Юрий Коваль: «Владивосток уже давно застроился и оттуда пора уходить»

Директор бетонорастворного узла о становлении своего дела, команде и перспективах
Евгения Дубовик | «Владивосток уже давно застроился и оттуда пора уходить»
Евгения Дубовик
Анкета
Коваль Юрий Геннадьевич, 43 года, директор бетонорастворного узла в Артеме.
Родился в пос. Златоустовск Амурской области.
В 1985 г. окончил Выборгское авиационное техническое училище гражданской авиации по специальности «обслуживание и эксплуатация вертолетов». Получил распределение в Приморский край.
До 1987 г. работал во «Владивосток-Авиа» техником вертолетов. После устроился в ОАО «Трест Дальшахтострой», где официально числился механиком до 2003 г.
В 1998 г. зарегистрировался как индивидуальный предприниматель.
Женат, воспитывает дочь и сына.

Работяги входят в его кабинет без стука. В отношениях с сотрудниками Юрий Коваль демократичен, его кабинет не отличается пафосом: вместо кресла руководителя — простой офисный стул, из лишних деталей — только кубок, подаренный одной из местных спортивных команд. Сейчас в собственности Коваля — участок земли, бетонорастворный узел, парк техники, мастерские. Всего этого могло и не быть, если бы не кризис 98-го. В год дефолта и было зарегистрировано ИП «Коваль».

Рассказ о десяти годах становления собственного бизнеса у Коваля занял десять минут. Схема Коваля: «Решил, предложил продать, купил!».

Выпускник Выборгского авиационно-технического училища гражданской авиации попал в приморский город Артем по распределению и два года проработал в аэропорту техником вертолетов. Возможно, его карьера развивалась бы и дальше в этом русле, если бы не «квартирный вопрос», неразрешимость которого вынудила его в 1987 г. покинуть эту работу.

«У меня уже была семья, а ситуация с жильем оставалась очень сложной, — рассказывает Коваль. — Чтобы быстрее получить квартиру, друзья посоветовали устроиться в строительную организацию, проработав в которой два-три года можно было получить жилье. Конечно, там меня никто не ждал. Решил: какую работу предложат, на ту и соглашусь, а когда квартирный вопрос будет решен, вернусь в аэропорт. Начинал слесарем, а через несколько лет стал механиком.

Наступили 90-е. Практически все строительство остановилось, а предприятие, на котором я работал, стало постепенно умирать. К этому времени я оказался в числе тех строителей, кто получил бесплатно квартиру в последнем построенном доме. В 1997 году в отрасли наметилось оживление, но к тому времени вся строительная техника была распродана или изношена. У моих работодателей еще оставалось несколько машин, которые стали часто заказывать на строительные площадки. Тогда я и подумал: почему бы мне не организовать свой бизнес».

Бизнес по крупицам

Первой собственностью Коваля стал бетоносмеситель КамАЗ, ждавший списания во дворе предприятия. «Пошел к директору и предложил продать его мне. Он раздумывал, но в конце концов согласился. Поскольку мне и образование позволяло, и технику я люблю, за полгода сам восстановил машину, а родственники помогли деньгами на покупку запчастей.

Посадил на машину водителя, техника стала работать, приносить прибыль, и на следующий год купил еще одну. Тогда же и зарегистрировался в качестве индивидуального предпринимателя. Третьим приобретением стал бетононасос. Его за небольшие деньги я тоже выкупил у своего работодателя. Потом взял кредит в банке и приобрел еще одну машину, это был уже японский бетоносмеситель».

Пока автопарк Коваля рос, у предприятия, где он все еще числился работником, закончились деньги. И на выплату зарплат сотрудникам в том числе. К тому времени оно уже находилось в стадии банкротства, но еще владело некоторой недвижимостью, в том числе бетонным заводом, который работал от случая к случаю и прибыли практически не приносил. Коваль снова пошел к директору с предложением продать один из немногих оставшихся активов разорившейся компании.

Завод заработал на следующий день после подписания договора купли-продажи, но для приведения его в нормальное техническое состояние понадобилось еще два года. На момент покупки новая собственность представляла собой достаточно печальное зрелище.

«На те деньги, которые я выплачивал за завод, руководители предприятия продержались еще два года. В конечном итоге у них остался лишь тот участок земли, на котором находились мастерские. Тогда они уже сами предложили мне купить эту землю. Договорились, и опять потребовалось немало времени, чтобы выплатить за нее деньги. Таким образом и выкупил по кусочкам у бывших работодателей предприятие, причем с их же согласия. Мне до сих пор непонятна политика последнего директора, у которого было одно желание — все распродать. В итоге предприятие прекратило свою деятельность».

Второй кризис

Нынешний кризис не мог не повлиять на планы Коваля. В этом году он рассчитывал заменить устаревшее оборудование бетонного завода на новое, финское. Однако и без того недешевое оборудование из-за девальвации рубля подорожало еще на 30%. Модернизацию решили отложить до лучших времен.

И одиннадцать лет назад, и сейчас он не боится потерять деньги. Потому что принципиально не хранит сбережения «мертвым грузом» в банках. «У меня все средства вложены в бизнес и постоянно работают. Так было в 1998-м и остается сейчас. Возможно, кто-то поставит под сомнение правильность такой позиции, но я уверен, что если ты откладываешь свободные деньги, значит, твой бизнес начинает умирать.

Я буквально за неделю до того, как все заговорили о нынешнем кризисе, взял в кредит американский многотонный самосвал. Кредиты и лизинг очень помогли мне развить бизнес. Конечно, сначала страшно было, но потом я понял: механизм крутится и главное, чтобы работа не останавливалась. Тогда и кредит можно потихоньку отдавать».

Коваль уверен: он справится с финансовыми катаклизмами, просто в этом году не будет вкладывать в развитие, а все, что заработает, направит на сохранение компании и ее коллектива из тридцати четырех работников.

«За все время работы мы ни одного человека не сократили и продолжаем держаться за каждого. Вся команда — это единая цепочка: от кочегара, который греет воду, до водителя бетоно-смесителя. Если где-то она порвется, работа тут же встанет. На все без исключения посты подбирались только ответственные люди. А иначе ничего не получится».

Свободолюбивый собственник

Однажды собственнику бетонорастворного узла поступило предложение стать наемным управленцем. Причиной приглашения являлось отнюдь не признание его управленческого таланта, а конкурентная борьба. На артемовский рынок решила прийти крупная компания. «Мне заявили, что мое предприятие не выдержит конкуренции, его задавят. Предложили продать бизнес им и занять пост наемного директора. Я наотрез отказался, и время показало, что не ошибся. Мы выстояли и благополучно преодолели все препоны, которые нам искусственно создавали».

Логика Коваля проста. Наемного управленца загоняют в жесткие рамки: шаг влево — шаг вправо расцениваются как неповиновение. В результате менеджер вынужден метаться: поступит так — останется недоволен клиент, а по-другому — руководство. Работа по директивам свыше не для свободолюбивого собственника. И в отношении своих подчиненных Коваль не применяет жесткого контроля. Мастер, например, не согласовывает с директором каждый свой шаг. «Пусть делает так, как считает нужным. Ему лучше знать», — рассуждает Коваль.

По подсчетам предпринимателя во Владивостоке и Артеме на сегодняшний день работает полтора десятка бетонных заводов. Конкуренция неслабая. Кризис, из-за которого остановилось большинство строек, усугубил положение. Однако Коваль считает, что в такой ситуации его предприятие выигрывает своим местоположением — на периферии. Многие стабильно финансируемые стройки в этом году сместились за пределы Владивостока, в частности, в Большой Камень и Партизанск.

«На мой взгляд, Владивосток уже давно застроился и оттуда пора уходить. Со временем строительство все равно будет смещаться на периферию, и наше положение окажется очень выгодным».

Воспитать наследника

Коваль мечтает о том, чтобы во главе созданного им предприятия встал его сын. Но тут же оговаривается, что наследнику до этого еще далеко. «Чтобы понять, как нужно работать, ему все надо будет осваивать с низов, с которых я сам начинал. Естественно, ему еще надо будет получить образование и научиться думать головой, а на это уйдет не один год. Хотя на каникулы уже привлекаю сына к работе на предприятии. Пока в качестве слесаря. Сейчас собираюсь отправить его в армию. Пусть научится дисциплине и пройдет школу жизни. Без этого перспективы не увидишь».

Свой характер Коваль с детства закалял, чему способствовал и северный климат. Еще мальчишкой он добирался до школы при температуре на улице в минус пятьдесят по Цельсию. Именно в этой борьбе за выживание формируется характер. И пока он не может представить себя в будущем пенсионером, отошедшим от дел и просто наслаждающимся жизнью.

Он не считает нужным подсчитывать, сколько денег потратил на благотворительность. Например, на строительство храма Богоявления в Артеме. И героическим назвать свой поступок не готов. «Вот бабуля из Суражевки пешком шла пятнадцать километров, несла вареники, чтобы накормить строителей храма. Если поставить на чаши весов наши дела, то ее подвиг явно перевесит».

Комментарии (0)
Отправляя комментарий, вы соглашаетесь с Политикой конфиденциальности.
НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ