Пол Дизендорф: «В случае с инновациями Россия — на дне»

Экономист из США об электронном правительстве, бюрократии и самопрезентации Владивостока
Из личного архива героя публикации | «В случае с инновациями Россия — на дне»
Из личного архива героя публикации

Доктор Пол Дизендорф, американский исследователь в области государственного управления, преподающий в Высшей государственной школе экономики (г. Атланта), за минувшие 10 лет побывал в России 17 раз. 

В марте он посетил Владивосток с тем, чтобы донести до широкой аудитории свои изыскания в области инноваций и коммуникаций. В частности, доктор Дизендорф рассказал о том, что такое электронное правительство (e-government), взаимоотношения власти и общества, а XXI в. назвал «временем конкуренции между городами». И посетовал корр. «К», что Владивосток не использует свой уникальный шанс в развитии.

— Господин Дизендорф, в чем заключается суть электронного правительства?

— Как исследователь, я убежден, что качество связи между правительством и гражданами влияет на качество жизни в стране. Е-government — это как раз пример современной и максимально эффективной коммуникации между людьми и властью, чиновниками. Главным проводником таких коммуникаций является интернет. К примеру, для того чтобы получить какую-либо справку или документ, больше не нужно стоять в многочисленных очередях, записываться на приемы. Достаточно сделать заявку в сети и затем получить требуемую бумагу по электронной почте. С помощью интернета можно общаться с власть предержащими напрямую, задавать вопросы и получать ответы. Сами же чиновники имеют возможность обращаться к гражданам через блоги, что уже есть в ходу и в России. А руководство может через интернет контролировать своих подчиненных. Система е-government в масштабах России может экономить миллиарды бюджетных средств только за счет сокращения документооборота, скорости прохождения решений, исключения пресловутого человеческого фактора.

— В России об «электронизации всей страны» было заявлено сверху, выделились средства для осуществления программы в регионах. Однако программы, подобные «Электронному Приморью», в широком смысле пока остаются лишь на бумаге.

— Все дело в бюрократии. Чиновники, особенно в регионах, прекрасно осознают, что электронное правительство значительно снижает возможность их произвола, и поэтому всячески тормозят инновации на местах.

— США тоже бюрократическая страна. Но это, кажется, нисколько не мешает инновациям.

— Между бюрократией США и России существует большая разница. Во-первых, в отличие от России, система власти у нас фрагментарная, и каждый фрагмент несет ответственность за свои действия, не имея возможности переложить ее на выше- или нижестоящее звено. При этом сегодня чиновники у нас понимают, что е-government — это дешево, удобно, и все граждане довольны им. Кроме того, деятельность наших чиновников гораздо более прозрачная, чем у вас.

— Как вы оцениваете в целом уровень России в процессе введения инноваций?

— В данном случае Россия на самом дне.

— Когда возможно «поднятие со дна»?

— Сложно сказать. Но процесс идет. Картина в Москве, к примеру, отличается от общероссийской. Ведь Кремль уже по достоинству оценил е-government. Проекты по широкому использованию подобной системы запускаются и в других городах. А те субъекты Российской Федерации, которые сегодня сознательно тормозят инновации, в дальнейшем будут просто вынуждены последовать за всеми, освоившими е-government. Жизнь заставит. В общем, нужен не просто интерес к инновациям, а высочайший интерес к ним.

— Что в первую очередь стоит делать в российских регионах для преодоления инновационной отсталости?

— Необходимо соответствующее образование молодежи. По моим наблюдениям, ваши студенты открыты новым знаниям, любопытны, раскованны. С ними можно и нужно серьезно работать. Но проблема в преподавателях, привыкших учить по старинке и не желающих что-то менять.

— Но ведь так нельзя сказать обо всех вузовских преподавателях?

— Да, но моя поездка во Владивосток — яркая тому иллюстрация. Американское консульство распространило информацию обо мне, моих научных исследованиях и темах лекций. Однако интереса не проявили ни приморские власти, ни специализированные учебные заведения. Заинтересовался только российско-американский факультет ДВГУ. В других городах со мной хотели встретиться даже просто как с носителем языка. Здесь я этого не заметил. Это в то время, как мои темы должны быть полезны будущим управленцам, менеджерам, вне зависимости от их интереса к английскому языку! Когда я пытался наладить контакт с коллегами из вузов для того, чтобы работать со студентами, они неизменно говорили: «Вам ведь потребуется переводчик? Это слишком сложно...». Не понимаю, в чем проблема? По-моему, во Владивостоке не трудно найти переводчика английского, если надо, я сам организую.

— Это не единственное ваше впечатление от Владивостока?

— В целом, мне понравились жители города — общительные, расслабленные, доброжелательные. Сожаление вызывает, что Владивосток не владеет культурой самопрезентации. Создается такое впечатление, что власти города абсолютно равнодушны к своему «подопечному».

Попыток сделать «лицо города» не видно вовсе! Также труднодоступна туристическая информации о приморской столице на английском языке. Редкие туристы в мире знают о существовании Владивостока. Еще меньшее число знает, что Владивосток находится на краю России, что это город с красивой старой архитектурой и своеобразным рельефом. Вы смогли привлечь к себе океанские круизные лайнеры-«принцессы». И что видят туристы, сошедшие на берег и ожидающие ту самую архитектуру, историю? А вот что! Взгляните на единственную карту Владивостока, которую я смог раздобыть в своей гостинице (г-н Дизендорф показывает черно-белую ксерокопию карты из Googlemap. — Прим. «К»). Допустим, я иностранный турист, не владеющий русским языком. Что я вижу: очень схематичную карту плохого качества. На русском языке! Разве это нормально? Вот откуда начинаются инновации.

Ситуация странная, тем более XXI век — время конкуренции между городами. Это понятно всем в мире. Вокруг Москвы проживают 60 млн человек, а вокруг Владивостока — более 600 миллионов, и только 4 миллиона из них — русские. Потребность в международной презентации города очевидна.

Сегодня все силы брошены на обустройство острова Русский к предстоящему саммиту АТЭС-2012. Но позвольте! Как после саммита изменится весь Приморский край или хотя бы Владивосток, его исторический центр? Похоже, никак. Почему никто не заботится о самом городе в преддверии саммита?

— Вы согласились бы остаться на некоторое время на острове Русский и читать лекции в будущем Дальневосточном федеральном университете?

— Пожалуй, это было бы весело.

Ольга ШИПИЛОВА, перевод: Ольга ВЕНГЛОВСКАЯ.

 

Комментарии (0)
Отправляя комментарий, вы соглашаетесь с Политикой конфиденциальности.
НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ