Леонид Бляхер: «Не вводите власть в искушение»

Известный политолог о выборах, смене системы и протесте
Из личного архива героя публикации | «Не вводите власть в искушение»
Из личного архива героя публикации
Анкета
Леонид Бляхер, доктор философских наук, профессор, завкафедрой философии и культурологии Тихоокеанского государственного университета (г. Хабаровск).
Автор более 100 научных трудов, в т.ч. девяти монографий и свыше дюжины публикаций в журналах «Полис», «Политическая наука» — ведущих политологических изданиях России, а также ряда публицистических статей, опубликованных в «Русском журнале», на сайте АПН и других источниках.

Леонид Бляхер — один из самых раскрученных дальневосточных политологов и политтехнологов. При этом в отличие от большинства своих коллег он известен своей откровенностью и прямотой. 

С недавних пор Бляхер все чаще стал говорить о необходимости кардинальных реобразований российской власти. Какой он видит ее, а также кому предстоит реализовывать основные постулаты после выборов 2011-2012 гг., корр. «К» постарался выяснить в этом интервью.

— Леонид Ефимович, страна в ожидании выборов в Госдуму и региональные парламенты, и, кажется, только самый последний пессимист не верит в победу партии власти...

— Ну, я не Глоба и не Нострадамус, предсказаниями не занимаюсь и не занимался. А результаты предстоящих выборов в Приморье, как это не смешно звучит, зависят от приморцев. Нужно понимать простую вещь: власти очень удобно создавать впечатление, что все уже решено. В этой ситуации недовольные просто не идут на избирательные участки, создавая райские условия для жаждущих «вбросить» лишнюю сотню тысяч несуществующих голосов. Но не вводите власть в искушение. Дайте ей возможность поработать честно, вдруг ей понравится!

— Но вряд ли одними «мертвыми душами» можно предрешить исход выборов.

— Вы правы, это даст минимум 5-6% голосов, а нужно намного больше. Ведь только при условии, когда «партия власти» получит более 50% голосов, она сможет полностью избавить государство от опасности «вмешательства со стороны». Не со стороны «вашингтонского обкома», а со стороны непонятного и опасного населения, т.е. нас с вами. Тогда можно спокойно и пошлины на машины поднимать, и приморский бизнес пустить под нож в угоду федеральным концернам. Дисциплинированные законодатели все оправдают.

Но для того чтобы законодатели были дисциплинированными, и нужно убедить жителей крупных городов не идти на выборы. Особенно это касается жителей столицы Приморья, с традиционно высокими здесь протестными настроениями. А «перенаправить» бюллетень, в котором уже обозначен выбор, намного сложнее, чем «пустой».

— Нас в России приучили довольно спокойно относиться к выборам, будто они — это какая-то совершеннейшая проформа. Но при этом странным образом большой избирательный цикл сейчас совпал с ощущением того, что какие-то вещи должны измениться, и это может оказаться решением актуальных проблем. Если вам эта мысль не кажется вовсе дикой, то как вы думаете, что будет решаться перед выборами?

— В отличие от прошлого избирательного цикла, предел, после которого «больной окажется неоперабелен», уже совсем близок. Раньше как было? Выражение восторженной лояльности значительной части населения к власти. Потому что после трудных 90-х общество вступило в полосу относительной стабильности. То, что этой стабильностью мы были обязаны не столько мудрости властей предержащих, сколько мировой конъюнктуре, росту внутреннего потребления и падению курса рубля, не осознавалось. Отдельные мелочи типа субмарины «Курск», Беслана, Дубровки и т.д. в расчет и вовсе не принимались. До самого последнего момента люди старались не замечать, как исчезают виды деятельности, где они могли быть не просителями, а хозяевами своей судьбы. Ведь за лояльность платили: росли зарплаты и пенсии, увеличивалось количество государственных и муниципальных служащих.

Однако 2008–2009 гг. показали, насколько зыбко нефтегазовое благополучие, насколько не связано оно с безблагодатной «харизмой» национального лидера. Проблема обостряется тем, что прежние виды деятельности, которые «кормили» жителей Приморья до наступления эпохи «нефтяного рая», исчезают на глазах. Собственно, выступления в канун 2008 года, да и реакция приморской блогосферы на «партизан» это показали достаточно явно. Число тех, кто процветает в новых условиях, становится уж совсем незначительным. Легитимность власти ощутимо зашаталась, а рейтинги «тандема» поползли вниз.

Те губернаторы, которые знали, что нужно делать, сегодня сошли с политической сцены. Иные из влиятельнейших «региональных баронов» превратились в легкоуправляемых чиновников, с кардинально урезанными полномочиями. По существу, Сергей Дарькин — это последний избранный губернатор в регионе и один из последних — в стране. Так что прежняя система, где выборы были своеобразным «смотром лояльности» населения, уходит в прошлое. Даже если ценой сверхусилий нынешней власти удастся «вырваться вперед», это будет тяжелая победа. И наверху и внизу это понимают.

— Не кажется ли вам, что современная система общественно-политического строя является псевдоидеологической? В том смысле, что у правящей группы отсутствует понятная и прозрачная идеология, а вся эта конструкция зиждется, по сути, на неких фрустрациях нашего прошлого типа «чтобы все боялись, как СССР» или «быть империей, как царская Россия». Отсюда и все психологические проблемы вертикали власти.

— Наша страна, уж так вышло, теперь называется Российская Федерация. К слову, всенародно избираемые губернаторы и были носителями этой самой федеративности. Огромная страна с очень разными условиями и уровнем жизни, отличным друг от друга историческим опытом с огромным трудом поддавалась и поддается управлению из одного центра. Даже когда эта страна называлась Российской империей, ее окраинные территории — Финляндия, Польша, Туркестан, Дальний Восток — жили по своим правилам. И руководитель региона, просто, чтобы избираться на следующий срок, должен был эту особенность знать и отстаивать. Дело было не в том, добрый он был или злой, мудрый или не очень. Действовал инстинкт самосохранения.

Кроме всего прочего, губернаторы выполняли и крайне важную социально-экономическую функцию. Замечательный экономист Манкур Олсон обозначил государство термином «стационарный бандит». Это не оскорбление, а указание на его роль. Бандит-гастролер не заинтересован в том, кого он грабит. Стационарный же бандит вынужден думать о тех, кто живет на территории, иначе завтра ему некого будет грабить. Таким «стационарным бандитом», вытеснившим со «своей» территории всех конкурентов, и был губернатор. Понятно, что производство порядка было отнюдь не бесплатным. Но в 90-е, да и в начале XXI столетия «цена вопроса» была вполне посильной. Ведь «в ответ» бизнес получал таможенные и налоговые льготы, кредиты, выгодные заказы. Население получало понятные правила игры и защиту.

Сегодня ситуация изменилась. «Силовые услуги» все больше сосредоточены в «центре». Услуги оказывают другие люди. А поскольку их правила игры выстроены в отвлечении от нашей с вами жизни, то соблюдение этих правил сверху донизу становится проблемой. В результате требуется вводить новых и новых контролеров, контролеров за контролерами и т.д. Растут издержки, соответственно, и цена вопроса тоже. В итоге «право на закон» оказывается доступным лишь для самой состоятельной или политически значимой части общества.

В новых условиях авторитет губернаторов оказывается небольшим. А ведь именно они в прежние годы и были обладателями наиболее мощного «административного ресурса». Чтобы хоть как-то мобилизовать «маленькие административные ресурсы», «Единая Россия» и создает Народный Фронт. Было бы смешно видеть в нем ребрэндинг «Единой России». Такая игра сегодня мало кого убедит. А вот помочь мобилизовать множество маленьких начальников она может.

— В последние годы на противоречивые «указания сверху» Приморье отвечало массовыми выступлениями. Вероятны ли подобные сценарии в выборный период?

— Надеюсь, что нет. Дело в том, что на Дальнем Востоке сложился иной способ выражения протеста — отъезд. Правда, если в прежние годы ехали в основном в европейскую часть России, то сегодня приморцы все активнее осваивают Гонконг, Макао, Шанхай, Таиланд. Что тоже является не самым радостным сигналом. Ведь уезжают отнюдь не «слабаки», а наиболее инициативные.

Но полностью исключить опасность потрясений нельзя. Все действительно оппозиционные силы на сегодня вытеснены из легального поля. Для них единственный путь «диалога» с властью — уличные выступления. Это и есть самая главная опасность. Ведь наличие легальной оппозиционной партии вводит ее в пространство права, дает людям инструменты для бескровной борьбы, отстаивания своих интересов. Сегодня ресурсов для такой бескровной борьбы остается все меньше. И выборы — один из последних шансов. Если он не будет использован… Что ж? Учите иностранные языки, граждане!

 

Андрей ДЕМЕНТЬЕВ

 

Комментарии (0)
Отправляя комментарий, вы соглашаетесь с Политикой конфиденциальности.
НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ