Как гордость Доброфлота стала «призом» для немцев

Останки одного крейсера до сих пор будоражат сознание дайверов
Предоставлено Ю. Уфимцевым | Как гордость Доброфлота стала «призом» для немцев
Предоставлено Ю. Уфимцевым

В 1878 г. Московское общество для содействия русскому торговому мореходству выпустило воззвание к русскому народу с призывом собирать средства на создание вспомогательного военного и торгового флота. Стал создаваться так называемый Добровольный флот, к началу Первой мировой войны ставший одним из наиболее мощных пароходных предприятий России. На линиях работало 44 парохода. 20 из них базировались во Владивостоке. На эти суда легла основная нагрузка снабжения русской армии военным снаряжением, поставляемым из Канады, США и Японии.

В 1909 г. Доброфлот заказал в Германии комфортабельный пароход водоизмещением 4100 т. По существующей традиции пароходы, собранные на народные деньги, называли по имени тех городов, где была собрана наибольшая сумма. На этот пароход больше всего собрали жители Рязани. Новое судно было поставлено на линию Владивосток — Цуруга — Нагасаки, а рязанцы отправили на Дальний Восток делегацию, которая привезла в дар команде корабля чудотворную икону Святого Василия Рязанского. Однако она не спасла «Рязань», в 1914 г. захваченную германским крейсером «Эмден» и ставшую первой гражданской жертвой Первой мировой войны.

Битва в Цусимском проливе

1 августа 1914 г. на крейсере «Эмден» приняли телеграмму с мобилизационным приказом и объявлением состояния войны с Россией и Францией. Утром командир корабля построил команду и зачитал приказ: «Продолжать следовать в направлении Владивостока и начать войну против торговых судов». 3 августа немецкий консул в Нагасаки по рации сообщил, что в городе стоят три парохода русского Добровольного флота, и дал сведения о курсе и скорости «Рязани». Чтобы перехватить «Рязань», капитан «Эмдена» фон Мюллер решился выйти на трассу, связывавшую Нагасаки с Владивостоком, и занять позицию в восточной части Корейского пролива севернее острова Цусима.

В это время в Нагасаки капитан русского парохода «Рязань» Петр Аузан был вызван в агентство Добровольного флота, где консул России в Японии объявил ему, что получено распоряжение идти во Владивосток. Пароход снялся из Нагасаки и под всеми котлами пошел к Цусиме. На борту «Рязани» были размещены 80 человек пассажиров, в основном практикантов — будущих офицеров флота. Были и женщины.

В эту ночь в Цусимском проливе погода была отвратительная: шел сильный дождь, был туман, большая волна и нулевая видимость. Временами налетали шквалы, дул крепкий южный ветер. Утром немного прояснилось, и оказалось, что пароход находится на траверзе северной оконечности острова Цусима. В это время на «Рязани» заметили справа на горизонте дымок. Вглядевшись, при помощи биноклей определили силуэт военного судна крейсерского типа. Это был «Эмден». На нем также заметили «Рязань». Капитан фон Мюллер лично повел корабль в атаку, приняв пароход «Рязань» за русский крейсер «Аскольд».

В машину «Рязани» был передан приказ развить самый полный ход, что давало русским хороший шанс уйти в нейтральные воды: там захват парохода явился бы нарушением международного морского права. Боясь упустить добычу, «Эмден» открыл огонь. Стармех «Рязани» побежал в машину, вызвал машинистов, приказал усилить смазку машины и «дутье Гоудена», а также послал в кочегарку машиниста «сообщить кочегарам, чтобы они шуровали сколько сил хватит». Но «Эмден» имел большую скорость и постепенно нагонял русский пароход.

Снаряды стали ложиться все ближе и ближе. Взрывы были слышны уже по бортам парохода и были настолько сильны, что давали полную иллюзию взрыва корпуса судна. Погоня продолжалась целый час, когда, наконец, «один снаряд взорвался под кормой, так что столб воды попал на ют», и капитан Аузан отдал приказ застопорить машину. Германский крейсер продолжал стрелять, подходя к дрейфующему пароходу, два снаряда перелетело через мостик «Рязани», а один упал с недолетом у левого борта, так как корабль стало разворачивать по ветру лагом к волне.

Аузан приказал дать несколько коротких гудков, после чего стрельба с «Эмдена» прекратилась. Всего «Эмден» выпустил по «Рязани» 12 снарядов. С «Эмдена» спустили шлюпку с призовой абордажной командой из 20 чел. Команда поднялась на борт русского корабля, но капитан Аузан заявил, что спускать русский флаг не будет и пусть это делают сами немцы. Лаутербах послал шлюпку на «Эмден» за германским флагом.

Подняв на «Рязани» флаг, немцы повели ее в город Циндао, являвшийся в то время германской крепостью в Китае. Утром 6 августа «Рязань» в сопровождении «Эмдена» вошла в порт.

Превращение в «Корморан»

Русской команде приказано было покинуть пароход, захватив с собой багаж. Всех поместили в пустой пакгауз под охраной германских солдат, где продержали целый день до вечера «без пищи, только на одном черном хлебе, доставленном на автомобиле, в обертке из вощеной бумаги и перевязанной ленточками». Вечером русские были переведены на окраину Циндао и размещены в столовой китайской школы. На следующее утро, 7 августа, капитан Аузан был вызван в суд для оформления парохода в качестве германского приза.

Капитан выразил протест против того, что их судно было захвачено в «нейтральных водах». Однако суд конфисковал «Рязань» в соответствии с призовым правом, сочтя аргументы русских недоказанными. Утром 8 августа всю русскую команду отправили по железной дороге во Владивосток, предварительно взяв со всех подписку о неучастии в войне против Германии и ее союзников.

Во Владивостоке началось расследование инцидента. Сначала Аузана обвинили в преднамеренной сдаче судна немцам, но в процессе разбирательства были выяснены все обстоятельства и Аузан был оправдан.

Захваченную «Рязань» немцы переоборудовали во вспомогательный крейсер, дав новое имя — «Корморан» и вооружив восемью орудиями. 10 августа «Корморан» покинул гавань Циндао. Много месяцев корабль путешествовал по просторам Тихого океана, но, не имея возможности пополнять запасы угля и провизии (все порты были в руках союзников), зашел в гавань американского острова Гуам. Однако американцы придерживались нейтралитета и отказались снабжать «Кормаран» углем. Не имея возможности уйти, «Корморан» простоял в порту Гуама до апреля 1917 г. Все попытки России вернуть судно дипломатическим путем не увенчались никакими успехами.

Вступление США в Первую мировую войну на стороне Антанты привело к тому, что 7 апреля 1917 г. на борт «Корморана» поднялся в качестве парламентера адъютант американского губернатора лейтенант Оуэн Бартлетт. Он привез письменное требование губернатора о «безоговорочной капитуляции». Командир «Корморана» отказался спустить флаг и сдать корабль. После отъезда парламентера корветтен-капитан отдал приказ: «Все наверх! Шлюпки на воду! Корабль подорвать!»

Пароход с развевающимся германским военным флагом пошел на дно на рейде острова Гуам. 13 человек ушли на дно вместе с кораблем. Вскоре они были подняты и с почестями похоронены американцами на военном кладбище Гуама. Около 360 человек команды сдались в плен, были интернированы и отправлены в лагерь в США. После окончания войны в октябре 1919?г. их отправили домой.

Интересно сложилась и судьба части пассажиров «Рязани», интернированных в Циндао, а затем отправленных во Владивосток. Когда в 1922 г. Красная армия входила во Владивосток, шестеро кадетов — бывших пассажиров того рейса решили бежать на парусной шлюпке в США. Они нашли бывалого боцмана по фамилии Карась и отправились прямиком через океан. Спустя три недели, одолев Тихий океан, они появились в территориальных водах США. Шлюпку задержал эсминец береговой охраны, заподозрив, что это нарушители действовавшего тогда сухого закона. Но на борту оказались лишь пустой бочонок из-под воды, несколько сухарей и семеро невероятно обросших оборванцев…

В это время в Сан-Франциско местный миллионер очень кстати учредил громадный приз тому, кто первым на маломерном судне пересечет океан и придет в его родной город. Экипаж шлюпки и само суденышко пронесли через весь город на руках под радостные вопли жителей, не видавших ничего подобного. Все «рязанцы» были немедленно зачислены в почетные граждане города и, получив приз, стали состоятельными людьми. Спустя несколько лет приморский поэт-эмигрант Арсений Несмелов написал об этом поэму.

Сегодня останки «Рязани» являются основной достопримечательностью острова Гуам и местом активного дайвинга. Позиционируется место затопления «Рязани» как «единственное в мире, где сошлись жертвы Первой и Второй мировых войн». Дело в том, что в годы Второй мировой войны японцы захватили остров Гуам. А в сорок третьем на его рейд проникла американская подлодка. Она обнаружила на рейде новенький японский транспорт большого водоизмещения и дала торпедный залп. Транспорт «Токай-мару» затонул и опустился на дно прямо на останки «Рязани», лежащей на глубине 70 футов.

Юрий УФИМЦЕВ, специально для «К»

Комментарии (0)
Отправляя комментарий, вы соглашаетесь с Политикой конфиденциальности.
НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ