Оле Нидал: «Я не воспринимаю исламистов всерьез»

«Европейский» лама о буддизме, здоровом смехе и прошлой жизни
Из личного архива героя публикации | «Я не воспринимаю исламистов всерьез»
Из личного архива героя публикации
Анкета
Оле Нидал, 65 лет, один из первых «европейских» лам.
Родился в Дании, в университете Копенгагена изучал философию.
В 1968 г. с женой Ханной приехал в Непал, где стал первым западным учеником главы школы тибетского буддизма Карма Кагъю. В 1972 г. стал ламой, с того времени путешествует по миру, читает лекции по буддизму, открывает буддийские центры.
Ежегодно, иногда чаще посещает Владивосток. Здесь на его лекции приходят до 1000 человек.
Из личных предпочтений: быстрая езда на мотоцикле, фильмы в жанре «экшн», прогулки в горах и еловом лесу.

Во Владивостоке вновь побывал лама Оле Нидал — ведущий представитель буддийской школы Карма Кагъю. В беседах с журналистами он любит подчеркивать, что берет за свои лекции столько же, сколько платят за киносеанс. На вопрос с подвохом: «Чем отличаются ваши занятия от кино?» отвечает без раздумий: «В кинотеатре люди проводят пару часов, а мои лекции обычно отнимают часов пять. Там они видят много актеров, а я работаю один. Еще я учу медитации и даю благословение, чего в кино не происходит».

Профессор-путешественник

— Я не миссионер. Обычно миссионеры работают со страхом, подавлением, другими подобными вещами. Я ощущаю себя путешествующим профессором, пытающимся сохранить и передать глубокое психологическое и философское знание Тибета.

— Откуда у вас это знание?

— Из Непала. В 1968 году я и моя жена Ханна приехали туда и встретились с удивительными людьми — ламами, бежавшими из Тибета от преследований китайского правительства. В течение нескольких лет мы интенсивно занимались медитацией в Гималаях. В 1972 году мастера с Востока отправили нас распространять учение Будды на Запад.

— Каков ваш официальный статус?

— Я — лама и отвечаю перед тибетцами за управление теми странами, где работаю. Мне выданы необходимые свидетельства. Люди вокруг меня — мои друзья. Обычно они делают то, что я советую.

— Сколько буддистов сейчас на планете? Действительно ли буддизм переживает упадок?

— Всего буддистов около миллиарда. Где они в основном живут? Например, в соседней с вами стране. Китайцы не любят говорить о своей религиозности, это может плохо отразиться на их работе, но на самом деле половина населения КНР исповедуют буддизм, иногда смешанный с другими верованиями.

Да, на Востоке наблюдается упадок учения. Мастера, имеющие 30-летний опыт медитации, умерли. Появляются новые, молодые, но их не очень много. Зато буддизм хорошо развивается на Западе. Открыто более 500 центров в Германии, в американских странах, в Австралии, Новой Зеландии. Много центров в Восточной Европе, потому что, когда рухнули коммунистические режимы, наша школа купила там много земли по сносным ценам. Что касается буддийского центра во Владивостоке, надеюсь, он будет естественным местом встреч последователей учения Будды не только из России, но и Японии, Китая, Кореи.

— Правда, что вы лично выбирали место под строительство этого центра?

— Да. Впервые я побывал здесь в 1992 году, вскоре после того, как Владивосток стал открытым для иностранцев. Сначала местные власти хотели нам дать землю далеко за городом — мы отказались. Понадобилось много времени, чтобы получить у чиновников разрешения строить на улице Державина. Также необходимо было собрать немало денег. Сейчас, я слышал, взяток платить больше не надо. Я очень рад этому, поскольку строительство почти завершено.

Буддизм — не бизнес, но штука стоящая

— Средства на возведения буддийских центров поступают в основном от тех, кто посещает мои курсы, — они платят столько же, сколько за поход в кинотеатр. Плюс — гонорары от издания моих книг, частные пожертвования.

— Получается, буддисты могут зарабатывать деньги сами?

— Это происходит естественным образом. Но мы некоммерческая организация, все, что зарабатываем, направляется в работу. До 2003 года, пока цены на нефть не поднялись до рекордных отметок и Россия не разбогатела на этом, почти все деньги, которые мы здесь использовали, приходили с Запада.

— Каковы, на ваш взгляд, предпосылки для развития буддизма в России? Ведь традиционная религия здесь — православие.

— Тувинцы, буряты и калмыки познакомились с буддизмом еще в 1257 году. На всем Шелковом пути были храмы и места для медитации. В Хабаровском, Приморском краях до сих пор находят буддийские реликвии тех времен. Так что энергетическое поле существовало с давних времен, сейчас оно восстанавливается. А православной церкви мы не мешаем.

Исламисты — как дети

— Как вы оцениваете известные события, связанные с опубликованием на вашей родине карикатур на пророка Мухаммеда?

— Думаю, в мире две большие проблемы — перенаселение и ислам. А датчане просто смеются. Я не воспринимаю исламистов всерьез, не считаю их взрослыми людьми.

— На ваш взгляд, карикатуры на пророка приемлемы?

— Абсолютно приемлемы. Здоровый смех хорош против проявлений экстремизма. Если одни люди взрывают других — от имени своего бога, то вы можете позволить себе немного посмеяться над этим. Это не крайняя реакция.

— Вы — типичный европеец? Например, в способах проводить свободное время.

— Два-три дня в году могу позволить себе быстро прокатиться на мотоцикле через Альпы. Это очень приятное занятие, поскольку там почти нет полиции. Иногда прыгаю с парашютом. В молодости четыре года занимался боксом. Однако мне больше никогда и никого не придется бить. Я стал более дружелюбным.

— Откуда у вас столь экстремальные увлечения?

— Это семейное. Мой брат такой же. Отец участвовал в движении Сопротивления, когда Данию оккупировали немцы. Кстати, я знаю, что был солдатом в прошлой жизни.

— ?..

— Мы с женой побывали в городе Канцен, что в Восточном Тибете. Там мы узнали, что в этом месте прошла моя солдатская жизнь. С трех лет у меня были воспоминания о людях в красных одеждах (тибетские монахи. — Прим. авт.), которых я защищал. В детстве мне никогда не снилась равнинная местность, характерная для Дании, а снились горы и мужчины в красном. Много вещей сошлось вместе. Мой учитель сказал то же самое.

Ну а в этой жизни я служил в армии только шестнадцать месяцев и в основном доставлял офицерам одни проблемы.

Любовь к газетам и женщинам

— Я люблю читать газеты, особенно Herald Tribune. На книги времени нет, только на научные издания — и то лишь, чтобы следить за тем, что происходит в науке. Последние открытия полностью соответствуют буддизму. Приятно узнавать об этом.

— Вы планируете уйти в нирвану, как сделал Будда, или будете рождаться вновь в этом мире?

— Если будут привлекательные женщины и возможность не нарушать предельную скорость на дорогах, то я вернусь. Если будет слишком скучно, то всем стану мешать. Зачем в таком случае возвращаться?

— Какую роль в этом играют женщины?

— Они замечательно вдохновляют.

— Чем отличается ваша прежняя жизнь — когда вы еще не занимались духовными практиками, от нынешней?

— Сейчас я знаю, почему все происходит, а раньше спрашивал об этом. Будда взял зеркало и показал мне мое лицо и много других вещей. Раньше я создавал себе много проблем. В молодости был довольно грубым и сложным для окружения, но сам при этом не очень страдал. В 1968 году мы с женой поехали в свадебное путешествие, выбрали Непал, так как знали, что там легализован гашиш и есть ламы. Главным образом нас интересовали все-таки ламы.

— Как относитесь к наркотикам сейчас?

— Нет ни одного наркотика, который сделал бы тебя счастливым. Все, что наркотики могут, — взять счастье, которое ты мог бы иметь в течение полугода, и сжать до получаса. Интенсивные впечатления проходят очень быстро, а потом начинаются весьма неприятные переживания.

Будучи студентом, я написал работу об учении Олдоса Хаксли (философ, экспериментировавший с наркотиками. — Прим. авт.). Я позитивно относился к этим вещам. Потом все мои друзья умерли или сошли с ума из-за героина, ЛСД и прочего. Так что лучшие наркотики — это спорт, лазание по горам... А лучше всего медитация. Счастье находится внутри нас.

БЛИЦ

— Какие качества в человеке особенно цените?

— Спонтанную радость и активное сочувствие. Это знаки того, что человек знает мир.

— Ваш любимый напиток?

— Пью все, что пьют люди вокруг меня, но особенно по душе пшеничное пиво.

— Что вам нравится в русских?

— Два качества, которые можно найти у восточных тибетцев. Русские радостные и смелые. Это позволяет им успешно строить свое будущее.

Комментарии (0)
Отправляя комментарий, вы соглашаетесь с Политикой конфиденциальности.
НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ