Евгений Рябов: «Чиновников — в каменоломню!»

Глава Ассоциации юристов о достижениях, коррупции и сравнении законодательств
Из личного архива героя публикации | «Чиновников — в каменоломню!»
Из личного архива героя публикации
Анкета
Евгений Рябов, 42 года, юрист, в 1991 году окончил ДВГУ, председатель Ассоциации юристов Приморья.
16 лет отработал в органах прокуратуры Хабаровского и Приморского краев.
В настоящее время на государственной службе, обеспечивает информационную безопасность.
Женат. Воспитывает сына и дочь. Сын учится в колледже ДВГТУ, дочь — в юридическом институте ДВГУ. Жена — юрист по налоговым и земельным вопросам.

Скоро депутаты Приморья приступят к работе над законопроектами, среди которых «О противодействии коррупции» и «Об Общественной палате Приморского края». Если эти проекты в процессе работы не будут «выпотрошены» и «обезглавлены», они смогут повлиять на жизнь региона. В частности, позволят усилить общественный контроль над органами власти, начиная с краевой администрации, снизить возможности чиновников использовать свои полномочия для извлечения незаконной выгоды в ущерб остальному населению края. Один из авторов этих законопроектов — Евгений Рябов.

— Евгений Николаевич, чем занимается ваша Ассоциация юристов?

— В свободное от основной работы время юристы, входящие в Ассоциацию, занимаются правовой поддержкой защиты общественных интересов, решают проблемы, стоящие перед жителями города и края. Это хобби, которое занимает почти все свободное время.

— Реальное что-то удалось сделать?

— Несколькими достижениями мы можем гордиться. Ассоциация с 2000 года сопровождает интернет-проект «Прокурорский Надзор», который объединяет прокурорское сообщество из большинства субъектов России. С его помощью решаются как оперативные, так и методические проблемы работников прокуратуры. Не подменяя работу Генеральной прокуратуры, мы наладили сотрудничество по обмену опытом и повышению профессионального мастерства. Одновременно это и общероссийская жалобная книга, на вопросы граждан в которой отвечают прокуроры разных уровней.

Есть несколько общекраевых проблем, которые удалось решить с нашей помощью. В целом работа направлена на инфраструктурное изменение правового поля для улучшения зашиты прав и интересов граждан, на лоббирование их публичных интересов. Работа в органах прокуратуры показала, что многие вопросы решить в интересах граждан в рамках действующего законодательства невозможно. Можно забросать письмами администрацию президента, ООН, Европейский суд по правам человека, а можно попытаться изменить текущее законодательство...

— А более конкретно?

— Так, Приморье одним из первых среди российских регионов приняло закон «Об Уполномоченном по правам человека», однако в течение пяти лет эта должность в крае оставалась вакантной. Наша Ассоциация выступила региональным партнером инициативы Европейского союза по продвижению института уполномоченных на Дальнем Востоке, проведя два международных семинара по этой теме.

Юристы Ассоциации разрабатывали правовые обоснования защиты интересов населения, когда таможенное управление приняло новый каталог, в разы увеличивающий пошлины на ввозимые машины. А также когда пограничное управление планировало сделать погранзоной пляжи Приморья. Безусловно, главную роль в достижении положительных сдвигов в этих вопросах (не столь резкое повышение таможенной стоимости автомобилей и оставление в покое пляжей края) сыграла сплоченная инициатива граждан; наша роль сводилась к правовому оформлению желания населения отстоять свои права. С нашей подачи в крае был принят закон о доступе к информации, готовятся два закона — о противодействии коррупции и об Общественной палате.

— Общественная палата Приморья: не получится ли из нее после принятия закона очередная организация, существующая лишь на бумаге?

— Это зависит от того, по какому сценарию будут избираться члены палаты. Мы предложили простую рейтинговую формулу. Те, кому доверяют в некоммерческом сообществе, и смогут попасть в палату. В крае есть десятки организаций, которые много лет занимаются общественно полезным делом. Доверие к таким организациям и их лидерам основано на результатах, которых они смогли достичь (будь то защита конкретного беспризорника или тигра). Если же будет избран вариант, предусмотренный федеральным законом, то «бумажный вариант» Общественной палаты неизбежен.

— Можно ли победить коррупцию с помощью разработанного вами закона «О противодействии коррупции»?

— Победить невозможно, а вот снизить в несколько раз и улучшить жизнь в крае вполне под силу. По проведенному Антикоррупционной коалицией исследованию, во Владивостоке в 2004 году минимум 200 тысяч жителей хотя бы раз в год совершили действия, подпадающие под определение «коррупция», будь то мелкая взятка врачу или же что-то более серьезное. При этом во Владивостоке выявляется не более 0,1% таких случаев. То есть мерами уголовного характера справиться с коррупцией нельзя. Мировая практика выработала несколько инструментов, которые с наибольшей эффективностью справляются с этой проблемой. Эти инструменты изложены в разработанном законе.

— Правда ли, что после того как законопроект попал на рассмотрение краевой администрации, из него исчезла половина пунктов?

— Мы подавали законопроект в администрацию и в прокуратуру. Прокурор, обладая правом законодательной инициативы, направил законопроект в ЗС ПК в сокращенном виде. По каким причинам произошло сокращение, мне не известно. Однако основа закона сохранилась. Полагаю, что и в таком виде он сможет повлиять на ситуацию. Важно, чтобы депутаты не пошли по имитационной модели противодействия коррупции в крае, исключив из закона его основу.

— Коррупция, отсутствие контроля над властью, чиновничий произвол... Как вы считаете, можно ли ликвидировать эти проблемы только успешным законотворчеством? Есть ли, по вашему мнению, какие-то действенные меры для улучшения общества вне юридического поля?

— Есть два направления. Государственное и гражданское. С точки зрения государства, это прежде всего повышение исполнительской дисциплины. Такого уровня безответственности чиновника история российского государства не знает со времен Рюриковичей. Так, до 1917 года в переводе на современный лад простое неисполнение указа президента каралось восемью годами каторги. Это не нынешние условные сроки за многомиллионные убытки, которые приносят некоторые чиновники государственной казне. Это была реальная каменоломня на восемь лет...

Обычные граждане тоже могут повлиять на уровень коррупции. Гражданский контроль за деятельностью власти весьма полезен и эффективен. Если на муниципальных конкурсах присутствуют гражданские наблюдатели, нечистым на руки служащим гораздо сложнее проворачивать свои дела. Публичное обсуждение затратных частей бюджета также может вызвать пристальное внимание правоохранительных органов к «расточительным» чиновникам.

— Интересно мнение профессионала: как выглядит российское законодательство в сравнении с законодательствами США и европейских стран?

— Так же, как дуршлаг выглядит по сравнению с бетонной стеной. Приведу такой пример. Штат Миссисипи находится на втором месте в США по уровню коррупции. При этом служба государственного ревизора проверяет всю бухгалтерскую отчетность каждого бюджетополучателя штата на предмет коррупционности уже более 100 лет. А европейский чиновник подает в отставку в тот же день, когда СМИ выявляют злоупотребления его подчиненных.

С 1991 года в российском законотворчестве в основном предпринимаются имитационные шаги, направленные против коррупции. Вроде движение есть, а проблема еще глубже врастает в общество. Вот, например, проблема незаконных проверок предпринимателей со стороны органов милиции решается в принципе двумя путями: государственной жилищной ипотекой работникам милиции и проверками на соответствие доходов и расходов.

— Как вы относитесь к мораторию на смертную казнь?

— Этот мораторий, как уступка европейскому праву, в рамках азиатского менталитета раскалывает общество на два лагеря и, не влияя на уровень преступности, создает неуверенность в защите прав обычных граждан.

Блиц

— Как проводите свободное от работы время?

— На сайте британской вещательной корпорации BBC был размещен список из 50 блюд, которые надо попробовать за свою жизнь. Три пункта у меня остались невыполненными. Чем сейчас и занимаюсь. Люблю путешествовать, присматриваюсь к списку 1000 мест, которые надо посетить.

— Последняя прочитанная книга...

— Беркем аль Атоми, «Мародер».

— Кого из исторических фигур уважаете больше?

— Мартина Лютера Кинга.

Комментарии (0)
Отправляя комментарий, вы соглашаетесь с Политикой конфиденциальности.
НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ