Владимир Моргунов: «Моя цель — выстроить цивилизованный бизнес»

Руководитель экспортной компании о бывших сослуживцах, спорте и металлоломе
Из личного архива героя публикации | «Моя цель — выстроить цивилизованный бизнес»
Из личного архива героя публикации
Моргунов Владимир Викторович, 42 года.
МЕСТО РОЖДЕНИЯ: с. Липовка Пензенской обл.
ОБРАЗОВАНИЕ: Киевское высшее военно-­морское политическое учи­лище (1978—1982 гг.).
КАРЬЕРА: срочная военная служба в частях ПВО (1976—1978 гг.), по окончании училища — секретарь ко­митета комсомола на БПК «Таллин», помощник по комсомолу начальника политотдела 10­-й эскадры, секре­тарь партийного бюро эсминца «Бо­евой», замполит на крейсере «Вла­дивосток», инструктор по агитации и пропаганде 201-­й бригады, зампо­лит на эсминце «Горделивый», заме­ститель коммерческого директора и коммерческий директор фирмы «Влад» (1991—1993 гг.), коммерчес­кий директор фирмы «Ост-­Т» (1993— 1995 гг.), коммерческий директор фирмы «Оссумет» (1995—1998 гг.). С 1999 г. — генеральный директор компании «СТМ-Холдинг».
СЕМЕЙНОЕ ПОЛОЖЕНИЕ: Женат, трое детей. Супруга — руководитель спорткомплекса «Лидер».
ХОББИ: С детских лет собирает значки с изображением Ленина. В последнее время увлекся коллекци­онированием самоваров и других старинных предметов домашней ут­вари и быта. Играет в теннис.
АВТОМОБИЛЬ: TOYOTA-­RAV 4 1997 г. выпуска.

Генеральный директор компании «СТМХолдинг» Владимир Моргунов не любит отдыхать. Ему не нужны туристические поездки за границу и даже выезды на природу. Он любит работать. Выходных, проведенных с семьей, ему вполне хватает для восстановления сил. Его работа связана с экспортом металла, поэтому сил Моргунову требуется много.

На флот по воле случая

Жизнь соткана из случайностей. И, конечно же, случайностью был тот факт, что мальчик из учительской семьи стал моряком. Решающую роль здесь сыграл начштаба воинской части, который приметил смышленого срочника и предложил ему получить военное обра­зование. Киевское военно-­политичес­кое училище было выбрано без разду­мий, и через 4 года лейтенант Моргунов вместе с молодой женой прибыл на Ти­хоокеанский флот. Причем на край све­та выпускника никто не гнал. Он сам выбрал Дальний Восток.

— Владимир Викторович, вы не жалеете о годах, проведенных на флоте?

— Нисколько. Служба мне нравилась, а морская романтика влекла всегда. Хотя в первые месяцы было очень тяже­ло. Порой до слез. Отсутствие роман­тики и присутствие суровых будней — все это стало суровым испытанием. Но затем втянулся, пришло понимание, что служишь на великом флоте. Без преувеличения, я гордился нашим фло­том. Как-­то на «Таллине» мы восемь месяцев были в океане. С заходами в Йемен, на Сейшельские острова, потом на крейсере «Владивосток» во Вьетна­ме провели 7 месяцев, а на «Гордели­вом» несколько раз проводили учения в Северной Корее... Было здорово, и сей­час мне приятно все это вспоминать.

— И все-таки вы ушли.

— Это было в 1991 году, сразу после августовского путча. Я и раньше заду­мывался о своих перспективах на фло­те, но после августа стало ясно, что по­литработнику там делать нечего. Мне было всего 33 года, и я был готов к пе­ременам в своей жизни. В отставку я ушел капитаном 3-­го ранга.

— Сложно ли вам было переходить из одной системы жизненных координат в другую?

— У каждого человека этот переход происходит по­-разному. Считаю, что мне повезло с образованием, оно у меня довольно разностороннее. Офи­цер, вообще, профессия универсаль­ная, а политработники универсальны вдвойне. Это было сознательное реше­ние, и переход дался мне легко. В то время ниш было достаточно, работать было легче. Причем легче со всех сто­рон: с кредитами в банке, с таможней, с чиновниками. В то время рыночные отношения были, наверное, более продвинутыми, чем сейчас.

Практически с первого дня работа дала желаемый результат. Я видел дело, зарабатывал деньги. Ведь что такое бизнес? Во-­первых, задумка, во­ вторых, план ее реализации, в-­треть­их, подбор людей. По большому счету в этой цепочке для меня не было ниче­го нового. По аналогичной схеме дей­ствовал любой организатор и в совет­ское время.

— Вы встречаетесь с бывшими сослуживцами?

— Они у меня работают: 60% техни­ческого персонала нашей компании со­ставляют мои бывшие сослуживцы. Не только политработники, но и строевые офицеры. Капитаны второго, третьего ранга — все работают очень добросове­стно. Я убежден, что офицеры на сегод­няшний день — это лучшие работники. В последние годы наш народ все­-таки испортился. Многие просто не хотят работать. Но офицер, даже ушедший на «гражданку», сегодня может и хочет ра­ботать и дает реальный результат.

— Свою компанию вы создали относительно недавно. А чем занимались до этого?

— Сначала меня пригласили в фирму «Влад», которая занималась различны­ми посредническими операциями. Из­-за дефицита товаров в то время эти опе­рации, конечно, были возможны. Потом в Москве я познакомился с вице­-прези­дентом совместной российско-­амери­канской компании «Амирус Интерпрайзис». Он и предложили мне организо­вать и возглавить здесь фирму, которая бы занималась транспортно-­экспеди­торскими услугами именно для этой компании. Однако реально через нас прошла только одна отправка. Больше не было, пришлось выживать самостоятельно. Именно тогда я обратил вни­мание на Китай. Мы экспортировали металлолом и металлопрокат, импор­тировали по бартеру овощи. Потом вме­сте с компаньоном совместно с ОАО «Дальзавод» организовали предприя­тие и работали над утилизацией военно­го имущества. Однако я еще в те време­на думал о расширении деятельности. Поэтому несколько лет назад мы разде­лились, и я организовал компанию «СТМ-­Холдинг».

«Спорт, туризм, металл»

— Как расшифровывается аббревиатура СТМ?

— Спорт, туризм, металл. Три основ­ных направления деятельности, кото­рые предполагались при создании ком­пании. В «СТМ-­Холдинг» входит ряд предприятий, которые занимаются раз­личными видами деятельности. Основа, конечно, это экспорт металлолома, главным образом черного, а также про­изводство металлочерепицы и различ­ных изделий из дерева. Кроме того, мы развиваем спортивное направление.

— Ваш спорткомплекс, расположенный на сопке, виден из многих точек города. Спорт для вас бизнес или хобби?

— И то и другое. Конечно, при строи­тельстве спорткомплекса я думал о том, чтобы он приносил прибыль или хотя бы был безубыточным. Однако, построив «Лидер», я реализовался и в моральном плане. Сейчас мы с женой каждый день играем в теннис и получа­ем огромное удовольствие.

Мы заложили еще один спорткомп­лекс, в районе станции Океанская. Здесь будут два крытых теннисных корта, бассейн. Вместе с моим трене­ром Александром Лупаревым мы пла­нируем в этом году открыть теннисную академию.

— Сейчас возможно вкладывать деньги в спорт и не быть при этом в убытке?

— Смотря в какой спорт. Речь, конеч­но, не идет о миллионных прибылях. Но различные фитнес-клубы, секции атле­тической гимнастики вполне сносно могут сегодня существовать. Взять, к примеру, теннис. Летом на открытых кортах он менее рентабелен, но зимой становится очень прибыльным, потому что во Владивостоке очень мало хоро­ших крытых кортов. Мы сегодня дорого­вато берем — 360 рублей в час, но, учи­тывая спрос, а зал забит с 7 утра и до 23 часов, это нормально.

Металл — это навсегда

— Отношение к тем, кто вывозит из страны металл, мягко говоря, настороженное.

— Мы сталкиваемся с таким отноше­нием на каждом шагу. Но я отношусь к этому философски. Данный бизнес су­ществует, и он должен работать, по­скольку приносит государству опреде­ленные доходы. На сегодняшний день через порты Владивостока проходит ежемесячно 30—40 тыс. тонн металло­лома. Порт зарабатывает на стивидор­ских услугах примерно $300 тыс. еже­месячно. Государственный бюджет по­лучает весомые налоговые отчисления от продавцов металла.

Сегодня в России немного рентабель­ных видов бизнеса. И пока экспорт ме­талла прибылен, будут люди, которые работают в этом бизнесе. С другой сто­роны, крупные компании не хотят иметь дело с криминалом. Для нас важно, что­ бы нас не трогали. Цель всей работы — выстроить цивилизованный бизнес и за­ работать деньги для реализации тех планов, которые у меня имеются.

Я был в Америке. Специально ездил смотреть, как построен этот бизнес у них. Естественно, у американцев все структурировано. В каждом квартале есть небольшие будочки, которые принимают от населения металл — баноч­ки из-­под сока, чайники и прочее. Каж­дый день приезжает машина, которая забирает металлолом. В пригороде Лос-­Анджелеса я был на предприятии, которое занимается утилизацией всех видов лома и распределяет их: где прессует, где проводит анализы, час­тично отправляет на свои предприятия, а частично экспортирует. Бизнес закон­ный, абсолютно прозрачный, государ­ство (власти штатов) в него совсем не вмешиваются.

Американский бизнесмен свободен в своих действиях, он принимает все виды отходов. Этот вид бизнеса у них тоже весьма рентабельный и поощряет­ся государством, потому что принима­ют там не только металл, но и пласти­ковые бутылки, стеклянные и так да­лее. Все это прессуется, пакуется, отправляется на переработку, а все убыт­ки, связанные с утилизацией невыгод­ных отходов, компенсируются государ­ством. Это хороший, цивилизованный бизнес. Причем сегодня США на экс­порт отправляют металлолом в пять раз больше, чем Россия. И ни для кого в этом нет проблемы. Никто не кричит, что грабят страну, вывозя металлолом.

Сегодня объемы вывоза металлолома у нас меньше, чем в советские време­на. И это несмотря на то, что многие предприятия прекратили свое суще­ствование, что металла бросового еще лежит достаточно, много кораблей идет на утилизацию.

Этот бизнес будет всегда. Заводы производят прокат, станки изнашива­ются, устаревают, а затем идут в отхо­ды. Эта цепочка бесконечна, как, на­ пример, бесконечен процесс банк­ротств предприятий, где менеджмент не справился с работой в новых услови­ях. Остаются хорошие экспортеры, хо­рошие предприятия, которые работают с реальным рынком, с реальным метал­лом и приносят прибыли себе и госу­дарству. Так будет всегда.

— Интересно, у вас есть политические амбиции?

— Нет. В принципе, я мог бы быть уп­равленцем какого-­то звена. Работать в администрации города или края мне, например, не хочется. Потому что это не мое. Стать депутатом какой-­нибудь думы? Я не вижу большого смысла в этом. Потому что не они определяют лицо города или края. Я с уважением отношусь ко всем депутатам, которые избираются, но я не вижу, что они ре­ально влияют на нашу жизнь. Кроме того, мне жалко денег на раскрутку. Лучше я их пущу в производство.

Комментарии (0)
Отправляя комментарий, вы соглашаетесь с Политикой конфиденциальности.
НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ