Валентин Пак: «Кому-то детей учить, кому-то работать творчески, а кому-то бизнес развивать»

Один из первых приморских кооператоров о стабильности власти, богатстве души и важности семьи
Из личного архива героя публикации | «Кому-то детей учить, кому-то работать творчески, а кому-то бизнес развивать»
Из личного архива героя публикации

Имя Валентина Пака в Приморском крае известно многим. Являясь крупной и неоднозначной фигурой в мире местного бизнеса, он служит объектом подчас невообразимых рассказов и слухов, особо распространившихся в последнее время. Мы не беремся оценивать Пака на основании одного лишь интервью, однако в нашей откровенной беседе раскрываются говорящие о многогранности его личности черты.

— Валентин Петрович, сегодня вы один из крупнейших в Приморье предпринимателей. А с чем пришли к началу перестройки?

— Я был в числе первых кооператоров в Приморье, создав предприятие, которое занималось валкой леса. К началу приватизации мы заработали первый капитал, и встал вопрос: куда и как правильно вложить средства? Я, полагаясь на собственное чутье, выбрал несколько перспективных направлений. Совершенно необходима была производственно-сырьевая база, и я выкупил пакеты акций «Дальневосточной базы флота», ряда других предприятий. Несомненные перспективы сулила торговля, и я занялся организацией рынков в крае.

— Известно, что многие ваши предприятия расположены за пределами Владивостока, да и сами живете в Вольно-Надеждинском. Почему так?

— Я всегда считал себя жителем села. Родился в Кавалерово, жил в Кировском районе. Родители мои из Хасанского района, и я приложил много усилий, чтобы помочь ему в развитии.

Отец мой, ветеран войны, был видным партийным работником и, между прочим, окончил три института. Нас шестеро, братьев-сестер, и я, соблюдая завет отца, возглавил старшинство в роду, хотя и не являюсь старшим братом, родился в 1950-м. Я сумел собрать вокруг себя в Надеждинском районе всех родственников, в том числе и дочерей с внуками. Сегодня я «веду» семью и отвечаю за то, чтобы в ней соблюдались наши собственные законы.

Мы с родителями подсчитали: пять поколений наших предков прожили в Приморском крае. Поэтому я считаю себя по-настоящему коренным приморцем.

— Придавая большое значение семье, вы наверняка всегда стояли особняком среди местных бизнесменов.

— Да, я всегда был сам по себе. Во многом поэтому не имею крупного бизнеса во Владивостоке, где изначально складывались особые отношения между предпринимателями. Они работали друг с другом по-своему, я в их «обойму» не попадал. Свои дела вершу исходя из собственных знаний и представлений о том, «как нужно».

— Какой бизнес кажется вам наиболее привлекательным в ближайшем будущем?

— Думаю, рентабельной будет пищевая перерабатывающая отрасль, все, что связано с экспортом. Позже придет время и для легкой промышленности.

— Вы довольны своим состоянием?

— На определенном уровне не имеет значения количество денег, важнее, какую отдачу они дают, как работают твои предприятия.

Я доволен тем, что замыслы мои претворяются в жизнь. Вот когда-то я задумал создать сеть рынков, а нынче они работают. Начали осуществляться и другие планы. Не всегда, конечно, я попадаю в точку, но в большинстве случаев остаюсь доволен собой.

— Что необходимо иметь человеку, чтобы в сегодняшних условиях начать дело, которое когда-нибудь вырастет в большой бизнес?

— Надо иметь данные от Бога, надо многое иметь.

— В первую очередь — крупный стартовый капитал.

— И это нужно. Но главное — данные от Бога. Каждому ведь предопределено свое: кому-то детей учить, кому-то работать творчески, а кому-то бизнес развивать. К сожалению, сейчас такое нехорошее время, когда все до единого вынуждены добывать средства, чтобы просто выжить. Но не все это умеют.

Я убежден: наше государство не станет богатым, пока наши граждане не достигнут того богатства, которое наступает уже после богатства. Понимаете, о чем я? Говорю о настоящем богатстве души человеческой, о чем-то широком из области общения. По-моему, обеспеченный человек может шире смотреть на мир, начиная помогать обездоленным, вкладывать в творчество. Но вместе с тем я считаю, что богатый не обязательно тот, у кого много денег. Иногда можно просто уменьшить свои запросы — и ты уже богат. И после этого ты готов уделить больше внимания тем гуманным отношениям между людьми, которые и являются мечтой о том большом обществе, которое обязательно будет в далеком будущем.

— В религии вы придерживаетесь чего-нибудь?

— У нас, корейцев, есть своя древняя вера в символы. Вот, допустим, камень. Его нужно оберегать, не разрушать. Дерево тоже символ чего-то. У нас нет единого бога, как в христианстве или в исламе. Хотя сегодня в Корее появилось много разных верований. Но те корейцы, которые давно живут в Приморье, сохранили старую веру в символы. Ее и я придерживаюсь.

— Почему же вы не придаете значения символам богатства? Одеваетесь скромно, ездите на маленьком «Киа».

— Богатый человек должен иметь меньше проблем, я считаю. Я придерживаюсь простого: ничто не должно стеснять мою свободу. Если «Лэнд Крузер» большой, он мешает движению. Поэтому надо иметь маленькую машину. Если мне мешает костюм, я надеваю хлопчатобумажную рубашку, куртку. Так дышится легче. Это богатство свободы, что ли?

Ну если мне достаточно этого маленького кабинета, в котором мы сейчас сидим? Впрочем, в последнее время чувствую, что воздуха здесь не хватает, нужно расширяться.

— Вы производите впечатление человека, который всегда сохраняет спокойствие. Однако большой бизнес не отделим от сильного стресса и постоянного напряжения. К этому можно привыкнуть?

— Привыкнуть можно, да так, что без этого, как вы выразились, «напряжения» жить становится невозможно. Если вдруг появляется свободное время, тут же начинаешь ощущать, что тебе чего-то не хватает. Дело в том, что напряженность человека пропорциональна степени его ответственности. Возьмите меня: казалось бы, все у меня есть, пред приятия работают, приносят доход, можно отдыхать. Но! Я должен все проконтролировать, обдумать какие-то планы, проанализировать не только производственную, но уже и политическую ситуацию. Это определенная ступень в развитии.

— А как вы отдыхаете? В наше время предприниматели почти поголовно ездят на охоту.

— Видимо, это жители города, которым природа в диковинку. У меня-то ведь только офис во Владивостоке. Мой же отдых своеобразен, большинство меня вряд ли поймет. Я отдыхаю, когда хожу по двору своего домика и вынашиваю свои планы.

У меня небольшой домик, ему 50 лет уже. С печкой. Я построил там маленькую баньку, оборудовал себе кабинет. Для внуков сделал беговые дорожки. И отдыхаю. Хожу по двору, дышу свежим воздухом. Птицы всегда поют... Топлю дровами печь, ношу ведрами воду из колодца. Это принципиально важные в моей жизни вещи.

Так что у меня нет потребности куда-то выезжать, чтобы отдыхать. Лучший отдых — составлять красивый план и видеть, как он выполняется.

Я вообще стратег.

— Какие большие цели вы ставите перед собой сейчас?

— Процесс идет сам собой. Мы работаем, встречаемся со многими людьми, возникают разные планы.

— Вы говорите по-корейски?

— Слабо.

— У вас много врагов?

— У меня есть недоброжелатели. Я считаю, что всегда нужно стараться налаживать отношения, несмотря ни на что.

— Вы ходите без охраны. Это значит, что в сегодняшней жизни вы ничего не боитесь?

— Чтобы перестать бояться, нужно научиться анализировать. Именно аналитический подход в бизнесе играет сегодня огромную роль. Интеллект, анализ, стратегия — вот ключи к развитию и процветанию. Тогда и страшно не будет.

Почему я хожу без охраны? Да какой в ней толк! Были у нас случаи, когда людей убирали при очень многочисленной охране. Не это важно.

— Некоторые называют вас «теневиком». Смысл этого понятия не ясен, но все-таки: относите ли вы себя к некоему особенному кругу бизнесменов?

— Термин «теневой бизнес» выдумали правоохранительные органы. Им ведь нужно с кем-то бороться? Если строго говорить, то «теневым» сегодня можно назвать любого коммерсанта, от самого мелкого до самого крупного, потому что нет ни одного в нашей стране, кто полностью платил бы все налоги.

Но я действительно считаю, что у нас есть ряд хороших предпринимателей, которых можно назвать элитой местного бизнеса.

— Безопаснее ли сегодня работать бизнесменам, чем в начале 90-х?

— Проблема не в каком-то криминале, а в том, что само государство не дает бизнесу гарантий.

На сегодняшний день законов в России слишком много. Но это ничего не дает. Если в стране завтра без предупреждения могут изменить правила игры, о чем можно говорить? Я уверен: когда государство будет гарантировать бизнес, криминал исчезнет сам собой.

— Вы согласны с утверждением того, что, не входя в контакт с властью, можно развивать бизнес только до определенного уровня?

— Да, конечно.

— Устраивает ли вас это сотрудничество?

— Стабильность власти — первый принцип развития всего и, естественно, бизнеса. Когда мэр и губернатор противостоят друг другу, это объективно вредит. Поэтому, я считаю, краю в первую очередь не обходимо политическое спокойствие. Если бы я имел возможность решать, то оставил бы власть в Приморье в том виде, в каком она существует сегодня. Не потому, что так ее люблю — я человек независимый, — а для того, чтобы предотвратить передел всех сфер, который неизбежно будет, если случатся серьезные перемены. И тогда, помяните мое слово, всем несладко придется.

Комментарии (0)
Отправляя комментарий, вы соглашаетесь с Политикой конфиденциальности.
НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ