Игорь Елистратов: «В стоматологии как в йоге»

Владелец частной стоматологии о конкуренции, задачах врача и переезде
Из личного архива героя публикации | «В стоматологии как в йоге»
Из личного архива героя публикации
Анкета
Елистратов Игорь Владимирович, 47 лет.
Родился в Челябинской области, окончил Хабаровский государственный медицинский институт по специальности "стоматология" (1984 г.). Окончил аспирантуру Московского медицинского стоматологического института (1990 г.).
Работал ассистентом, доцентом, заведующим кафедрой стоматологии детского возраста в Хабаровском государственном медицинском университете (до 1999 г.). После этого в течение двух лет занимал должность декана стоматологического факультета во Владивостокском государственном медицинском университете. С 2002 года занялся частной стоматологической практикой.
Женат, два сына.

Назвать клинику своей фамилией — смелый шаг со стороны владельца, ведь тем самым он ручается за ее работу именем и репутацией. Игорь Елистратов, открывая свою стоматологическую клинику, пошел на это, хотя сначала тоже подумывал о каком-нибудь абстрактном названии. Елистратов уверен, что молодость и врачебный профессионализм несовместимы, а наработав практику, каждый врач стремится уйти «от дяди» и открыть свою клинику. Или хотя бы кабинет.

— Конкуренция на приморском рынке стоматологических услуг жесткая?

— Обилие клиник создает довольно высокий уровень конкуренции. Приходится выбирать для себя узкоспециализированный сегмент и ориентироваться на определенную категорию клиентов.

— По законам рынка высокая конкуренция должна приводить к повышению качества услуг. У нас это происходит?

— Думаю, да. Успехи коллег для меня очевидны. Ряд известных в городе клиник, с высоким качеством услуг, уже близок к мировым стандартам работы.

На рынке есть место не только для крупных клиник, но и для совсем небольших стоматологических кабинетов. Между прочим, мировая практика показывает, что клиента чаще всего привлекает имя специалиста, а не известность клиники. Однако у нас пока еще ходят именно в клинику, в том числе и в частную. С одной стороны, большое количество клиник повышает конкуренцию, но с другой — раз они открываются, значит, еще есть спрос, который нужно закрывать. Хотя на данный момент, по слухам, в некоторых клиниках число пациентов сильно сократилось. Скорее всего, речь идет о тех стоматологиях, которые либо недавно открылись, либо оказывают услуги не очень высокого уровня.

Хотя еще остались государственные поликлиники, частнопрактикующая стоматология на сегодняшний день находится на том этапе развития, когда уже можно работать с государством, заключать договора на обслуживание с предприятиями и страховыми компаниями. Мы постепенно приходим к такой практике. Это следующий этап эволюции денег в России. Например, наконец-то люди начинают привыкать к пластиковым картам и не трясут наличностью. Думаю, к таким цивилизованным формам работы мы постепенно и придем, а конкуренция — хороший стимул для развития любой отрасли.

— В чем особенность работы стоматолога в сравнении с коллегами из других областей медицины?

— По сути, в отличие от остальных врачей стоматолог не лечит, а устраняет последствия болезни. Однако даже ему в своей работе приходится исходить из фундаментальных законов медицины, которые мне, к своему счастью, удалось постичь в Хабаровском медицинском университете. По сравнению с остальными областями медицины стоматология более прикладная отрасль. На самом деле это ремесло.

— Судя по количеству клиник, у стоматологов вырабатывается тяга к открытию своего бизнеса.

— Это абсолютно нормально. Как ремесленнику, стоматологу хочется непосредственно пожинать плоды своего труда. Работать на кого-то врачу со сложившейся репутацией и клиентской базой, естественно, не нравится. Открыть даже маленький, но свой стоматологический кабинет, намного лучше. Я сам пошел по этому пути и считаю, что он наиболее верный. Конечно, только в том случае, если, помимо материальных благ, врач хочет получить удовольствие от своей работы и ходить по улицам, не пряча глаз от прохожих.

Совсем другое дело, если врач хочет просто много заработать. Если открываешь свой кабинет, только чтобы получить деньги, это нужно делать быстро и потом уезжать из города, иначе будет стыдно смотреть в глаза своим клиентам.

В стоматологии, как в йоге, совершенства в работе приходится добиваться годами. Есть пословица: «Бойся молодого врача и старого парикмахера». Не знаю, как насчет парикмахеров, но для медицины в целом это очень верное замечание. Хороших докторов моложе тридцати лет очень мало, потому что до этого возраста они набираются опыта и шлифуют мастерство. На своем опыте убедился, что, когда создаешь собственную клинику, становишься более, чем кто-либо другой, заинтересован в профессиональном росте. Никто кроме тебя — ни главный врач, ни заведующий — не будет разбираться с твоими ошибками.

Врач не администратор

— Открывая свою клинику, стоматолог рискует утонуть в административной работе и забыть о профессиональных обязанностях.

— К счастью, мне удалось найти наемных менеджеров, и за определенный гонорар они делали работу администраторов гораздо лучше, чем мог бы я — начиная от взаимоотношений с государственными органами и заканчивая общением с пациентами. Например, есть в клинике такая важная должность, как администратор. Ему передаются все вопросы, на которые врач не должен отвлекаться. Мои руки и голова должны быть рядом с пациентом, а все остальное — дело наемных менеджеров.

Когда же стоматолог перестает выполнять свои прямые обязанности и превращается в администратора, открытие клиники — это не причина, а скорее повод. Некоторые либо морально и физически устают, либо просто не были профессионалами и нашли себя в другой — административной сфере. Кстати, такая клиника долго не продержится, рано или поздно непрофессионализм начнет просматриваться. Работа подмастерьев не может быть лучше, чем работа мастера, поэтому врач должен помогать и работать вместе со своим персоналом.

В наших больницах есть должность главного врача. Мои американские друзья не понимают, как врач может быть главным. У них в больницах есть доктора, а есть директора клиник.

— Почему назвали клинику своим именем, а не выбрали что-нибудь абстрактное?

— Таким образом я стремлюсь нести персональную ответственность за то, что делаю. Когда я только задумался над этим вопросом, в голове крутились разные смешные названия вроде «дентов» и «стомов», которых сейчас очень много. На сегодняшний день название клиник иногда доходят до абсурда, наверно, из-за желания выделиться. Я решил, что это не для меня.

— Молодые кадры в вашей отрасли сегодня стремятся к профессиональному росту?

— Среди молодежи сложно найти тех, кто сильно горел бы желанием совершенствовать свою работу. Наверное, они из того поколения, которое хочет получить все и сразу. Но так не бывает. Они думают, что в двадцать пять лет все могут стать миллионерами. Да, есть такие случаи, но это исключение, а не правило. Раньше была возможность и генералами, и докторами наук в столь раннем возрасте стать, но за этим стоял большой труд.

А ныне, как в песне поется, «принцев мало и на всех их не хватает». А когда не хватает, у них наступает апатия. На мой взгляд, самый пик профессионального расцвета у врача наступает через десять — пятнадцать лет непрерывной практики. На себе это проверил. Хотя диссертацию я защитил в возрасте двадцати семи лет, но опыта и профессионализма за этим еще не стояло.

Здесь всем тяжело

— Побывав за границей и пожив в Москве, вы не задумались о том, чтобы уехать из Приморья?

— Приморье очень красивый край, Владивосток неплохой город, но жить здесь тяжело большинству людей, не только мне. Несколько лет я прожил в Москве, но мне не хочется туда возвращаться.

За границей я в любом случае всегда буду оставаться чужим. Будь мне лет пятнадцать — двадцать, может, и уехал бы, а в сорок семь все бросать тяжело. Хотя, кто знает, когда стану еще более взрослым, возможно, найду точку на планете, где буду чувствовать себя абсолютно комфортно.

Вторая причина — в моих пациентах, которых я обязан лечить от начала до конца. Пока мне некому передать свой опыт и знания, некого рекомендовать вместо себя, чтобы они закончили начатую мной работу.

Как говорится, лучше быть первым в деревне, чем последним в Риме. В столице у меня осталось много знакомых, и сейчас там учится старший сын, который пошел по моим стопам. Он грамотный специалист, правда, пока только теоретический, так как еще очень молод. Но Москва скорее его город, а мне эта суета не нравится. Московский ритм жизни — это не мое.

Во Владивостоке сейчас началось хоть какое-то движение, строительство. Когда в городе только одна дорога и тебе приходится стоять в непонятно откуда возникшей пробке, чувствуешь, будто над тобой глумятся. Ты отработал, заплатил государству налоги, растишь детей, посадил дерево, в конце концов, а до дома доехать не можешь, потому что нет дороги.

Остается только надеяться, что планы будут воплощены и это остановит миграцию молодежи из Приморья. Люди двадцати — двадцати пяти лет, уезжая из Владивостока в пресловутую Москву и ютясь по несколько человек в одной квартире, говорят, что ощущают себя свободнее, чем здесь. Стоит задуматься. Все-таки хочется зубы лечить не только старикам, да еще чтобы в будущем и нам самим было к кому пойти.

БЛИЦ
— В клинике много живописи и фотографий. Вы ценитель искусства?
— Дан же кому-то такой талант, а я этим восхищаюсь.
— Лучший город земли?
— По моим впечатлениям — Нью-Йорк. Это город, ритм, порядок, уважение, простор и свобода.

 

Евгения ДУБОВИК

 

Комментарии (0)
Отправляя комментарий, вы соглашаетесь с Политикой конфиденциальности.
НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ