Что лицезрели в начале XX века

фото: предоставил Ю. Уфимцев | Что лицезрели в начале XX века
фото: предоставил Ю. Уфимцев

Если театральное искусство в России возникло в 1750 г. с основанием Елизаветинского театра, то в Приморье театральная жизнь начиналась с уличных китайских актеров.

«Я шел по Пекинской улице. Что это? — вспоминал бытописатель старого Владивостока Венедикт Матвеев. — Я было смутился не в шутку: вся улица у магазина Сигиуры сплошь покрыта движущейся сотнеголовой толпой, среди которой выдаются несколько странных фигур на целое туловище выше остальной массы… Звучат тарелки, им вторят барабаны. Я озирался кругом. Везде манзы, корейцы, японцы, и только несколько русских мальчишек да два-три зазевавшихся извозчика. Точно бунт затеяли коварные желтолтицые…

Но двигалась толпа безоружная и никому не причиняла обиды. Высокими фигурами оказались те же манзы на ходулях, наряженные в разноцветное одеяние, а некоторые — наподобие женщин-китаянок. У одного красовалась нитяная борода и большие очки, у другого громадные, заложенные за уши усы и бумажный раскрашенный круг на лбу. Кто из них держал веер, кто небольшие палочки, а в руках у старца с нитяной бородой была толстая палка. По бокам от фигур, взгромоздившихся на ходули, шло несколько человек в обыкновенных костюмах, кто из этих последних шел с медными тарелками, кто с бубном, кто с барабаном.

Процессия обходила все китайское население города. Она останавливалась у дверей обитаемых китайских домов, и тут происходило какое-то священнодействие. Фигуры на ходулях направлялись к дверям, махали усиленно тем, что было в руках, и затем, обернувшись несколько раз по окружности, они и сопровождающая их толпа двигались далее. Но вот толпа что-то загудела, и произошло какое-то замешательство… Оказывалось, что одна из фигур, размахнувшись сильнее, чем следовало, не удержалась в равновесии и грохнулась на землю при смехе толпы. Сконфуженный встал и скрылся в толпе. А процессия двигалась далее и далее…»

Помимо уличных, существовали и официальные китайские театры со зданиями и репертуаром. Более того, до сих пор на старом кладбище на Эгершельде во Владивостоке можно лицезреть остатки некогда шикарного захоронения примы владивостокского китайского театра. Отдавая дань ее таланту, хоронили актрису всем миром.

Китайские театры имелись во Владивостоке и Никольске-Уссурийском. Подавляющее большинство спектаклей представляли собой театрализованное воплощение наиболее любимых китайским народом исторических и сказочных романов и легенд. Стандартными для традиционного китайского театра были фиксированные амплуа, а также почти полное отсутствие декораций и бутафории. Время и действие обозначались определенными музыкальными мелодиями. Вокальные партии чередовались с монологами, диалогами и речитативом.

«Следующая пьеса была исторического характера, — писал заезжий посетитель владивостокского китайского театра. — Два соседних царя древнего Китая («Это было давно, очень давно», — пояснил наш переводчик) задумали было воевать и разрушить города друг друга (на сцену выносятся небольшие, сделанные из темного картона стены этих городов). Явились войска; какой-то огромный богатырь, трагически, очень красиво и резко жестикулировавший. Весь закованный в латы, одетый в мантию и своеобразный шлем, выходит к войскам противника и говорит, что он может побить тысячу человек. Войска становятся на колени и исполняют древний обряд приготовления к сражению; военачальники совещаются о плане боя. Одним словом, все готово к кровопролитию, как вдруг появляется один мудрый ученый муж, который уговаривает богатыря перейти на службу к враждебному ему царю, тот соглашается, и таким образом кровопролитие избегнуто и мирное течение жизни в двух соседних царствах восстановлено».

Во Владивостоке имелся театр Ван Тынсина на Корейской улице — здание каменное, зал на 400 человек, цена за билеты колебалась от 50 коп. до 2 руб., в зависимости от расположения. Кроме того, была целая улица, которая так и называлась — Сиюань дацзе — Театральная (ныне Семеновская). Здесь имелось два знаменитых китайских театра: Северный и Южный. Между ними была жесткая конкуренция. В итоге Северный театр был больше популярен у китайских пролетариев, а Южный — у зажиточных слоев.

В китайском театре не было никакого убранства: сцена, ложи, столбы, перила были некрашеные. В зрительном зале имелся партер и балкон, разделенный на ложи. Между скамейками партера расставлялись столы для тех, кто желал во время представления есть и пить. Так как места в партере не нумеровались, тот, кто пришел раньше, садился ближе к сцене.

Едва посетитель входил в театр, как его тут же приветствовал капельдинер, отыскивал ему хорошее место, клал подушку на сиденье, а через некоторое время приносил чайник ароматного чая. Затем вручал зрителю театральную программу — кусочек тонкой бумаги желтого цвета, где деревянным штампом были оттиснуты названия пьес. В программе не указывались фамилии актеров: какую роль играл актер, публика узнавала от него самого. При первом появлении на сцене он сообщал сценическое имя, фамилию и описывал свою жизнь.

Вот как был устроен один из владивостокских китайских театров, открытие которого в мае 1899?г. стало большим событием. Деревянное здание, обшитое снаружи цинковым железом, внутри выкрашенное масляной краской разных цветов с преобладанием серого и белого, выстроил китайский купец Чэн Шанли, затратив на постройку 5700 руб. В театр вели четыре двери, при входе находилась касса, продавцом билетов был русский, он получал за работу по 1 руб. в день. Все двери вели на балкон, с трех сторон окружающий партер. На балконе были самые дешевые места по 50 коп. Деревянная решетка отделяла от балкона партер, где в три ряда стояли высокие, почти квадратной формы столы, окруженные скамеечками. Зритель садился близ стола лицом к сцене. Ложи — небольшие клетушечки, уставленные скамеечками, — располагались на втором этаже по двум боковым сторонам, по четыре с каждой.

Остальное пространство второго этажа было уставлено столами. Партер в длину имел 10 м. Здесь были самые дорогие места — по 2 руб. В стоимость билета входило следующее: «с 7 часов вечера до 11 или 12 часов ночи ряд пьес и гимнастических упражнений, чай и полотенца для вытирания потного лица». За отдельную плату предлагались сушеные тыквенные семечки, пиво, лимонад. Прислуживающим в театре мальчикам плата не полагалась — они обходили перед окончанием представления публику и выпрашивали чаевые.

Сцена была без занавеса и декораций, без суфлерской будки и рампы. Единственное украшение — зеркало китайской работы. Оркестр помещался в глубине сцены: музыкантов было меньше, чем музыкальных инструментов, поскольку каждый попеременно играл на нескольких. В китайском театре не было афиш, их заменял основной реквизит пьес, идущих в этот день на сцене, который выставлялся перед входом в театр до начала спектакля. Например, памятник из пьесы «Смерть Ян Цзие» или пара крюков из пьесы «Ляньхуаньтао». Но вскоре в китайских театрах появились другие атрибуты.

В 1930 г. Дальневосточный крайком ВКП(б) вынес решение о создании Управления театрально-зрелищными предприятиями, в подчинение которому передавались все дальневосточные театры. Это вызвало к жизни новые формы развития театрального дела. Наряду со старым китайским театром в марте 1931 г. открылся новый, труппу которого составили молодые китайские рабочие.

Газета «Красное знамя» сообщала: «Организован агитационный передвижной театр, гастролирующий по китайским баракам. Он уже пять дней устраивает разные развлечения. Бараки украшены боевыми плакатами и лозунгами, насыщенными политическим и производственным содержанием. Расставлены красные столы с разнообразной литературой на китайском языке. За дело взялся Пролеткульт».

Театр с революционными веяниями посетил во Владивостоке в 1931 г. Михаил Пришвин. «В китайском театре изображалась жизнь за 500 лет от нашего времени, и приемы игры были древние, а сюжет состоял в том, что богатый по своей оплошности попадает в руки бедного, переносит через это все страдания, какие может только вынести человек, но, в конце концов, правда торжествует, богатый восстанавливается в своих правах, а бедного ведут на виселицу. Китайский театр был переполнен, у каждого китайца в руке был чайник и чашечка, курили, грызли семечки тыквы. В этой обстановке я невольно перестраивался согласно сюжету пьесы, манерам игры и виду публики тоже на жизнь за 500 лет до нашего времени».

В то время началась война Китая с Японией, а вскоре и противостояние СССР с последней. Китайские жители Владивостока стали рассматриваться как потенциальные агенты враждебной Японии и были выселены в Казахстан или попали в лагеря ОГПУ. С сокращением китайского населения прекратил свое существование и китайский театр.

В Южном театре был открыт кинотеатр имени II Тихоокеанского конгресса профсоюзов, а с 30-х гг. и до 1991 г. это был кинотеатр «Родина», на месте которого ныне расположен одноименный торговый центр. А вот здание Северного сохранилось до сих пор. Бывший мэр Владивостока во исполнение решения о проведении Года театра совместно с музеем имени Арсеньева решил реализовать идею возрождения китайского театра в старом помещении по ул. Пограничной, 12б как нового туристского объекта. Но теперь у Владивостока новый мэр. Хотя распоряжение президента России остается прежним.

Юрий УФИМЦЕВ, специально для «К»

 

 

Комментарии (0)
Отправляя комментарий, вы соглашаетесь с Политикой конфиденциальности.
НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ