Рыба из Мирового океана попала в «зависимость» от таможенного статуса​

 Рыба из Мирового океана попала в «зависимость» от таможенного статуса​

Таможня вновь получила от президента «ориентир»​ не мешать российским рыбакам производить рыбную продукцию в Мировом океане​.

На прошлой неделе в правительство пришло очередное «рыбное» поручение президента. Его отличие от предыдущих в том, что оно по факту стало уже точечным «указом» для главного тормоза российского рыбного присутствия в Мировом океане – таможенной службы. Эта фискальная структура третий год «терзает» те немногие компании, которые работают и производят рыбную продукцию за пределами 200-мильной зоны.

Тему оформления рыбопродукции, произведенной в Мировом океане, на встрече с президентом в сентябре 2019 г. поднял управляющий группой компаний «Доброфлот» Александр Ефремов. «Плавбаза принимала сырье от японских рыбаков, осуществлялась глубокая переработка, однако отправка рыбы в Россию вылилась в уголовные дела», - сообщил рыбопромышленник. Первое поручение по следам ситуации с «Доброфлотом» Владимир Путин дал в 2016 г. В 2017 г. президент вновь поставил задачу в этой сфере: правительству было поручено решить вопрос правового регулирования и определения статуса продукции, изготовленной в открытом море на российских судах.

За процессом судебного преследования крупнейшего производителя консервов в России — группы компаний «Доброфлот» — отрасль следит уже более трех лет. Сомнений в том, что хорошо, а что плохо для государства, уже ни у кого не возникает. Не случайно, что именно вопрос вольной трактовки таможенного законодательства со стороны ФТС был вынесен на сентябрьскую встречу Владимира Путина и общественности Дальнего Востока. Правительство должно «представить предложения об отнесении ввозимой на территорию Российской Федерации рыбной продукции, произведенной на российских судах в районе промысла за пределами исключительной экономической зоны Российской Федерации из водных биологических ресурсов, добытых (выловленных) иностранными судами, к продукции, являющейся товаром Евразийского экономического союза». Доклад по этому вопросу президент ждет до 1 февраля 2020 г.

Возвращение к проблеме не случайно. Сегодня, когда на мировой рыбной повестке обсуждается вопрос формирования для России национальной квоты в Мировом океане по такому стратегическому ресурсу, как сайра, налицо попытка ФТС финансово «додавить» крупнейшую компанию, которая кормит социальной сайровой продукцией россиян. Таможенные чиновники пытаются оштрафовать компанию на 160 миллионов рублей. Причем эксперты считают, что юридические основания «наказания» не только отсутствуют в арбитражных разбирательствах, они даже не прописаны в российском законодательстве. И если таможенным органам удается добиться выплаты штрафов, то выходить на сайровый промысел в Мировой океан в России желающих не найдется. Зато вместо российских судов эти белковые ресурсы будут осваивать азиатские рыбаки.

А ведь российская рыбная отрасль обязана работать в этом районе, так как это позволит в дальнейшем конкурировать за ресурс со странами Азии. Нет в этом районе работающих рыбных судов, нет выделения национальной квоты. Россия имела все перспективы закрепиться и претендовать на значительные объемы. Еще в 2015 г. компания «Доброфлот» впервые организовала совместный с японскими рыбаками промысел в открытой части Мирового океана за пределами исключительной экономической зоны (ИЭЗ) России. На плавбазе «Всеволод Сибирцев» из рыбы, сданной японскими рыбаками, изготавливали готовую консервную и мороженую продукцию для поставок на территорию России. Плавбаза цементировала основу переработки в Мировом океане, она может каждые сутки перерабатывать более 500 тонн рыбы.

Однако через 6 месяцев после того, как компания впервые привезла готовую рыбную продукцию в Россию, возникли проблемы. Хотя изначально при заходе в российский порт в рамках процедур таможенного контроля продукция была признана таможенными органами российской и, согласно постановлению правительства об упрощенном оформлении российской рыбопродукции, не требовала декларирования и уплаты таможенных пошлин, дальше стал развиваться «сайровый триллер».

Пока потребители страны приобретали качественные консервы из сайры, на плавзавод, работающий в море, высадился спецназ, который искал контрабанду. Как оказалось, таможенные органы внезапно «прозрели» и стали считать, продукцию иностранной. Логика претензий была проста: раз рыба была поймана японскими рыбаками, то, значит, и продукция совсем не российского происхождения.

Подобная трактовка российского законодательства выглядела очень слабой, так как есть нормы, которые четко регламентируют, при каких признаках рыба, пойманная рыбаками другой страны и переданная российскому рыбоперерабатывающему плавзаводу «Всеволод Сибирцев», признается российской продукцией глубокой переработки. На всех уровнях власти официально было доказано — продукцию произвел российский плавзавод, сертифицированный Россельхознадзором. На этом плавзаводе работают российские граждане, сам процессор принадлежит российской компании, которая платит все российские налоги. Причем здесь нужно акцентировать внимание на том, что продукция, произведенная российским предприятием, обязана быть промаркирована как российская, так как российское предприятие по законодательству не имеет права указывать в документах, что ее выпустил какой-то иностранный завод.

Почти год ушел на то, чтобы доказать очевидное. Документально было подтверждено, что пойманная в Мировом океане сайра мотоботами плавучей фабрики доставлялась на борт, где 500 российских сотрудников компании ее сортировали, резали, чистили, набивали в банку, варили, упаковывали. В общем, делали то, что делает любой завод, который выпускает рыбную продукцию. Странно, что вообще возник этот вопрос, о происхождении. Ведь никто не считает, что колбаса, произведенная из австралийского мяса, должна быть иностранной.

В июне 2017 года, получив позицию арбитражных судов о том, что происхождение рыбопродукции российское, таможенные органы меняют суть своих претензий и уходят на новые, до этого момента неизвестные «глубины» таможенного законодательства. Таможня обнаружила иностранный статус товара, после чего представила позицию, что раз такой статус есть, то продукция подлежит декларированию, но без уплаты таможенных платежей.

Казалось бы, что формальные придирки таможни в 2017 году не должны в 2019 году вернуть президента к решению этой проблемы, учитывая, что за два года разбирательств с таможней и поиска истины только правительственная комиссия собиралась не один раз. В том, что рыбаки не обманывали государство и не нанесли ему ущерб, к 2017 г. уже разобрались: президент, правительство, ФСБ, Следственный комитет, Минсельхоз. Выяснили главное: продукция российская, а при ввозе на территорию Таможенного союза российской продукции пошлина не платится. То есть предприятие никоим образом не навредило государству, не пыталось уйти от уплаты таможенной пошлины, не занималось контрабандой, не нарушало никаких законов. Но, видимо, этот факт не сильно влияет на таможенный настрой доказать, что таможенная служба никогда не ошибается. И если первоначальный вердикт «виновны» не подтвердился, то сегодня есть инструменты его «реанимации».

Этим инструментом и стал «размытый» термин «статус товара». Это некое​ понятие, не зафиксированное ни в одном законодательном акте. «Откопав» этот загадочный «статус» в своей нормативной базе, в ноябре 2018 г. таможня, закончив камеральную проверку, начисляет предприятию 138 миллионов рублей таможенных платежей и 25 миллионов рублей пени по восьми эпизодам ввоза рыбопродукции, имевшим место в 2016 году.

Платить 160 миллионов рублей штрафов за весьма странные аргументы «нарушений» производитель продукции не стал. Сегодня в судах он пытается доказать, что нормативная база и таможенное законодательство этих «откопанных» аргументов не содержат.

При этом даже в этой щекотливой ситуации, когда таможенный орган «ушел» в специфический процедурный таможенный вопрос статуса товара, у него нет сильных правовых козырей. Юристы, оспаривающие штрафы в суде, представили доказательства, что, согласно постановлению Арбитражного суда Дальневосточного округа по делу А51-18475/2016, определять статус продукции — обязанность таможни. Однако таможенный орган в суде считает, что он не должен определять статус ввозимого товара.

Однако должно ли это быть предметом разбирательства в суде? Закономерный вопрос: а что все-таки исследует суд? Что сегодня на весах правосудия и почему глава государства не первый раз вмешивается в ситуацию, указывая своим подчиненным, какие у России приоритеты в этом вопросе?

Ответ вроде очевиден. Разве могут быть у государственных органов разные мнения на этот счет? Да, есть позиция таможни, что продукция российская, а вот статус — иностранный. Но это юридическая казуистика, и она не решает проблему. В суде выяснилось, что предприниматели при ввозе товара самостоятельно лишь определяет товар по происхождению – импортный он или российский. Классифицировать его статус не имеют полномочий. Если таможенник ставит штамп о выпуске товара в свободное обращение, значит, он провел соответствующую проверку и принял решение. Если таможенник ошибся и не установил правильно статус товара, это не должно стать проблемой для предпринимателя. В случае с «Доброфлотом» таможня дала добро на ввоз рыбной продукции без декларирования, а по истечении длительного времени после проверок приняла решение о том, что ввезенный товар неправильно оформлен.

Теперь история с декларированием выходит на очередной годичный круг. Хотя, может, этот гордиев узел будет разрублен в суде, и в указанный срок правительство отчитается перед главой государства, что выход из «мирового тупика» найден. И уже весной 2020 г. российские суда пойдут в Мировой океан работать на благо России, чтобы через несколько лет, когда страны будут квотировать лимиты рыбы, наша страна имела права претендовать на сотни тысяч тонн ценного белка.​

Комментарии (0)
Отправляя комментарий, вы соглашаетесь с Политикой конфиденциальности.
НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ