Валентина Рассказова: «Все равно будем стучаться во все двери»

Экс-депутат и главврач о проблемах детской больницы, спонсорской помощи и господержке
Евгения Дубовик | «Все равно будем стучаться во все двери»
Евгения Дубовик
Анкета
Валентина Николаевна Рассказова, главный врач детской городской клинической больницы №3 (Владивосток), кандидат медицинских наук, заслуженный врач РФ.
В 1972 г. окончила Хабаровский государственный медицинский институт. До 1975 г. работала на кафедре педиатрии Владивостокского мединститута. Затем — районный педиатр, заведующая отделом здравоохранения Ленинского района Владивостока. С 1977 г. и до настоящего времени — главный врач детской городской клинической больницы №3.
В 2001 — 2003 годах — депутат Думы Владивостока первого созыва, председатель комиссии по социальной политике.

Законы здравого человеческого смысла в России неприменимы к процессу распределения бюджетных средств. Это касается даже самого святого, например, финансирования детских больниц. Власть содействует повсеместному празднованию Дня защиты детей, но при этом потребности лечебных учреждений называет «хотелками». Валентина Рассказова, главврач детской больницы, расположенной в самом удаленном районе Владивостока, дала нам праздничное интервью.

— Валентина Николаевна, вы возглавляете больницу более тридцати лет. Вспомните, при советской власти не было проблем с финансированием?

— Такие проблемы были всегда. Само здание больницы возводили методом народной стройки. И оно получилось очень холодным. С тех пор «народная стройка» не останавливалась. Свободных денежных средств на детскую больницу в бюджете, как правило, не находится.

— Вы можете как-то влиять на размер государственного финансирования, например, наглядно обосновывая в соответствующих кабинетах необходимость дополнительных расходов?

— Нет. Каждый год больница составляет смету расходов, в которую включаются все наши потребности. Их называют «хотелками». При рассмотрении нашей сметы одни статьи расходов вычеркивают сразу, а другие существенно сокращают.

Финансирование каждой больницы, в том числе и нашей, зависит от того, сколько денег в городской казне. Как вы знаете, их всегда катастрофически не хватает.

— Это так, но нам кажется, что при распределении бюджетных средств между медицинскими учреждениями именно детские больницы должны пользоваться приоритетом.

— Не пользуются. Есть набор показателей, по которым производится расчет той или иной статьи расходов. Сейчас обязательна к выполнению только статья «коммунальные платежи». Все остальные пункты всегда имеют тенденцию к сокращению, или, как нам говорят, к секвестрированию.

Например, сейчас нам необходимо заменить рентгеновский аппарат. Имеющийся в наличии был выпущен в 1985 году, по по всем технологическим нормам должен работать не более десяти лет. Но средств на приобретение нового аппарата нет. Я думаю, что их и не будет. Требуется ни много ни мало 6 миллионов рублей. Мы неоднократно обращались в управление и департамент здравоохранения, а также в территориальный фонд обязательного медицинского страхования. Однако найти деньги на покупку такого аппарата никто из них не смог. И таких «хотелок» у нас много, их постоянно «режут», объясняя нам, что пора остановиться.

— А как же национальный проект «Здоровье», о котором все слышали?

— В большей степени он направлен на первичное звено здравоохранения, то есть на поликлиники. Наша больница оказалась за бортом этого проекта. Например, если врач поликлиники дополнительно к своему заработку имеет еще 10 тысяч рублей доплаты по нацпроекту, а медсестра — 5 тысяч рублей, то наши сотрудники получают лишь то, что им положено по единой тарифной сетке. И не более.

Как бы там ни было, под лежачий камень вода не течет, поэтому все равно будем стучаться во все двери. Надежда умирает последней, и если не будем стучаться, то уж точно ничего не получим.

— Наверное, на таком фоне полтора месяца проведения нашей акции «Теплое окошко» принесли вам немало положительных эмоций.

— Когда читатели вашей газеты начали устанавливать окна в отделении для отказников, больница воспряла духом: оказалось, мы еще нужны кому-то, о нас не забыли. На сегодняшний день установлено уже 34 окна. Думаю, такими темпами уже в ближайшее время удастся заменить все окна в этом отделении.

Столь обширный проект, как «Теплое окошко», с огромным фронтом работ, проводится впервые за всю историю больницы. Откликнулось много неравнодушных людей. Каждый день звонят, хотят помочь детям, оставшимся без родителей. Так и должно быть, ведь для ребенка это бремя на всю жизнь, уже с самого раннего возраста он знает, что никому не нужен. Конечно, наши сотрудники стараются окружить своей заботой каждого, но все равно это не тот комфорт, который дает семья. Мы при всем желании своими силами не можем создать хорошую материальную базу больницы.

Судите сами. Еще два года назад на питание детей из бюджета выделялись средства согласно норме — до 40 рублей в день на одного ребенка. На эти деньги нужно было умудриться накормить их четыре раза в день в достаточной мере калорийной пищей. Сейчас ТФОМС выделяет на одного пациента 61,9 рублей, а из бюджета на социальные койки уже почти по 100 рублей. Но ослабленным детям необходимо дополнительное питание, богатое нутриентами. А вот на это нам уже не хватает. Фрукты, пюре и соки наши дети видят исключительно благодаря спонсорам.

— Вот эта норма — 62 рубля — на каких расчетах основывается?

— Ее размер зависит от поступления финансовых средств в территориальный фонд обязательного медицинского страхования. Все денежные потоки, идущие от работодателей в виде налогов, собирают воедино и делят по статьям расходов. В зависимости от того, сколько денег пришлось на статью «питание», вычисляется норма на каждого ребенка в сутки. Определяющей является сумма, поступившая в фонд от налогоплательщиков-работодателей, от нее и отталкиваются при расчете нормы на питание, медикаменты и прочие нужды учреждений здравоохранения.

— По логике, нужно отталкиваться от рыночных цен на самые лучшие продукты и лекарственные препараты. Ведь у нас, как известно, великая держава.

— Это у нас с вами такая логика, а у финансистов есть свои законы и подзаконные акты, которыми они руководствуются. Больнице же приходится максимально эффективно распределять то, что дали.

— Когда-то вы были депутатом Думы Владивостока. Вы смогли повлиять на ситуацию?

— Что вы, плетью обуха не перешибешь! Сколько тебе выделят, столько и распределишь. Больше все равно не дадут.

— А еще раньше, в восьмидесятых годах?

— До 1991 года была традиция шефской помощи. Тогда партийные органы обязывали крупные, доходные государственные предприятия, например ВБТРФ, ВРХФ, Рыбный порт и другие, брать на себя обязательства по поддержке больниц. Над нашей в те времена шефствовал Рыбный порт, и благодаря этому мы имели возможность приобретать оборудование за границей.

В ту пору это были богатые предприятия, они могли отдать толику своей прибыли. Где они теперь — сами знаете. Хотя Рыбный порт еще существует.

— Когда вы решили связать жизнь с медициной, наверное, не предполагали, какие проблемы будете решать.

— Мы шли работать врачами, а не завхозами. В итоге уже тридцать три года только хозяйством и занимаюсь.

— Тем не менее теперь уже ваша дочь продолжает семейную традицию.

— В нашей семье сформировалась династия медиков. Дочь учится в мединституте. Отговаривать ее было бесполезно. Сказала, что будет врачом, так и сделает. Зато учится с удовольствием, а это самое главное.

Комментарии (0)
Отправляя комментарий, вы соглашаетесь с Политикой конфиденциальности.
НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ