самом узком месте пролива Босфор Восточный. Ее построили в 1910 г., хотя как таковой маяк был основан здесь еще в 1876 г.

— Василий Иванович, будучи начальником маяка, вы все рабочее время проводите в этой башне?

— Башня Токаревского маяка — она как бы сама по себе, не требует постоянного присутствия персонала в ней. А вот маячный городок — другое дело. Именно в нем я и провожу все свое время, так как живу всю жизнь тут же, на территории маячного городка, как и прочие мои коллеги по работе. Собственно, я и вырос здесь же, отец мой еще до Великой Отечественной войны заступил на пост начальника Токаревского маяка, а после его ухода на пенсию я сменил его на этом посту. Только открыл утром глаза — и я уже на работе. Здесь нужно следить за состоянием радиостанции, дизельных генераторов и прочих технических устройств, которые обеспечивают бесперебойную работу нашего маяка. А башня что? Стоит себе, второй век разменяла.

— О развитии туристического бизнеса на вверенной вам территории вы не думали?

— Таких мыслей нет. Ибо Токаревский маяк — подведомственный Тихоокеанскому флоту, объект Минобороны в сущности. И здесь действуют три правила: чужих не пускать, ничего посторонним не показывать и лишнего не болтать.

Когда только начиналось строительство маяков в России, они были в частном владении. Но уже в XIX в. при царе Александре I все российские маяки перестали быть частными и были вверены государственному морскому ведомству. С тех пор и обеспечивается строгий надзор на маяками. Хотя после перестройки многие даже атомные маяки, например, на Севере России, остались заброшенными. Но Токаревскому маяку это не грозит.

— Почему вы так уверены в этом? Ведь с развитием технологий навигации маяки перестают быть столь необходимыми, как раньше.

— Действительно, с развитием технологий, средств связи и навигации значение маяков утрачивается. Прогресс движется вперед, суда начинены всевозможными устройствами, которые позволяют им теперь обходиться без маячного света для ориентации на акватории. Но не думаю, чтобы маяк закрыли. Это объект стратегический! Вот представьте только, что связь со спутниками вся отключится, любая, владеющая космическими средствами страна может сделать такой ход, например. И что тогда? Кораблям без маяков никак не обойтись. Они должны быть и поддерживаться в состоянии готовности при любом техническом прогрессе, так как стопроцентной гарантии неуязвимости современных средств связи и навигации нет. Отказываться от маяков нельзя, несмотря на все затраты по их содержанию.

— Изменился ли как-то ваш маяк за более чем вековое существование?

— Внешне — никак. Башня выглядит сегодня абсолютно так же, как и 105 лет назад: белая, круглая, каменная, почти 12 м в высоту, светит белым и красным огнями — как положено по штату, огни видны на 12 миль. Однако «начинка» Токаревского маяка менялась неоднократно, по мере развития техники в мире. В советские времена Токаревский маяк оснастили еще и наутофоном — звукосигнальной установкой. Но она с годами пришла в негодность, запчастей после развала СССР было не достать, да и надобности в звуковых сигналах к XXI в. уже не было. На данный момент наш маяк — полностью автоматизированный, как и большинство ему подобных.

— Говорят, в былые годы маячный городок соединялся с Токаревской кошкой мостом…

— Мост существовал до 80-х годов. Он был выстроен для более удобного сообщения маячного городка с маяком. Но конструкция моста была деревянной, морская вода уничтожила ее. Сейчас вот лишь ржавые сваи торчат кое-где, напоминая о былом. Но мы не жалуемся, ходим до маяка своей дорогой, теперь уже покрытой свежим асфальтом — благо городские власти поспособствовали.

— Маячники — что это за люди вообще? Где вы набирали кадры для службы на этом объекте?

— Служат на маяках большей частью мужчины, так как это подразумевает порой тяжелый физический труд. Кадры я набирал не далеко, в том числе в семейном кругу. Нас на Токаревском обычно работает не больше четырех человек. Большего числа такой маяк и не требует. Считаю, на маяках вообще должны работать родственным кругом, чтобы были полное взаимопонимание и, при случае, быстрая взаимозаменяемость.

Нас, маячников, не могу назвать каким-то особенным народом. Люди здесь работают такие, кто разбирается в технике, умеет трудиться и головой, и руками, а также и по хозяйственной части. Дотошность, внимательность и скрупулезность — вот качества маячников, делающих ежедневные обходы наподобие путевых на железной дороге. И наши главные функции — ремонт оснащения, заправка механизмов и т.п.

— 40 лет работы на одном маяке. Неужели это и было вашей главной мечтой в жизни?

— Несмотря на то, что рос в семье маячника, я мечтал все-таки стать космонавтом. Или моряком. Второе оказалось вполне реально для мальчишки из Владивостока. Однако быть моряком мне не слишком понравилось из-за долгого пребывания в море, вдали от всех дорогих тебе людей. Ходил на краба, сайру и прочие дары моря. Но такая работа длительностью в шесть-девять месяцев навевала на меня невыносимую тоску. В итоге я пришел работать по призванию в Гидрографическую службу и на Токаревский маяк, с которым судьба связала меня от самого моего рождения. И другой жизни я просто не представляю для себя.

— Чем в свое время вас привлекла стезя маячника?

— Во-первых, это был самый легкий путь обзавестись жильем здесь же, в маячном городке. Но кроме этого мне нравилась и сама работа, ее неспешный ритм, спокойствие, ощущение полной самостоятельности — ты сам отвечаешь за все, сам принимаешь решения и претворяешь их в жизнь по удобному для тебя расписанию. Между делом и книжку можно почитать. Труд здесь вроде бы простой и понятный, в то же время не самое обычное место работы — маяк. Есть своя романтика.

— Многие владивостокцы приезжают на Токаревскую кошку провести свободное время. А вы отсюда куда выбираетесь на отдых?

— Отдыхать предпочитаю на природе, хотя и работаю практически в природной среде, у моря. Чаще всего ездим с семьей на остров Русский. В город выбираться не люблю. Что я там не видел? Лишь пыль, толкотня и суета. Иное дело здесь, на Токаревской кошке!

Комментарии (0)
Отправляя комментарий, вы соглашаетесь с Политикой конфиденциальности.
НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ