Марина Баринова: «До сих пор не можем закончить игру в выборы»

Известная в крае деятель о путче 91го, работе «на местах» и молодежи
Из личного архива героя публикации | «До сих пор не можем закончить игру в выборы»
Из личного архива героя публикации

В ее судьбе много неожиданных поворотов. Начинала в конце 80-х как комсомольский лидер. Но где бы потом ни приходилось работать, в горкоме, в краевой администрации или местных органах власти, никогда не боялась "за кресло". Добровольная отставка Бариновой с поста заместителя мэра Большого Камня в феврале 1996 г. стала настоящей сенсацией. Перчаткой, брошенной в лицо властолюбивым чиновникам. Убедившись, что изменить ситуацию в городе, полагаясь только на себя, невозможно, Баринова ушла в никуда. Чтобы спустя несколько месяцев снова появиться "на переднем крае".

Сегодня Марина Баринова - проректор по общим вопросам Дальневосточного государственного технического университета. Единственное, чего ей всегда катастрофически не хватает – это времени. Потому что львиную долю его она отдает работе.

"Меня не хотели принимать в пионеры"

Еще будучи смешной пухленькой девчонкой, Марина обожала давать концерты. В деревне Вассиановка Михайловского района, где она обычно проводила лето, аудитория для этого была солидная. Дедушка, бабушка и соседи всегда с интересом слушали и смотрели, как поет и танцует городская гостья. Маленькая Марина делала это с удовольствием.

- Когда пришло время идти в первый класс, мы с мамой отправились в 57-ю школу, что с английским уклоном. Трудно сказать, откуда у меня взялось это стремление. Не зная ни слова по-английски, я сочиняла какие-то выражения сама и демонстрировала их родителям и друзьям. Но меня не приняли. Из-за того, что неправильно произношу букву "эр". Пришлось идти в школу обычную.

- И как дальше обстояло дело с английским языком?

- Увы, больше по отношению к нему я не проявляла никакого рвения. Увлекалась точными науками. Обожала геометрию. Любую теорему пыталась вывести сама, а уж потом смотрела доказательство в учебнике. Очень запомнился мне один случай. Мы с одноклассницей вдвоем идем на почту. Зима, снег лежит. А у меня в голове одна теорема вертится. И вдруг меня как осенило! Я бросила все и начала чертить доказательство прямо на снегу. Время от времени участвовала в математических олимпиадах различного уровня. После 8-го класса мне даже предлагали уехать в Новосибирск, в школу при Академгородке. Но наука казалась мне слишком оторванной от жизни. "Ну, изучу я очень хорошо математику, а дальше что?" - сказала я себе и никуда не поехала.

- Мне так кажется, что такие люди как ты становятся школьными активистами с первого класса. Я правильно рассуждаю?

- Почти. Только перелом в эту сторону произошел в 4-м классе. Раньше я даже уроки прогуливала, хотя училась хорошо. Но когда меня за все мои художества не захотели принимать в пионеры, стало очень обидно. Вот тогда и ушла с головой в общественную работу. Была председателем совета отряда, потом - совета дружины и городского пионерского штаба. В девятом классе меня выбрали комсоргом комсомольского штаба Владивостока. С этим по жизни и пошла.

Москва заставляла работать по-новому

Окончив школу с золотой медалью, Баринова не стала готовиться к поступлению в престижный вуз, а устроилась на завод "Изумруд" радиомонтажником. Училась на вечернем отделении истфака ДВГУ, затем - в Хабаровском филиале высшей юридической школы, заочно. Но оба раза довольно быстро убеждалась, что заочное обучение не дает необходимых знаний.

- Я долго искала себя, пока в 84 году не поступила в Высшую комсомольскую школу в Москве на специальность "преподаватель истории и методист по воспитательной работе".

- Говорят, что с рекомендацией от местного комсомольского органа можно было ни о чем не беспокоиться...

- Не так уж это было просто. Все-таки московский вуз. Конкурс, как полагается. Да что там, я сама стала студенткой со второй попытки.

- Столица не привила тебе комплекс провинциалки?

- Вообще-то в Москве все, что за Уралом, считалось периферией. В том числе и Владивосток. Но это подстегивало, заставляло работать по-другому. В первые годы учебы не только я, но и многие ребята с окраин доказывали свою дееспособность. А к 3-4 курсу большинство из нас стали лидерами в той столичной тусовке.

- Многие говорят, что в 80-е Москва была оплотом хамства...

- Не согласна! Наоборот, именно там я научилась чтить русские культурные традиции. В целом о годах, проведенных в столице, у меня остались самые теплые воспоминания. Там есть на что смотреть, есть чему учиться. Не подумай, что это эйфория. Я имею реальное представление о Москве и москвичах. Как-никак, в годы учебы работала в орготделе ЦК ВЛКСМ.

- А остаться в Москве желания не возникало?

- Была такая возможность. Но привязанность к родному городу победила. Меня здесь ждали, поэтому я вернулась.

Комсомол распался, молодежь осталась

1988 год. Первые разочарования. Не в комсомоле, а в том, что происходило с государственной системой. "Она стала придумывать внутри себя комсомольские и партийные игры, навязывая их владивостокцам, всему Приморскому краю да и России в целом. - считает Марина. - Пример тому - игра в выборы. До сих пор мы никак ее закончить не можем. И нынешнее положение дел прямое этому подтверждение".

- Твой уход из партийно-комсомольских структур совпал с событиями 1991 года?

- Да, так получилось, что в августе 91-го я была в Москве, где в это время проходил молодежный международный форум. Там меня все это застало.

- Сейчас этому явлению дают определение: государственный переворот. Ты как очевидец можешь с этим согласиться?

- Смотря что под ним подразумевать. Государственный переворот. Переворот людей, стоящих у власти. Можно проще - дележка власти. Борьба в "верхах", не в народе.  Поэтому по-настоящему государственным его вряд ли можно назвать. Ну а народ "подтянули" к месту развития действий, чтобы показать: вот оно, государство, жаждущее этих перемен именно в том виде, как это сейчас происходит. А ведь большинство людей, собравшихся у Белого дома, не на революцию шли. Ими просто воспользовались, как и теми, кого не стало. Ну а потом все покатилось по наклонной плоскости. Очень жаль, что часто приходя во власть, многие пытаются отмести все, что было до них. Не надо каждый раз рыть яму для нового фундамента! От этого только ям больше получается. У каждого должны быть свои функции: один фундамент закладывает, второй стены возводит, третий внутренней отделкой занимается. Для того чтобы четвертый на презентации открыл это здание.

- И все-таки как ты умудрилась не потеряться в этом послепутчевском хаосе?

- Очень просто. Комсомол рассыпался, зато молодежь с ее проблемами осталась. Должен же был кто-то ими заниматься. Первым шагом к этому был фонд молодежной инициативы "Новое поколение", под эгидой которого собрались, в основном, выходцы из комсомола  Нам повезло с руководителем. Им стал Сергей Стаценко, бывший первый секретарь горкома ВЛКСМ Владивостока. Он заставлял думать над ситуацией и сам ее всегда очень точно анализировал. Мы начали продвижение интересов молодежи через городской совет народных депутатов. Нас не понимали, не принимали, но мы все равно приходили туда, как на работу, каждый раз с новыми предложениями. Бывали на приемах у главы администрации края. Владимир Кузнецов, в силу молодости своей, набирался терпения и выслушивал нас. Итогом этих бесед стало создание в конце 1992 года отдела по делам молодежи и высшей школы. Его возглавил Стаценко.

Я пришла работать в краевую администрацию чуть позже, когда уходящего Кузнецова должен был сменить Наздратенко. Нашлись люди, которые помогли пролоббировать интересы молодежи. В первую очередь это Борис Фадеев, Альфред Гартман. Подключились наши коллеги из городов и районов. Тут больше всех отличились находкинцы и лично Николай Крецу, в то время заместитель главы администрации по социальным вопросам. Так в структуре краевой исполнительной власти появился комитет по делам молодежи. Я возглавляла его с 1993 по 1995 год.

- Твоим нынешним преемникам приходится туго - ведь сегодня на молодежную политику выделяются крохи. А как обстояло дело с финансированием в то время?

- Долгое время мы работали, не имея никакой материальной поддержки, кроме собственной заработной платы. Все мероприятия проводилось на общественных началах, либо благодаря чьей-то помощи извне. Набирать обороты комитет начал только в 94-м, после утверждения статьи "Молодежная политика" в государственном и местном бюджетах.

Ход по горизонтали

Следующий шаг Бариновой по административной лестнице заставил многих недоумевать. Еще бы: оставив неплохой пост в структуре краевой власти, уехала в пугающий своими проблемами Большой Камень. Да и должность, как нарочно, выбрала самую неблагодарную - заместитель главы администрации по социальным вопросам.

- Решение попробовать себя в новом качестве созрело давно, и никто мне его не навязывал. Это, без сомнения, был ход по горизонтали, а не наверх. Просто для меня важно было понять положение дел на уровне городов и районов Приморья. Полгода о моем отъезде никто и слышать не хотел. Но мне удалось-таки настоять на своем. Как раз в это время в Большом Камне произошла замена главы администрации. Новым мэром стала Светлана Гусарова. Она и пригласила меня к себе. Полгода хватило, для того, чтобы понять: нечего мне делать и в краевой администрации дальше, пока ситуация на местном уровне не изменится.

- К этому выводу тебя подтолкнули события зимы 1996 года, когда на городском митинге тебе пришлось отдуваться за всех?

- Да, "кульминация" наступила именно тогда. До этого можно было догадываться, что мы втроем (я, глава администрации и первый заместитель) движемся в разные стороны, как лебедь, рак и щука. Про митинг было известно всем, однако никто из них не явился и я оказалась в роли девочки для битья. Но обидно было не за это, а за несостоятельность команды. Можно было пытаться менять ситуацию внутри Большого Камня, но слишком по-разному каждый из нас отвечал на вопрос: "Зачем я здесь?"

- И каким был твой ответ?

- Я приехала работать, а не делать карьеру. Мне нужен был опыт, и я его получила. В конце концов, отрицательный результат тоже результат.

- После твоего заявления об уходе в отставку тебе предлагали баллотироваться в мэры Большого Камня. Почему же ты отказалась?

- Я понимала, что в городе на данный момент не мой электорат. Чтобы завоевать симпатии избирателей, мне с этими людьми нужно было еще пуд соли съесть. У тех же, кто мне предлагал идти на выборы, тоже были свои интересы. Ими двигало не желание вытащить Большой Камень из той дыры, в которой он оказался, а собственные политические амбиции.

"Этот дом строила я"

Конечно, потом можно было вернуться в краевую администрацию. Но зная реальное положение дел на местах, сидеть как ни в чем не бывало в кабинете Белого дома Баринова не могла.

Всю весну 1996 г. она то и дело приезжала в Большой Камень. Здесь, по крайней мере, можно было спрятаться от ненужных расспросов и сочувствующих взглядов.

- Это, пожалуй, был один из самых тяжелых периодов в жизни. Но друзья сделали все, чтобы вытащить меня из депрессии. Меня просто втягивали в дело, не давая оставаться наедине с собой. У же в мае 96-го я в составе Приморского краевого студотряда "раскручивала" проект трудоустройства наших студентов. Летом главный режиссер Театра Кукол Виктор Бусаренко, решив провести Международный кукольный фестиваль, сделал меня его директором. Потом я занималась организацией межвузовского студенческого совета.

Но все пилотные проекты рано или поздно кончаются. Пора было думать о постоянном месте работы. Таких предложений поступило два. Одно из них, от ректора ДВГТУ Геннадия Петровича Турмова, было просто ошеломляющим. Мне предложили должность проректора по административно-хозяйственной части. Если честно, я думала, что больше двух-трех месяцев на новом месте не продержусь. Ну не представляла я себя в этой роли. Но дело меня затянуло. Уже в марте 97-го я стала проректором по административно-хозяйственным вопросам и строительству, через год - проректором по общим вопросам.

- Спустя три года, наверно, можно подвести какие-то итоги...

- Очень горжусь тем, что участвовала в строительстве и сдаче в эксплуатацию библиотеки ДВГТУ. Я теперь и сама в какой-то степени чувствую себя библиотекарем. Стараюсь, как могу, пополнять ее фонды, исходя из личных возможностей. Стопочка "Юности" за 70-е, 80-е (мой любимый журнал) и кое-какие другие книжки туда уже перекочевали. Отремонтировав в свое время помещение радиостанции "Студенческая волна", не могу оставаться равнодушной к тому, какую продукцию эта станция производит. Даже в подготовке некоторых программ участвую. К определенным результатам своей деятельности могу отнести и развитие студенческого самоуправления в ДВГТУ.

Я очень надеюсь, что нам удастся сделать подарок к 100-летию университета - закончить реставрацию "Пушкинского театра". История начала века, возможность прикоснуться к святому имени Александра Сергеевича - это просто удивительно. Между собой мы шутим, мол, "памятник себе воздвигаем нерукотворный". Почему нерукотворный? Очень много моральных сил на это уходит. Зато потом можно будет гордиться и рассказывать следующему поколению: "Это строила и я".

Комментарии (0)
Отправляя комментарий, вы соглашаетесь с Политикой конфиденциальности.
НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ