Юрий Егоров: «Хабаровск может похвастаться стабильностью в бизнесе, но не хватает деловой активности»

Хабаровский бизнесмен о перспективах Владивостока, политике и честной игре
Из личного архива героя публикации | «Хабаровск может похвастаться стабильностью в бизнесе, но не хватает деловой активности»
Из личного архива героя публикации
Анкета
ЕГОРОВ Юрий Анатольевич, 36 лет.
МЕСТО РОЖДЕНИЯ: г. Междуреченск, Кемеровская обл.
ОБРАЗОВАНИЕ: Белогорский экономический техникум (1984), Хабаровский институт железнодорожного транспорта (1985-90), курсы в Австралии (Свинборнский университет, 1992-93).
КАРЬЕРА: один из устроителей, а затем директор фондовой биржи "Бизон" в Хабаровске (1990-92); региональный менеджер в дальневосточном представительстве компании "Марс" (1992-93). В конце 1993 г. открыл и возглавил торговую фирму "Невада" (сегодня один из крупнейших на Дальнем Востоке поставщиков кондитерских изделий).
СЕМЕЙНОЕ ПОЛОЖЕНИЕ: женат.
АВТОМОБИЛЬ: "Ниссан-Паджеро", модель 94 г.
ХОББИ: горные лыжи.

Известный в Хабаровске предприниматель Юрий Егоров убежден в том, что многие его земляки спят и видят себя жителями Владивостока: "Не только я, но и немало моих знакомых мечтают перебраться сюда. Здесь интереснее и веселее жить, больше возможностей для бизнеса".

- Во Владивостоке считается, что там, где правит губернатор Ишаев, живется чуть ли не как у Христа за пазухой - спокойно и безоблачно...

- Действительно так, хабаровские предприниматели могут похвастаться стабильностью в бизнесе. Но многим не хватает деловой активности, пульсирующей жизни, суеты. В этом смысле Владивосток, как говорит один мой друг, можно сравнить с Францией Людовика XIV, а Хабаровск - с Азией времен открытий Марко Поло.

Естественно, у владивостокцев обратный взгляд на то, где лучше. В Хабаровске, говорят они, нет энергетических проблем, краевая и городская власти живут в мире и согласии. В целом это соответствует действительности. Владивостоку бы нормальную власть... Ведь это потенциальный Сингапур!

 - Что ты имеешь в виду под словом "нормальная"?

- Властям края и города нужно наконец поставить крест на политических дрязгах и направить все усилия на созидание. А дабы меня не одернули, чего это он, мол, со своим уставом в чужой монастырь лезет, скажу, что, по моим наблюдениям, в скором будущем во Владивостоке всевозможные страсти улягутся.

- Хабаровские бизнесмены уступают здешним в умении плести интриги, вести жесткую конкурентную борьбу?

- Существенного отличия нет. Коварные и порядочные, "акулы" и "мелкие рыбешки" есть и у нас.

- Во Владивостоке порядка пятидесяти компаний вашего профиля, которые считают себя успешными, в Хабаровске, по твоим словам, таких наберется только шесть. Значит ли это, что коммерсанты в вашем городе меньше "работают локтями"?

- На сегодняшний момент так оно и есть. Деловой расклад в Хабаровске очевиден, все ниши распределены. Хотя, конечно, время от времени кто-нибудь вырастает то слева, то справа от тебя и стремится если не вытолкнуть тебя с рынка, то хотя бы туда влезть. Но к этому все давно привыкли и не считают проявлением бескомпромиссной конкурентной борьбы. Словом, острой конкуренции не наблюдается.

- Получается, что и новичку у вас легче занять свое "место под солнцем"?

- Пожалуй, сложнее. Здесь, в вашей неразберихе, толкотне, шансов у новичков, по-моему, несравнимо больше. Во Владивостоке очень легко найти союзников, какой-то "опорный блок", можно манипулировать внутри деловых взаимоотношений и, в итоге, гораздо проще выиграть. В Хабаровске, где все на виду и знают друг друга, закрепиться сложно.

Бизнес, похожий на политику

- Какое положение среди шести самых крупных компаний Хабаровска занимает "Невада"?

- Смотря какой сегмент рынка брать для анализа. Поэтому я бы не хотел присваивать "Неваде" первое место. Скорее, мы - одни из лидеров.

У нас очень серьезный, осмелюсь сказать, передовой бизнес на Дальнем Востоке страны. Он во многом похож на политику. Объясню, почему. Мы являемся посредниками между производителями и непосредственно покупателями. Если в политике люди голосуют за ту или иную фигуру, то в торговле они "голосуют" своими деньгами за тот или иной продукт. И убедить потребителя расстаться с деньгами гораздо труднее, чем побудить человека поставить галочку в бюллетене. Нам, как и политикам, надо убеждать людей не в том, что мы хорошие, а в том, что полезные.

Как только грянул кризис, мы начали работать с местными производителями. Но прежде набрались соответствующего опыта от международных мировых корпораций и стараемся его применить в новой практике.

- Кто послужил примером из числа мировых корпораций?

- Во-первых, конечно, "Марс". Мы являемся одним из его двух крупнейших дистрибьюторов на ДВ.

- На "Неваду" работают несколько дальневосточных предприятий. Какую политику вы проводите с ними?

- В работе с производителями много сложностей. Первая из них – мы часто говорим на разных языках. Когда стараемся перейти на их язык, то очень трудно его найти в принципе. Те, вещи, которые для меня вообще не вызывают никакого сомнения, многим руководителям предприятий совершенно непонятны.

Прихожу я, к примеру, на завод и говорю следующее. Ребята, у вас вот этот станок выпускает в сутки пятьдесят единиц продукции. Я готов всю производимую им за день продукцию покупать. Так как мы будем выполнять всю работу, связанную с распространением вашей продукции, то у вас не будет болеть голова о складах, сбыте и появятся деньги для развития производства. Если прийти с такими условиями в компанию на Западе, то ее руководство от неожиданно нахлынувшего счастья от радости захлопает в ладоши.

- Что же отпугивает отечественные предприятия?

- Настороженность - обычная реакция на подобные предложения. Ищут подводные камни, рассуждают примерно так: нами хотят попользоваться, когда они все это провернут - у нас не будет больше клиентов, затем начнут выворачивать нам руки, а потом, не дай Бог, они нас закроют и с денежками испарятся...

- Кто же вам все-таки поверил?

- К примеру, АО "Хабаровские макароны". Почему они пошли нам навстречу, сказать трудно. Фабрику кредитует Европейский банк реконструкции и развития, поставлено хорошее итальянское оборудование. Видимо, доверие возникло из-за того, что мы знакомы с представителями ЕБРР, да и руководители "Хабаровских макарон" - люди современные, прекрасно разбираются в процессах, которые вокруг происходят.

Также мы работаем с Благовещенским молокозаводом. Пытаемся развить торговлю его молочными продуктами. Это предприятие можно считать единственным в нашем регионе, где производят, к примеру, молоко длительного хранения - до одного года.

Кто хапнул, остался без штанов

- Предпринимала ли "Невада" попытки организовать собственное производство?

- Ни разу. Это другой бизнес, мы занимаемся торговлей. Нас привлекает не собственное, а уже существующие производства, в которые можно вложить инвестиции. Речь идет о покупке нами части акций предприятий, элементов их оборудования, участии в арендных операциях.

- Пакеты акций каких предприятий находятся в ваших руках?

- Ответить конкретно на этот вопрос не могу. Сошлюсь на коммерческую тайну. Скажу только, что это предприятия Хабаровского края и Амурской области. Кстати, сейчас мы "присматриваемся" к некоторым предприятиям в Приморье.

- Как ты оцениваешь предпринимателей, которые не понесли тяжелых финансовых потерь после августа прошлого года?

- Сейчас самое интересное время. На игровом поле остались те, кто сильны, хорошо знают бизнес, предпочитают комбинационную игру и хорошо ориентируются. Игроки, которые пришли с первой волной бизнеса, уже вне поля. В свое время, при распределении всего постсоветского, они хапнули больше всех, потому что стояли ближе всех у кормушки. Потом все благополучно спустили. Сейчас многие остались без штанов. Будучи изначально не бизнесменами, они не смогли грамотно распорядиться большими деньгами, не поняли, что свой бизнес нельзя никогда упускать, над ним надо постоянно работать, а не надеяться лишь на легкую прибыль, на "прокручивание" крупных сумм в банках.

Бизнес маленький, но свой

- Тебе довелось работать за рубежом, в представительстве известной иностранной компании, наконец ты был в числе тех, кто "делал деньги из воздуха" на фондовом рынке... Занявшись после всего этого торговлей продуктами питания, не появилось сожаление о том, что неосмотрительно ушел из "беловоротничкового" бизнеса?

- Достойнее всего - владеть своим бизнесом. Да, можно работать у кого-то и получать приличную зарплату, и это вполне благополучно. Но если ты имеешь свой, пусть маленький бизнес, которым управляешь, хотя и получаешь гораздо меньше, то ни в коей мере не стоит заниматься самоуничижением в сравнении с высокооплачиваемым наемным работником. Ведь это ТВОЙ бизнес. На Западе считается, что круче держать скромный магазинчик, чем работать где-нибудь менеджером и получать в двадцать раз больше. Американцы культивируют такое положение вещей.

- Чем занимался Егоров в Англии?

- Жил, учился и работал несколько месяцев. Будучи студентом, я поехал туда по частному предложению, практиковаться в английском. Трудился на сборе урожая клубники в фермерских хозяйствах Шотландии. В день зарабатывал до 30-40 фунтов стерлингов. По местным показателям производительности труда, я считал себя передовиком.

- Остаться в Англии не хотелось?

- Думал об этом, и не раз. Признаюсь, что я и поехал туда с целью: если все сложится хорошо - останусь. Спокойная страна, понятный уклад во всем, очень высокий уровень жизни. Но для меня многое оказалось чужим: культура, порядки, отношения между людьми.

- Со временем можно ассимилироваться, и тогда чужое станет почти родным...

- Вот именно - "почти"... В Англии я встречал русских эмигрантов всех поколений. Один раз долго беседовал с соотечественником, который приехал в Англию после Второй Мировой войны, бывший узник немецкого концлагеря. Он сказал: "Я живу здесь уже полвека, и в принципе, все у меня есть. Но каждый день я чувствую себя как на вокзале". Он сказал это так проникновенно, что я почувствовал, каково на самом деле прожить на вокзале 50 лет...

- И все же, ведь хорошее знание языка - уже полдела. Дальше - больше. Почему бы не попробовать найти себя в чужой, но зато благополучной стране?

- Ничего там интересного для меня нет. Что там пробовать? Тут, у себя дома, надо действовать методом проб и ошибок. Здесь сегодня происходит самое интересное. Дикий капитализм, анархия, хождение по краю пропасти, опасная, но интересная игра - называй как угодно. Мне ближе последнее определение.

- В опасной игре редко придерживаются правил. Тебя часто кидали в бизнесе?

- Однажды. Я тогда подумал: сделал что-то неправильно, плохо организовал, дал возможность этому случиться. Значит, надо все пересмотреть и исключить подобные случаи в будущем.

- Что предпринял в отместку обидчику?

- А причем тут он, по большому счету?.. Мой принцип: занимаясь делом всегда нужно предполагать, что все вокруг плохие, все хотят меня подставить, кинуть, забрать то, что у меня есть. Поэтому мне нужно сделать так, чтобы этого не случалось. Я не могу себе позволить рисковать бизнесом.

В "крысиных бегах" побеждают опытные

- Ты обеспеченный человек?

- В какой-то мере. Деньги для меня - это оценка моих действий. Как очки или баллы в спорте.

- Ты увлекаешься горными лыжами. Говорят, это дорогое удовольствие.

- Не настолько дорогое, как говорят. Ведь можно все брать в аренду. Например, прокат лыж в час у нас, в Хабаровске, стоит от 20 рублей, в зависимости от места. Что касается снаряжения, то я успел его купить до кризиса. Среди знатоков оно не котируется. Когда начал заниматься лыжам, решил: зачем мне крутое снаряжение, начну со скромного. Остаюсь ему верен до сих пор, несмотря на то, что давно уверенно держусь на спуске.

- На снежном спуске ты держишься уверенно, но почему же не удержался на довольно высокой должности в компании "Марс"?

- Меня уволили. Выгнали "с треском". Понимаешь, в любых больших компаниях, особенно западных, есть "игры", которые называют "крысиными бегами". То есть, это интриги среди сотрудников. Каждый желает занять позицию повыше, и для этого ведет какую-то игру. Более того, я уверен - большую часть времени в здешних представительствах крупных западных компаний менеджеры и высший управленческий персонал тратят именно на возню между собой, чем непосредственно на работу.

- Почему так происходит?

- Человеческой натуре свойственно стремление лучше остальных есть, пить, одеваться. Но в тех структурах, о которых я говорю, оно развито, как мне кажется, сильнее чем где бы то ни было. В той "игре" я проиграл вчистую. Видимо потому, что достаточного опыта к тому времени не набрал. Я знал, что "играть" могут, но чтобы так жестко - даже представить не мог...

 Я очень сильно переживал своей увольнение, ведь работа в "Марсе" очень высокооплачиваемая. А по тем временам вообще это были просто "нездоровые" деньги. Придя в начале 90-х в Россию, западные компании платили сотрудникам заработную плату именно западного уровня.

Так вот, пережив такое потрясение, я задумался: что же делать? И придумал: продал квартиру, машину, ценные вещи одного из друзей, который был моим единомышленником, и на вырученные деньги начал свой бизнес.

- Без машины и квартиры?

- Я вовсе не был гол как сокол, как может показаться на первый взгляд. Продал легковую машину и купил грузовой микроавтобус. Сам покупал товар, развозил его по магазинам. Персонал фирмы составлял всего три человека. Сегодня в "Неваде" работает более двухсот сотрудников.

- Встречи с представителями криминального мира случались?

- На первых порах - как у всех. Стоит признать: они такие же люди, их интересы вполне понятны - и этого уже достаточно, чтобы "решать вопросы". Хуже, когда неизвестно, чем руководствуется человек. Я знаком с некоторыми бизнесменами, которые в этом смысле непредсказуемы, интересы бизнеса для них - вторичны, а на первом месте стоят амбиции. Такие личности не только играют по другим правилам, но и преследуют другие цели. Хотя, если от них поступает какое-то интересное предложение, то я его рассматриваю, но делаю это с точки зрения интересов своего бизнеса.

"Честная игра"

- Говоря о бизнесе, ты часто употребляешь слово "игра". То, чем ты занимаешься, - игра или серьезное дело?

- Все серьезные бизнесмены - игроки.

- Тем не менее, не каждому из них можно вручить приз "За честную игру".

- Во что бы ты ни играл, нужно предполагать, что с тобой могут играть по-разному. Надо стараться предусмотреть все ходы, которые может быть совершены как тобой, так и твоими соперниками.

- Как ты считаешь, есть ли абсолютно честные предприниматели?

- Представь себе, я встречал их достаточно. Они отличаются тем, что применяют в деле аксиому: закон позволяет минимизировать налоговое бремя. Можно работать, платить налоги и при этом играть с государством. И можно делать это честно, не обязательно прятать наличку в мешок или за границу капитал вывозить. И есть специалисты, которые это делают профессионально. Они одни из самых высокооплачиваемых в мире. Известно, что богатые люди меньше остальных платят налоги, потому что имеют возможность оплачивать услуги таких людей.

- В нашей стране, где нет цивилизованной системы налогообложения, такие специалисты выглядят по меньшей мере мошенниками.

- Нормальная у нас система. Просто среди проводников этой системы, к сожалению, мало профессионалов, они с трудом представляют, о чем говорят, когда вступают в налоговые споры с опытными предпринимателями. Видимо, так сложилось из-за того, что этим самым "проводникам" государство мало платит. Между тем, "по другую сторону баррикад" профессионалам в этой области платят несоизмеримо больше.

У нас в компании есть служба, которая занимается законной минимизацией налогового бремени. Беря в расчет ее рекомендации, фирма платит все налоги без нарушений закона. И на самом деле это не отражается на благополучии предприятия, как можно было бы представить. Позволить себе прятать деньги от налоговиков – опасно для моего бизнеса. Поэтому для меня "шутки" с государством – игра с огнем.

Комментарии (0)
Отправляя комментарий, вы соглашаетесь с Политикой конфиденциальности.
НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ