Великая приморская стена: что было на месте будущего Уссурийска

фото: предоставил Ю. Уфимцев |  Великая приморская стена: что было на месте будущего Уссурийска
фото: предоставил Ю. Уфимцев

Сегодня мало кто знает, что на территории Приморского края находится сооружение, аналогичное Китайской стене. Конечно, меньшее по размерам, но некогда не менее известное в международном научном мире.

«Шань-хай-гуань есть первый проход в великой стене, построенной Цинь-ши хуандием. Стена здесь высокая и толстая; с южной стороны она входит в море, т. е. тянется по морскому берегу, с северной стороны находятся чрезвычайно высокие горы, по которым, вслед за их возвышением и понижением, тянется стена. Ворота прохода, т. е. крепости, обращены на восток; по большой дороге тут находится один хребет, который называется выходящими из прохода в Маньчжурию «хребтом страха», а входящими в проход, т. е. возвращающимися в Китай, – «хребтом радости», – так писали о Великой Китайской стене.

А что же писали о стене приморской? Строительство длинных валов-стен являлось обычной практикой на средневековом Дальнем Востоке. Оно преследовало две цели: тотальной обороны и обозначения своих границ. Таковы были Великая Китайская стена; стена, построенная в Когуре; Ивовый палисад в Маньчжурии; стена по корейскому берегу реки Туманной; стена, протянувшаяся в Приморье от поселка Покровка через Михайловку на восток, к морю, вдоль истоков рек Илистой, Артемовки, Шкотовки, Партизанской, по отрогам хребта Пржевальского к истокам реки Уссури. Длина этой стены составляла порядка 250 км.

В начале 1920-х годов коллеги Арсеньева П. Ф. Шкуркин и А. М. Баранов составили первый историко-географический атлас Маньчжурии, в котором были обозначены и некоторые валы.

«На территории маньчжурского края, – писал впоследствии А. М. Баранов, – имеется целый комплекс древних сооружений в виде валов, прорезающих Маньчжурию в разных направлениях… Постройкой валов государства, создававшиеся в пределах маньчжурского края, увлекались преимущественно в первые века нашей эры. Каждое государственное образование стремилось границы своих владений отметить на местности постройкой валов.

Увлечение сооружением таких валов было настолько сильно, что к их постройке приступали сразу же, как только менялась граница. Попадаются валы протяжением всего лишь в несколько верст. Видимо, работа была остановлена с тем, чтобы, немного отступя, начать строить второй вал, параллельный первому, и, не докончив и сооружения его, приняться затем за следующий. Пример такого строительства имеется налицо к западу от Хинганского хребта. Такого же характера валы имеются и в русском Приморье».

В библиотеке В. К. Арсеньева имелся экземпляр этого атласа, но затем бесследно исчез. Считается, что на этом приморском валу в XIII веке стоял сам путешественник Марко Поло, прибывший сюда с императором Хубилаем в инспекционную поездку. «Там уже расставлены были палатки, и все сыновья, и князья, и жены, больше десяти тысяч тут красивого да богатого народу». Но, в отличие от самой стены, это не более чем легенда.

Ныне заброшенная и неисследованная, некогда она с севера прикрывала административный центр, располагавшийся на территории современного Уссурийска. Центр этот во все времена был известен как Двойной город (состоящий из двух соседствующих крепостей), и, по мнению ряда ученых, один из городов был населен выходцами из Кореи. Кроме того, эта протянувшаяся на сотни километров стена закрывала выход к густонаселенным долинам рек Раздольная, Артемовка, Шкотовка, Партизанская.

Сегодня данная стена – самое длинное крепостное сооружение в России. Идет она по вершинам гор и возвышенностей – от крепости к крепости. В большей своей части сооружение разрушено, но кое-где и сохранилось в виде валов, стен и остатков вымощенных в Средневековье горных дорог. Проходящая вдоль южной стороны стены дорога являлась также коммуникацией нынешнего приграничья с горными районами побережья Японского моря.

Называлось это сооружение Чикири-Мудунь – «земляной вал». Мировую известность эта приморская достопримечательность получила благодаря почетному члену Петербургской академии наук географу де Анвилю (именем которого, кстати, первоначально был назван нынешний залив Посьета), выпустившему в 1734 г. карту Китайской Тартарии, на которой это стена перерезает Приморье с запада на восток с надписью: «Чакири-Мудунь. Дамба из натуральной земли». Этой картой пользовались все мореплаватели, путешественники, ученые и исследователи тех времен. Последние пользуются ею и сегодня.

За основу француз взял карты, составленные монахами-иезуитами в 1710 г. В 1708 г. китайский император Канси послал находившихся у него на службе астрономов, картографов и математиков – европейских монахов-иезуитов – для определения точных координат и съемки Великой Китайской стены. Карта, которую они привезли, была длиною 5 метров. Воодушевленный успехом, Канси отправил монахов Региса, Жарту и Фиделли на составление карты земель, включающих и Приморский край.

Монахи пришли в Приморье в 1710 г. и составили его первую научную карту, вошедшую в состав всемирно известного атласа Канси как лист «Уссури». На этом листе между реками Илистой и Шкотовкой, Аресеньевкой и Партизанской далее на восток изображена стена, не имеющая более аналогов на карте огромного района.

И атлас де Анвиля, и карта иезуитов не давали покоя и российским исследователям, и путешественникам. «С берегов Хинкая (озеро Ханка) пролегает, вероятно, вдоль реки Лефу (Илистая), тропинка к берегам моря, она выходит на большую Хунчуньскую дорогу, направлявшуюся от корейской границы к берегам Уссури, – вспоминал исследователь Приморья Николай Пржевальский в 1858 г. – Так как эта тропинка пересекает любопытную местность Чакиримуден (Чацилимодунь), по которой на европейских картах проводят земляной вал, то я особенно интересовался расспросить подробно об ее качествах. К сожалению, мне не удалось найти очевидцев, посещавших те края, но, сколько можно понять из слов многочисленных рассказчиков, Чакири-муден есть просто невысокий, с плоской вершиной кряж, постепенно понижающийся к юго-востоку и очень грязный на всем протяжении. Тропинка с берегов Хинкая, пересекая Чакиримуден, выходит в долину Суйфун-биры (Раздольная) близ какого-то древнего города, вероятно, Фурданя (Уссурийск), показанного на карте д’Анвилля, другая направляется в Нингуту (Муданьцзян), на запад».

Отец Палладий в письме из Никольска 23 августа 1870 г. отметил: «С. Г. Яковлев сообщил мне, что, сделав экскурсию на верховья Лефу, он напал на след насыпи Чакири-Мудунь и проследил ее на расстоянии 5 верст. Эта линия состоит из ряда четырех небольших валов со рвами, в расстоянии один от другого саженей на 15, так что ширина этого странного сооружения простирается на 60 сажень. Линия валов идет по вершинам гор, вероятно, что эта цепь укреплений по доступным возвышенностям простирается на далекое пространство. Этот вал обозначен на русской карте Маньчжурии, изданной в 1857 г. в Иркутске по картам иезуитов».

По мнению члена местного географического общества Федора Буссе, отец Палладий имел в руках неизвестное нам сочинение, в котором настолько подробно описан Южно-Уссурийский край, что наш ученый наперед знал, где может найти тот или другой остаток древности. Так он искал остаток вала по водораздельному хребту между Лефу и Даубихэ (Арсеньевка), называемый китайцами Чикири-Мудунь, и, действительно, он был найден телеграфистом Яковлевым.

Постоянно возвращался к теме этого вала и Владимир Арсеньев: «Мои спутники были все в сборе. После ужина меня стало клонить ко сну. Завернувшись в одеяло, я лег около огня и сквозь дремоту слышал, как Чжан-Бао рассказывал казакам о Великой Китайской стене, которая тянется на 7 тыс. ли и которой нет равной во всем мире. По ассоциации я вспомнил вал Чакири-Мудун, который начинается где-то около Даубихэ в Уссурийском крае и на многие десятки километров тянется сквозь тайгу с востока на запад. Вот он поднимается на гору, дальше контуры его становятся расплывчатыми, неясными, и, наконец, он совсем теряется в туманной мгле…

Кроме того, встречаются очень длинные валы, служившие, по-видимому, границами. Например, вал Чакири-Мудунь, о котором первым упомянул Палладий; от реки Лефу он прослежен на север на несколько дней пути.

В верховьях Лефу имеются насыпи Чакари-Мудунь. Их желательно проследить, т. к. они не исследованы до конца. На этих насыпях имеется много интересного. Насыпи проходят по вершине горы».

Сегодня часть вала Чикири-Мудунь (в основном расположенного в безлюдных местах) длиной в 6 км можно видеть на трассе Анучино – Ивановка. А на горном отрезке стены под Анучино сохранилось аж 15 башен!

В связи с тем, что недавно президент России Владимир Путин поручил главам субъектов рассмотреть вопрос восстановления русской засечной стены в Поволжье, может быть, когда-нибудь будет рассмотрена и возможность реставрации Чакири-Мудунь – не менее грандиозного сооружения, чем на Волге.

Юрий УФИМЦЕВ, специально для «К»


Самые свежие материалы от KONKURENT.RU - с прямой доставкой в Telegram


 

Комментарии (7)
Отправляя комментарий, вы соглашаетесь с Политикой конфиденциальности.
Станислав 1 неделю назад
0 0
В Сиреневке такой же высоты заборы между дачными участками из таких же камней - дачники в 80-е годы корчевали участки.
Alex1973 1 неделю назад
0 0
А почему "Чакири мудунь" - это "Земляной вал"? "Мудунь" по словарю Захарова (самый авторитетный словарь) - это склон, скат горы, "чакири" - недоваренный, полусырой, сырой. Т.е. буквально "Сырой склон".
Аноним 1 неделю назад
0 1
Если кому интересно могу видео показать
Аноним 1 неделю назад
0 0
В Пограничном районе тоже есть стена,только блоки там большие
Читатель 2 недели назад
0 0
На фото дорогу явно пробил бульдозер не ранее позапрошлого года
Ол. 1 месяц назад
0 0
Много интересного.Но если пишете на то изучайте родной край, а то стыдно писать и не знать
Тернейская 1 месяц назад
0 0
Слабо верится в это предание
НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ