Денис Смирнов: «Расчетная лесосека катастрофически завышена»

Руководитель лесной местного WWF о законах, конфликтах и ситуацией с компанией «Лес Экспорт»
Из личного архива героя публикации | «Расчетная лесосека катастрофически завышена»
Из личного архива героя публикации

Многие приморские лесопромышленники не могут смириться с мыслью о конце эпохи «снятия сливок». Им хочется продолжать жить «на широкую ногу», как и последние два десятилетия. Денис Смирнов, руководитель лесной программы Амурского филиала WWF России, уверен, это самоубийственный путь, который через 5-10 лет приведет отрасль к коллапсу, даже если лесорубам позволят вырубить все защитные леса края. 

— Денис Юрьевич, в начале августа первый вице-премьер Виктор Зубков поручил администрации края изыскать для ЗАО «Лес Экспорт» лесные ресурсы вне Пожарской орехово-промысловой зоны и участка в устье Бикина, где предлагается создание государственного природного заказника «Среднеуссурийский». Казалось, конфликт между бизнесом и экологами исчерпан...

— Не совсем. Не включено предложение WWF о внесении в лесное законодательство РФ прямого запрета на передачу орехово-промысловых зон в аренду в целях заготовки древесины. А это бы помогло предотвратить конфликты, подобные бикинскому, на системном уровне.

— Почему вы так уверены? Сегодня ведь в отрасли главную роль отдают экологической сертификации, самой авторитетной из которой считается «бумага» Лесного попечительского совета (FSC). Значит, мест пересечений лесников и экологов станет только больше?

— В Японию, США и Европу, не имея сертификата по одной из международно признанных схем сертификации лесоуправления и цепочки поставок (например, FSC), уже сегодня сложно экспортировать лесопродукцию. Экспорт же древесины из Приморья практически полностью ориентируется на Китай. Но, по всей видимости, в ближайшие пару лет и импортеры из Поднебесной заинтересуются сертифицированной продукцией — ведь значительная часть древесины из Приморья реэкспортируется в страны Европейского союза, США и Японию. В ходе получения сертификатов, возможно, возникнут трения. Но это та необходимость, через которую в отрасли начнет выстраиваться нормальная модель лесопользования.

Игра за спиной

— «Лес Экспорт» обладает сертификатом FSC?

— Нет, в Приморском крае сертификаты получили группы «Тернейлес» и ОАО «Приморский ГОК». «Лес Экспорт» прошел в 2008-м основную оценку на соответствие стандартам. Аудиторская компания выявила в лесоуправлении «Лес Экспорта» существенные несоответствия, которые надо было устранить. Но в 2009-2010 годах в результате экономического кризиса «Лес Экспорт» заморозил процесс сертификации. А сейчас, когда компания нашла китайских инвесторов, которые работают на европейском и американском рынках, получение сертификата FSC снова включено в повестку.

— Надо полагать, что после конфликта с WWF им понадобится огромная удача?

— Ну, во всяком случае дальнейшее позиционирование компании как экологически ответственной под большим вопросом. Кроме всего прочего, одним из условий для получения сертификата является отсутствие неурегулированных конфликтов с экологическими организациями.

— А правда, что «Лес Экспорт» консультировался с Амурским филиалом WWF, как зайти в защитные леса?

— В октябре 2010 года управление лесного хозяйства края собиралось провести аукцион, на котором под проведение так называемых «рубок ухода» выставлялись лесосеки в Бикинской и Пожарской орехово-промысловых зонах, а также на территории проектируемого заказника «Среднеуссурийский». После негативной реакции Министерства природных ресурсов и Рослесхоза аукцион не состоялся. Примерно в это же время руководство «Лес Экспорта» запросило наше мнение о возможности взятия компанией в аренду в целях заготовки древесины Пожарской орехово-промысловой зоны. Хотел бы подчеркнуть, что ни тогда, ни позже компания не информировала нас о своих планах взятия в аренду территории «Среднеуссурийского» и Бикинской орехово-промысловой зоны.

Мы донесли до компании свою точку зрения, согласно которой арендовать орехово-промысловые зоны можно лишь в соответствии с их целевым назначением — для заготовки пищевых лесных ресурсов и сбора лекарственных растений. Заготовка древесины в ходе рубок ухода и санитарных рубок может осуществляться, но только как дополнительный вид. Опыт в Приморье имеется: из шести орехово-промысловых зон в крае четыре уже взяты в аренду по такому принципу.

Но, видимо, идея о побочной заготовке древесины не вызвала в «Лес Экспорте» большого энтузиазма. Они хотели бы взять орехово-промысловую зону без аукциона в рамках реализации своего инвестпроекта для заготовки древесины и предложили нам вместе определить объемы и места лесозаготовок. Но, на наш взгляд, это создало бы опасный прецедент, который мог бы быть распространен и на другие участковые зоны в Приморье, да и в других регионах ДФО и Сибири. Ведь действующим законодательством разница между эксплуатационными и защитными лесами и так сведена к минимуму. Ну, запрещены сплошные рубки, так ведь при желании лесозаготовителя можно назначить сплошные санитарные. Провел лесопатологическое обследование, выявил определенный процент усыхающих деревьев и все — под этим предлогом начинается фактически сплошная промышленная вырубка. Мы с этим уже сталкивались, причем неоднократно.

— Это-то понятно, но как у компании появились другие территории?

— Это интересный вопрос. Мы сами узнали о заявках компании на другие участки только в конце февраля 2011-го, когда между лесным управлением края и компанией уже велись разбирательства в арбитражном суде. Другими словами, пока WWF пытался найти компромисс в вопросах использования защитных лесов и согласовывал в правительстве администрации проект заказника «Среднеуссурийский», «Лес Экспорт» подал заявку на него и Пожарскую зону. Что это, если не игра за спиной?!

Тогда мы не стали форсировать события. Все-таки шли судебные разбирательства, и у нас теплилась надежда. Но в мае суд обязал лесное управление выделить участки компании. В тот же месяц компания подала заявку еще и на Бикинскую зону. При этом суд руководствовался тем, что компания должна получить участки для реализации инвестпроекта, включенного в приоритетный список Минпромторгом РФ. Это полное право компании, решили в суде. Но закон — «Положения о подготовке и утверждении перечня приоритетных инвестиционных проектов в области освоения лесов» — также обязывает компанию обосновать необходимость предоставления дополнительных лесных ресурсов, объемов заготовки и границы испрашиваемых участков еще на стадии согласования инвест-проектов. Т.е., чтобы получить право на эти участки, «Лес Экспорт» должен был их внести в заявку в 2008 году. А вот этого сделано не было.

Потребности закрываются

— Ситуация с выделением дополнительных ресурсов является общей для всех трех приморских компаний, чьи проекты включены в соответствующий перечень инвестпроектов?

— Да. Вообще включение в перечень дает два преимущества: выделение дополнительных ресурсов, а также снижение арендной платы за участок на срок окупаемости проекта. Теперь компании практически ничего не платят государству. Это не в упрек, просто они рассчитывали на преференции и получили их. Теперь вот требуют дополнительные участки. При этом текущие их мощности вполне удовлетворяются нынешними ресурсами. На момент подачи заявок, исходя из всего объема лесосеки, который они имели, три компании перерабатывали только 10% от общего объема расчетной лесосеки по их арендным участкам. Эти ресурсы вполне закрывают потребности компаний, даже с учетом введения приоритетных проектов.

— Так «Лес Экспорту» будут выделены новые участки или WWF намерен стоять на позиции, что и нынешнего объема вполне достаточно?

— Оценить, хватит ли компании лесосечного фонда, мы не можем, нет у нас достаточного объема информации...

— Подождите, вы же сами только что заверяли: леса в избытке?!

— Я суммировал расчетные лесосеки по всем трем компаниям. На самом деле из всех заявителей «Лес Экспорт» был наименее обеспечен лесфондом. Правда, группа «Приморсклеспром» еще на стадии рассмотрения своей заявки в Минпромторге продала около 75% площади аренды и 60% своей расчетки группе «Дальлеспром». Причем эти участки находились в районе, где планировалось создать два из трех производств.

Что касается «Лес Экспорта», мы считаем, что компания должна отказаться от аренды участков на территории защитных лесов. То, что Георгий Пузынкин (председатель совета директоров «Лес Экспорт» — прим. «К») говорит об отсутствии альтернатив леса, не согласуется с официальными данными об использовании в крае лесных ресурсов. 90 тыс. га, вокруг которых развернулся конфликт, составляют 1% от всех эксплуатационных лесов края. В настоящее время в Приморье вне аренды находятся 34% эксплуатационных лесов. Получается, что на этих 34% нет необходимого объема?! В таком случае, расчетная лесосека в крае катастрофически завышена, а причиной ее отсутствия являются незарегистрированные широкомасштабные незаконные рубки и неучтенные перерубы. Если так, то надо переосмыслить эффективность управления эксплуатационными лесами в крае за последние 20 лет.

К слову, в Дальнереченском лесничестве свободная расчетка примерно 97 тыс. кубов в год. Почему на эти участки «Лес Экспорт» не претендует, ведь они находятся рядом с их заводом? А то, что, по информации руководства компании, проект частично заморожен и не будет создано 300 дополнительных рабочих мест... Приведу пример: на 2011 год ЗАО «Лес Экспорт» подало заявку на привлечение рабочей силы из Китая в количестве 170 человек, удовлетворено 115. А в 2012-м компания хочет привлечь из Китая уже 290 человек. При этом в Дальнереченске, согласно данным Пузынкина, безработица составляет более 20%.

 

Егор БАТАЛОВ
Комментарии (0)
Отправляя комментарий, вы соглашаетесь с Политикой конфиденциальности.
НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ