Сокровища Приморья: что, как и где

Почему самый большой клад до сих пор лежит на дне Уссурийского залива
pixabay.com | Сокровища Приморья: что, как и где
pixabay.com

Поиски сокровищ являлись отличительной особенностью предпринимателей, попадавших на Дальний Восток и впитывавших его романтику. Интересный соответствующий факт имеется и в биографии Густава Кунста — широко известного владельца сети крупных универсальных магазинов в Азии «Торговый дом «Кунст и Альберс».

Знаменитый писатель Роберт Льюис Стивенсон, желая поправить здоровье, в 1890 г. покинул Англию и поселился на одном из тихоокеанских островов Западного Самоа, в столице этой колонии — городе Апиа. Там по совету знакомого американца он купил 120 га тропического леса и построил два двухэтажных дома, назвав поместье Ваилима — «Пять вод». По воспоминаниям современников, поместье представляло из себя «весьма изящное и весьма дорогое сооружение». Именно здесь Стивенсон и написал свой знаменитый роман «Остров сокровищ».

В то время Апиа находилась под совместным управлением Англии, США и Германии, с заметным превалированием германского влияния. Четыре года спустя Стивенсон скончался, а с 1899 г. Самоа полностью стало германской колонией. Тогда жена писателя Фанни Стивенсон продала Ваилиму владивостокскому купцу Кунсту, которого привлекли слухи о якобы спрятанном Стивенсоном на территории поместья перед самой смертью кладе.

Однако, перерыв все поместье, Кунст клада не нашел и сдал поместье под резиденцию немецким властям, а его наследники продали Ваилиму в 1911 г. германскому правительству. Но кладоискательские страсти приморцев не утихают до сих пор — на это указывают дырки в дымоходах старых домов Владивостока.

Что можно найти

«Летом 1912 г. состоялась торжественная закладка Владивостокской крепости на 7-м форту. Мне шел тогда 10-й год, и я с двумя братьями, Альфонсом и Серафимом, присутствовал на этом торжестве. На закладку прибыли из Петербурга военный министр Сухомлинов со свитой генералов и офицеров, руководящий состав Владивостокского военно-инженерного управления, — вспоминал один гимназист. — Здесь присутствовали все рабочие форта со своими семьями.

Был торжественный молебен, речи высокопоставленных военных, и после этого бросание золотых и серебряных монет в заранее заготовленную нишу в бетонной кладке. Это делалось в память о закладке крепости. Затем каменщики начали закладывать эту нишу бетонитами на цементном растворе. По-видимому, чтобы не допустить хищения денег, это место первое время охранялось, а затем здесь был возведен большой бетонный массив с надписью на чугунной плитке о закладке крепости».

Корр. «К», будучи на экскурсии в седьмом форте, спросил проводника об этом кладе. «Мы об этом знаем, — подтвердил работник музея. — Где только не искали. Но безрезультатно…»

Машинист Песков из Сибирцево прислал корр. «К» письмо, в котором рассказал, что знает место, где закопана казна некогда стоявшего здесь казачьего полка. На вопрос, почему до сих пор не выкопал, машинист ответил следующее: «Представьте себе квадрат, вернее, по квадрату дома, а к середине огороды. Домов 40, и у каждой семьи нужно объяснять и просить. Я с двумя мужчинами разговаривал в прошлом году, они сказали, что на свой огород никого не пустят. Так что лучший вариант поиска — милиция, районное начальство. Я районному начальству уже давно написал все, что знал».

Самый большой клад Приморья до сих пор лежит на дне Уссурийского залива. О его происхождении свидетельствует заметка из газеты «Далекая окраина» в номере от 9 ноября 1914 г. под заголовком «Поиски парохода «Варягина»: «В 1906 г. в октябре месяце в Уссурийском заливе ударился в мину и взорвался пассажирский пароход «Варягин», совершавший каботажные рейсы в ближайших к Владивостоку водах. При взрыве погибли почти все пассажиры, около 300 человек, и весь груз, а также около 60 тыс. рублей денег золотом.

Спасшийся капитан парохода Овчинников получил разрешение на поднятие парохода. Подготовительные водолазные работы на глубине 13 сажен были произведены еще в прошлом году, и, по словам водолазов, бывших там, груз поднять есть полная возможность, и он частью сохранился, сохранились также и трупы погибших. В последних числах октября после неудачных опытов вследствие штормов удалось затралить и было приступлено к работам по выгрузке. Но по спуску водолазов к пароходу выяснилось, что пароход сильно замыло песком и требует громадных затрат для подъема. Партия водолазов теперь вернулась во Владивосток и, если позволят средства, начнет работы с будущего года».

Но ни средства, ни обстановка не позволили, и груз лежит на илистом дне до сих пор… По ценам сегодняшнего дня сокровища «Варягина» оцениваются в $4 млн.

На углу улиц Семеновской и Пограничной есть маленький скверик, как раз напротив входа на стадион «Динамо». До 70-х годов на месте скверика стояло старинное здание. Когда его разбирали, там нашли тяжелый дореволюционный сейф. Попытались вскрыть на месте — не получилось. Стали вытаскивать, сейф провалился — не выдержал гнилой пол, под которым был старый то ли колодец, то ли ход в подземелье, заполненный грязью. И сейф ушел под землю.

Сейчас на этом месте разбит Парк городов-побратимов Владивостока, и, кто знает, может быть, при его реконструкции рабочим представится возможность разбогатеть. Как это уже случалось в краевом центре.

Что уже нашли

То, что клад найти можно, доказывает следующий факт. В 1973 г. строители рушили старинное здание рядом с почтамтом на Светланской, напротив бургерной. Здание некогда принадлежало богатому ювелиру. После удара чугунной «бабой» по стене дома на землю посыпались золотые царские монеты.

Место тут же оцепили и даже проверяли карманы прохожих. Около 200 штук золотых монет было отобрано милиционерами. И только двое самых хитрых работяг той самой «бабы» спрятали часть червонцев в бочке с соляркой. Никто бы ничего и не узнал, если б один из них не попытался впоследствии расплатиться за водку золотом. Обоих рабочих посадили.

В 1985 г. в селе Молчановка колхозник откопал у себя на огороде мешочек с более чем тысячей монет из золота, серебра и меди. В 1991 г. в селе Новожатково местный житель нашел 114 серебряных монет, последние из которых датировались 1915?г. В 90-х годах в селе Мысовом рабочие копали траншею и обнаружили 44 золотых империала царской чеканки. Все три клада были сданы государству, счастливчики получили причитающееся вознаграждение.

Один пожилой приморский краевед рассказывал корр. «К», что как-то в советское время спугнул в ботаническом саду китайца, что-то раскапывавшего под деревом. Китаец, заметив непрошеного гостя, бросился в лес, оставив на месте пустую ржавую железную банку из-под чая. Банка была дореволюционная, и он выкопал ее из-под дерева, успев вытащить содержимое — наверное, монеты, закопанные здесь его предками еще в незапамятные времена…

Но монеты являются не основной добычей кладоискателей. В Покровском парке корр. «К» встретился с профессиональным кладоискателем Владивостока, иногда выносящим сюда свои находки по выходным на продажу. «На корм кошкам хватает, — рассказал он о доходах от такого вида деятельности. — Самый большой клад я нашел в гостинице «Версаль», когда там шел ремонт и ломали половицы. Так вот, под половицами в слое скопившейся за десятилетия пыли я нашел пропуск, выписанный на имя самого Блюхера, револьвер, золотой червонец, горсть мелких монет разных времен и бутылку коньяка 1931 г. Бутылку я выпил вместе с братом. Вкус — исключительный! Револьвер я сдал в милицию.

Когда ремонтировали угловое здание «Золотого Рога», я попросился внутрь — поискать под половицами и на чердаке. Меня по первости пустили, но затем хозяйка, узнав, что я там планирую найти золото, запретила мне входить, и на чердачную дверь повесили замок.

Основные клады я нахожу на крышах, просеивая через специальное сито чердачную пыль веков. В основном это мелкие монеты, связки старых газет, старые бутылки и прочий скарб. На крыше здания возле гостиницы «Амурский залив» мне посчастливилось найти архив известного владивостокского предпринимателя Жарикова, именем которого назван один из оврагов города. Архив я продал его ныне здравствующим потомкам».

Поддавшись азарту, и сам корр. «К», вооружившись металлоискателем, вместе с приятелем отправился на Шамору, где, по слухам, бежавшие в 1922 г. оттуда на баржах белогвардейцы в пожарном порядке зарывали свои сокровища, надеясь вернуться и откопать. Какова же была радость корреспондента, когда американский металлоискатель начал истошно вопить, показывая залежи неопознанного металла под слоем песка. И каково было разочарование, когда найденный металл оказался слоями пробок от бутылок.

В 1986 г. у поселка Мысового в Шкотовском районе была найдена бутылка со следующей картой «капитана Флинта» Сивицкого, которая сегодня хранится в краевом музее имени Арсеньева во Владивостоке. В 1992 г. на восточном склоне горы Святого Павла экскаваторщик В. Салий и бульдозерист В. Марков, копавшие траншею, вдруг увидели в земле, среди осколков желтого стекла разбитой бутылки, золотые монеты — 44 штуки: золотые 5, 10, 7,5, 15 рублей 1897–1904 гг. Монеты выставили в музее Арсеньева. День их выставления был самым посещаемым в истории музея — 4000 человек!

Юрий УФИМЦЕВ, специально для «К»

Комментарии (0)
Отправляя комментарий, вы соглашаетесь с Политикой конфиденциальности.
НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ