Виталий Комогорцев: «Мы становимся менее доверчивыми и более циничными»

Приморский адвокат о том, почему юридические знания нужно давать еще в школе
 «Мы становимся менее доверчивыми и более циничными»
Анкета
Виталий Комогорцев, один из учредителей Коллегии адвокатов Приморского края «Комогорцев, Михалёв и партнеры».
Родился в 1979 г. в г. Чите, учился в школе в поселке Жирекен Читинской области. В 2001 г. закончил Томский государственный университет систем управления и радиоэлектроники по специальности «проектирование и технология радиоэлектронных средств» с присвоением квалификации «инженер-конструктор». В 2008 г. окончил ДВГУ по специальности «юриспруденция».
С 2002 г. — инженер-конструктор на ОАО «ВОП «Гранит» концерна ПВО «Алмаз-Антей», с 2005 г. — помощник адвоката, а с 2009 г. — адвокат в коллегии адвокатов «Базылев и Ко». С 2012 г. — самостоятельная адвокатская деятельность. С 2014 г. и по настоящее время — один из учредителей Коллегии адвокатов Приморского края «Комогорцев, Михалёв и партнеры».
Женат, две дочери.

— Виталий Валерьевич, как получилось, что вы сменили «физику» на «лирику»?

— Я вырос в таежном поселке с населением в 5 тыс. человек, а градообразующим предприятием был горно-обогатительный комбинат по добыче молибденовой руды. Скорее, отсюда выбор первого образования. Высшая математика, начертательная геометрия — учился я хорошо. В 1998 г. мои родители с двумя родными братьями переехали в Приморье, в поселок Раздольное. Я в это время учился в университете в Томске. Когда в 2001 г. я закончил университет, то решил присоединиться к семье. Приехал сюда со своей девушкой, которая потом стала женой. Сначала работал на оборонном заводе. Однако быстро понял, что специальность инженера — не мое, поступил в ДВГУ на заочное отделение юридического института. Будучи студентом третьего курса, устроился в известную коллегию адвокатов.

С первых дней работы я понял, что адвокатура — это мое призвание. С тех пор я с утра до ночи на работе, практически без выходных, не бываю в отпусках и при этом не устаю. Со временем занялся самостоятельной практикой. Затем с моим сегодняшним партнером основали собственную коллегию адвокатов. Спектр нашей деятельности обширный, занимаемся в том числе и уголовными делами по должностным преступлениям.

— Сейчас все больше чиновников преследуется в уголовном порядке. Как вы считаете, здесь больше политики или действительного желания сделать Россию правовым государством? Например, как выглядит в этом контексте ситуация с Игорем Пушкаревым?

— С одной стороны, по ряду позиций следственные органы ведут себя обоснованно. Но по большей части — необоснованно. Происходят обыски, задержание при поддержке СОБРа, применение меры пресечения в виде заключения под стражу. При этом закон позволяет применять меры более мягкого, цивилизованного воздействия. Верховный суд РФ постоянно разъясняет нижестоящим судам, что не стоит часто пользоваться такой репрессивной мерой, как заключение под стражу, а тем более при дальнейшем продлении этой меры пресечения.

Конечно, глава муниципального образования или городского округа обладает властными полномочиями, но в любом случае это «техническая» должность. Существуют структурные подразделения администраций, которые готовят для главы каждый документ. Когда глава подписывает документ, это значит, что над вопросом работало большое число соответствующих специалистов, отделов, вопрос прошел стадии согласования, проверку, а следовательно, соответствует закону. А потом за это предъявляют и наказывают, причем зачастую только главу. Ситуация с главой Владивостока параллельна ситуациям с другими главами муниципальных образований и городских округов, которые взяты под стражу.

Есть еще такая проблема, общая для нашей правоприменительной практики. Людям вменяют в вину то, что еще вчера не являлось преступлением, притом что закон не изменился. Это неправильно.

— Что касается положения предпринимателей?

— Здесь законодательство и правоприменение также не стоят на месте. Меру пресечения в виде заключения под стражу лишний раз уже не применяют. Раньше при заключении предпринимателя под стражу на первых этапах следствия, как правило, спасти бизнес уже не получалось. Сейчас это хотят исправить. Тем не менее довольно часто люди привлекаются к ответственности и теряют свой бизнес.

У этой проблемы очень неоднородная структура и неоднозначное понимание. В ряде случаев происходят передел сфер влияния внутри бизнес-сообществ, рейдерские захваты. Иногда предприниматель при ведении бизнеса придумывает различные, как ему кажется, законные схемы, чтобы уйти от дополнительных налоговых нагрузок или административных барьеров. При этом с виду сделки законные и раньше таковыми признавались. Но при сегодняшнем дефиците бюджета и соответствующей экономической ситуации око государево стало усматривать здесь преступление и наказывать. Что несправедливо.

— В выборе клиента вы можете следовать личным пристрастиям и антипатиям? Кого не стали бы защищать ни при каких условиях?

— Считаю, каждый должен иметь возможность защищаться и как минимум быть услышанным. Должен торжествовать закон, а не предвзятость.

— Считается, что в России правит обвинительный уклон, а интересы государства защищаются в ущерб интересам граждан.

— Такие явления есть, и с этим пытаются бороться. Но побеждают доказательства по делу. Если они в пользу лица, которое защищается, человек или организация выиграет. Если есть неопровержимые доказательства невиновности в уголовном процессе или гражданском деле, они, безусловно, будут учтены судом первой или последующих инстанций. Порой таковых просто не имеется.

Мне нравится элемент состязательности в судах. Хорошо знать закон — это одно. Прочитать закон, комментарии к нему может каждый. Другое — посмотреть на вопрос системно, нетривиально подумать, а затем найти доказательства. Допустим, через месяц заседание. Мы командой подготавливаем козыри, которые будем доставать и бить карту нашего оппонента. Опрашиваем людей, свидетелей, подбираем документы, излагаем позицию с точки зрения законодательства и добытых доказательств в письменном виде.

— Всегда ли красивый, эффектный монолог адвоката бьет в десятку?

— Уметь говорить нужно. Были и остаются адвокаты, в том числе в Приморье, которые обладают даром говорить с ходу, они не пишут себе речи, импровизируют. Но мы такого позволить себе не можем. Речи пишем, шлифуем. Иной раз в написанное и не заглянешь, но подготовка сама по себе позволяет выработать речевые конструкции, которые затем используешь.

— Чем нужно обладать, чтобы сделать успешную карьеру адвоката?

— Прежде всего, необходимо обладать юридическими знаниями на очень высоком уровне. Обладать жизненным кругозором, смекалкой. Нужны психологические навыки. Иногда захлестывают эмоции, но требуется сохранять здравый рассудок. Уметь говорить и уметь молчать, когда нужно. Уметь задавать вопросы и получать на них ответы. Надо быть добрым к людям, проявлять сочувствие, помогать делом человеку, который к тебе обращается. Независимо от должности и его социального положения.

— Многие годы адвокатской практики как-то повлияли на ваше мировоззрение или вам удалось защитить свой внутренний мир?

— Если сравнить собственные фотографии, например, 2005 г. и 2015 г., то в первом случае глаза были прозрачнее, во втором — с оттенком понимания природы вещей. Люди к нам обращаются, когда у них что-то случается, как правило, нехорошее. Волей-неволей быстрее получаешь жизненный опыт. Мы становимся менее доверчивыми и более циничными. Также наличие опыта позволяет достоверно предвидеть развитие событий у клиента. Но когда говоришь, как будет развиваться ситуация, человек зачастую в это не хочет верить.

— Действительно ли уровень юридической грамотности россиян низок?

— Во-первых, юридической безграмотностью граждан однозначно пользуются. Во-вторых, вопрос, который каждый гражданин мог бы решить за пять минут, перерастает в судебные процессы. Юридические знания нужно давать в школе, причем начинать необходимо с практических вещей, а не с изложения теории государства и права. Некоторые адвокаты, допустим, Любарский, проводили такие уроки.

Для примера: у вас не хотят принимать в магазине сломавшуюся технику? Нужно знать закон о защите прав потребителей. При задержании — знать о праве на звонок адвокату, о статье 51 Конституции РФ, которая позволяет не свидетельствовать против самого себя и близких родственников. Когда ваш автомобиль останавливает сотрудник ДПС и просит вас приседать или посмотреть в свет фонарика, можно объяснить, что у него другие права и обязанности. Приходите в управляющую компанию, а вам говорят, что ваш дом им не интересен и он более не обслуживается? Вы должны понимать, что есть договор, и он действует, поскольку ни одна из сторон не заявила о его расторжении. Это все сиюминутно возникающие ситуации, которые при наличии минимальных познаний в юриспруденции могли бы быть разрешены гражданами на месте.

— Как вы проводите свободное время?

— Несмотря на то, что наш офис расположен в центре Владивостока, я проживаю в поселке Раздольное, где много моих родственников. Проводим свободное время вместе. Вместе с дочками и женой изучаем английский. Читаю, в том числе детективы. Смотрю фильмы. Из последних сериалов, связанных с нашей профессией, очень понравился «Лучше звоните Солу».

Константин СЕРГЕЕВ, фото автора

Комментарии (0)
Отправляя комментарий, вы соглашаетесь с Политикой конфиденциальности.
НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ