Каждый год тысячи молодых людей из Приморского края устремляются во Владивосток. Для них город у моря — это не просто административный центр, а символ возможностей: престижные вузы, первая серьезная работа, бурная ночная жизнь и ощущение, что именно здесь начинается настоящая взрослая жизнь. Но что происходит, когда этот «Вавилон» становится тесен? Когда амбиции перерастают масштаб города, а мечты уводят за тысячи километров на запад? Деловой еженедельник «Конкурент» поговорил с приморцами, для которых Владивосток стал важной, но промежуточной остановкой на пути в Москву.
Вероника Федорцева, контент-мейкер: «Мои три переезда из Владивостока в Москву были похожи на три волны, которые накрывали меня с головой и долго не давали обсохнуть.
Первая волна накрыла меня в 15 лет. Мечта о престижном вузе казалась стоящей любых жертв. План был прост: окончить школу при ведущем медицинском университете и поступить в него же. Мы с мамой переехали, сняли уютную IKEA-квартиру на Ленинском проспекте, в пяти минутах от метро и Парка Горького. У нее — хорошая работа в сети ресторанов, у меня — престижная школа с перспективами. Идеальная картинка.
Но реальность, как водится, оказалась болезненной. Медицинская школа опротивела мне за две недели. На фоне стресса я осознала, что и врачом-то быть не хочу. Одноклассники — сборище карьеристов-индивидуалистов, не видящих ничего дальше экзаменов, — вызывали лишь раздражение.
Вся Москва вызывала отторжение. Слишком красивая, слишком богатая, слишком «не Россия». Даже деревья вдоль дорог, высаженные в строгом шахматном порядке на идеально выстриженном газоне, казались фальшивыми. Удивительно, но я скучала по владивостокской неидеальности, потому что она была «моей, родной». Отбросив мечту о медицине, через пять месяцев мы вернулись домой.
Прошел год, и во Владивостоке мне снова стало тесно. Я решила окончить школу дома, а поступать уже в Москве. Так началась вторая волна.
На этот раз я выбрала творческую специальность — она спасала меня в первый приезд, и я поняла, что готова посвятить ей жизнь. Я поступила в Школу дизайна ВШЭ, но поселилась в общежитии. Весь его колорит раскрылся в первые же месяцы, и фокус внимания быстро сместился с учебы на «жизнь общажную».
Чтобы вы понимали: я была отличницей, окончила школу с золотой медалью, вдобавок — художественную. Не ходила на тусовки, а случаи, когда я пила или курила, можно было пересчитать по пальцам одной руки. И вот этот «божий одуванчик» оказался один в большом городе, да еще и в общежитии. Пустилась ли я во все тяжкие? О да. Экспресс-курс по освоению всего запретного был пройден на 100% — все-таки отличница!
Первые три курса прошли как в тумане. Удивляюсь, как меня не отчислили. Сомнительные компании сменяли друг друга, депрессивные эпизоды и запои шли чередой. К четвертому курсу я наконец угомонилась.
В те годы, приезжая во Владивосток, я ловила себя на странном чувстве: у меня больше нет дома. Владивосток — уже не дом: мою комнату заняла младшая сестра, у старых друзей появились новые компании. Москва — еще не дом: хоть люди и контекст стали роднее, я все еще жила в общежитии.
На четвертом курсе я начала работать по специальности в модном культурном центре, переехала в свою квартиру и почти почувствовала себя москвичкой. У меня даже появились главные атрибуты столичной жизни: еда на доставках, утро с оверпрайс-кофе, походы в «нишевые» бары по выходным и такси только класса «Комфорт+».
Москва — город, где очень легко себя потерять. Дело не в шуме и суете. Самое трудное — выдержать огромное количество выборов, которые тебя окружают. Это дьявольская ловушка: в бесконечном поиске себя ты себя же и теряешь.
Окончив университет и проработав полтора года, я разочаровалась в ценностях компании и поняла, что мне снова нужен передых. Москва обязывает жить по принципу «пей до дна, работай до выгорания». Восстанавливаться я поехала во Владивосток. Но при всей любви к родному городу, возможностей там, особенно в культурной индустрии, гораздо меньше. Через полтора года я снова собрала чемоданы.
В третий раз я переезжала с одной целью — не потерять себя. Вот уже почти год, как я снова здесь. С работой и деньгами проблем никогда не было, жилье свое есть. Казалось бы, на что жаловаться? Но моральное состояние все равно хромает.
Не знаю, получается ли у меня не утонуть на этот раз. Может, я уже тону в третьей московской волне, которая незаметно накрывает меня. Но, с другой стороны, говорят, Бог любит троицу.
Кто выйдет победителем из этих абьюзивных отношений — я или город, — покажет время. Но факт остается фактом: жертва неуклонно тянется к своему абьюзеру».
Лада Ковалевич, частный риелтор: «В Москву я переехала в 24 года — в достаточно зрелом возрасте и с четким планом. К тому моменту я уже успела прожить «маленькую жизнь».
В 2014 г. я окончила ВГУЭС по специальности «Регионоведение Японии». Специальность интересная, но, как оказалось, совершенно не прикладная — я не проработала по ней ни дня. Зато на четвертом курсе выиграла грант на обучение в Японии: так в моей жизни случился семестр в городе Тояма и даже работа на кассе в японском «Макдоналдсе».
Я старший ребенок в многодетной семье, где мама поднимала нас одна. Поэтому с 12 лет я подрабатывала каждое лето, а с 16 уже полностью себя обеспечивала. После университета, мечтая о больших успехах, я устроилась в офис компании по экспорту металлолома. И вот в 24 года, будучи менеджером по экспорту с хорошей зарплатой, за рулем розового Nissan March с номерами «ЕМО», я поняла: хочу стать телеведущей, и для этого мне нужно в Москву. Я всегда жила по принципу: «Лучше попробовать и провалиться, чем жалеть, что не решилась».
Ошарашив директоров новостью об увольнении, я продала машину, вложила все деньги в финансовую пирамиду (конечно, тогда я этого не знала) и с мечтами о жизни на проценты отправилась покорять столицу. Как вы догадываетесь, в Москву я приехала с пустыми карманами, но с огромными амбициями. Зато тот опыт наглядно показал: высокий процент бывает только там, где высок риск. Теперь я оцениваю любые «инвестпроекты» в недвижимости с абсолютно холодной головой.
Первые три месяца жила у подруги, за что буду благодарна ей всю жизнь. Потом устроилась продюсером на ток-шоу «Мужское и Женское» на Первом канале и сняла свою первую квартиру в Мытищах. Моя работа заключалась не просто в организации съемок: я искала реальные истории, летала в командировки и убеждала людей вывернуть душу наизнанку на всю страну. Если вы думали, что герои шоу — актеры, то нет. Это настоящие люди и их настоящие проблемы.
Представляете, сколько человеческих судеб прошло через меня? Семейные драмы из-за разводов, наследства, неправильно оформленных документов, внезапно появившихся родственников, претендующих на чужое имущество...
Мое погружение в мир недвижимости началось задолго до того, как я стала риелтором. Я — кладезь историй об одном и том же: о безалаберном отношении к документам и знаменитом русском «авось».
Я грезила телевидением, потому что хотела делать мир лучше. Но через три года поняла, что это не мое. Мечта о карьере телеведущей рухнула, когда я осознала: ведущий говорит то, что написано в сценарии, а сюжет зависит от повестки и рейтингов.
В 2020 г. я уволилась с «телика», ради которого переехала в Москву, и снова задалась вопросом: «Кем я хочу стать, когда вырасту?» А мама все твердила: «Лада, подумай об ипотеке! Обратись к риелторам, начни уже что-то делать для покупки своей квартиры». И тут меня осенило. Я хороший продажник и хочу сама разобраться в рынке недвижимости, чтобы меня точно не обманули и я нашла лучшее предложение.
Я даже не думала о зарплатах риелторов и не изучала вакансии. Через знакомых нашла их знакомую, которая работала «в какой-то хорошей компании». Так я попала в московские «Этажи». Уже через год я проводила обучение для коллег по аналитике рынка и техникам торга. А через два года собрала свою команду и ушла в частную практику».
Алексей Науменко, бармен: «Я переехал в Москву три года назад и, как это часто бывает, поехал за любовью. Моя девушка получила работу в Иордании, а я должен был верно ждать ее в столице, чтобы потом переехать к ней. Конечно, были и другие причины: во Владивостоке все приелось, хотелось двигаться дальше. Москва манила возможностями, деньгами, перспективами. Настоящая мотивация проснулась, когда я покупал билеты — в тот момент я четко осознал, что еду зарабатывать. Изначально все это казалось временной авантюрой на полгода, максимум на год.
Но жизнь распорядилась иначе. Через год мы с девушкой расстались: она вернулась во Владивосток, а я уже привязался к Москве и своей работе. Я бармен, и, честно говоря, в родной город совсем не тянуло. Здесь — постоянная движуха, тусовки, новые знакомства. Во Владивостоке я успел поработать во всех топовых заведениях, и возвращаться было попросту некуда. Наступила стагнация. А в московских барах за одну смену можно встретить известных музыкантов и актеров — это совсем другой уровень.
Моей главной ошибкой была уверенность, что на первый месяц в Москве хватит 100 тыс. руб. Это было очень далеко от реальности. Рассчитывать на такую сумму — сомнительная затея, в первую очередь из-за цен на жилье. Мне повезло: на первое время меня приютили друзья. Мы снимали квартиру вчетвером, и с каждого выходило около 15 тыс. в месяц — по столичным меркам почти даром.
Я переезжал с оффером на руках, так что мои накопления были подушкой безопасности. Но деньги нужны не только на аренду. Нужно обустроиться, хочется куда-то ходить. В Москве постоянно проходят мероприятия, которые нельзя пропустить, а это напрямую влияет на социализацию. Без денег ты просто сидишь дома и не видишь города.
Со временем Москва расслабляет, особенно сервисами доставки. В какой-то момент ловишь себя на том, что перестал ходить в магазин и заказываешь все на дом. Захотелось в три часа ночи шоколадку? Через 20 минут ее привезут. Ты понимаешь, что отдашь за это 500 руб., но думаешь: «Эх, все равно хочу». Так деньги незаметно улетают, и вот ты уже живешь за чертой бедности.
Самый кризисный момент случился с моей первой съемной квартирой. Как я говорил, мы жили с друзьями. Во Владивостоке у меня была своя квартира, поэтому с арендой я никогда не сталкивался. Друзья заверили: «Не парься, все схвачено», — и я расслабился. А зря. Однажды мне звонит сосед, на которого был оформлен договор, и говорит: «Собираем манатки, срочно съезжаем». Забавно, что я как раз думал о переезде — вот и повод нашелся.
Проблема была в том, что нас выселили через неделю после оплаты за новый месяц. Оказалось, мы попали на субаренду. Хозяйка квартиры узнала, что вместо «любящей пары», которая съехала три года назад, у нее живут четыре незнакомых парня. Она пригрозила полицией и судом. С человеком, который сдал нам жилье, она разбиралась еще около года, а нас, к счастью, пронесло. Так начались мои скитания по Москве.
Сначала месяц у одного друга, потом — у подруги, затем — «вписки» у знакомых. Пытался снимать квартиру один, но на это уходила вся зарплата. К тому моменту я уже подсел на кредитку, а теперь пришлось занимать деньги даже у малознакомых людей. Я оказался по уши в долгах.
С того места, куда у меня был оффер, я быстро ушел: платили меньше, чем обещали. Казалось бы, Москва — гастрономическая столица, работы полно. Но даже в нашей сфере ощущается кадровый голод: хороших вакансий мало, и за них нужно буквально драться. В общепите зарплата зависит от количества смен. Хочешь зарабатывать — работай без выходных.
Почти год я перебивался без постоянного места. Выручали друзья, которые звали на подработки в разные заведения. Когда пытался устроиться на постоянку, всегда находились кандидаты с более внушительным послужным списком. Или студенты, готовые работать за 100 руб. в час, — им не нужно платить за жилье, родители и так присылают по 30-40 тыс. в месяц «на карманные расходы».
А еще работа в баре — это бесконечные вечеринки после смен. Пара таких тусовок — и аванс испарился. В ход снова идет кредитка. Хочется пригласить девушку на свидание — с карты улетает минимум 5 тыс. И вот твоей зарплаты в 150-200 тыс., которая во Владивостоке казалась бы огромной, не хватает даже на то, чтобы слетать на неделю в родной город.
Только сейчас, спустя три года, я начинаю по-настоящему жить в Москве. У меня появились верные друзья, постоянная работа и, что самое важное, свой дом. Как бы абсурдно это ни звучало, Москва — это про заработок. А Владивосток — для души. Мне этой души очень не хватает. Но на нее я пока не заработал».
.jpg)
Сергей Федоренко, председатель совета АСО «Альянс строителей Приморья»: «Для многих переезд из дальневосточного региона в Москву кажется сложным и рискованным предприятием, сопряженным с финансовыми, эмоциональными и бытовыми трудностями. Однако мой опыт доказывает, что при правильном подходе этот процесс может пройти спокойно и стать началом нового, интересного этапа в жизни.
Финансовые трудности для дальневосточников не являются проблемой, цены на недвижимость не сильно отличаются. Нужна лишь заблаговременная подготовка. У меня ушло на это два года. За это время я спокойно решил все вопросы: выбрал район, оформил прописку, устроил детей в сад и школу. По сути, это не отличается от переезда из Владивостока в его пригород.
Такой подход позволил избежать стресса и суеты, превратив переезд в управляемый и предсказуемый проект.
Да, часто переезд в другой город сопровождается тоской по дому и старым друзьям. Но и здесь я не столкнулся с проблемами. Главным фактором эмоциональной стабильности стало то, что вся семья переехала вместе. А наше сердце ведь там, где наши близкие.
Круг общения также не сузился. Благодаря специфике работы у меня уже было много контактов в Москве, а переезд многих земляков из Приморья в столицу позволил не только сохранить старые связи, но и приобрести новые.
Что заставляет человека покидать родные места? Современный мир с интернетом и маркетплейсами сделал жизнь во многом одинаковой, где бы вы ни находились — в родной деревне в Приморском крае или в Эмиратах. Если вас все устраивает, то и переезжать незачем. Но если у вас масштабные мечты и крупные проекты, в какой-то момент в регионе становится тесно. Нашему строительному объединению в Приморье стало тесно. Поэтому переезд в Москву не был тяжелым — наоборот, он принес позитивные эмоции. В этом городе всё новое и интересное воспринимается с большим энтузиазмом.
Мы живем здесь уже три года и с первого дня испытываем настоящий кайф. Я думал, это пройдет, но ощущение ежедневной радости пока не покидает.
Я знал о двух главных проблемах Москвы: недостатке солнца и больших затратах времени на дорогу. Мы решили их заранее. Наша логистика выстроена так, что и офис, и квартиры находятся в пяти минутах ходьбы друг от друга. Многие жалуются на пробки, но ведь они сами организуют свое пространство. Никто не мешает найти работу рядом с домом или переехать ближе к офису.
Что касается солнца, его действительно меньше, чем в Приморье. Многие в Москве круглый год принимают витамин D по рекомендации врачей. Но я долго жил в Мурманске, где полгода длится полярная ночь. На этом контрасте московская погода не кажется проблемой.
Но все это — технические задачи. А вот чувство вины перед родителями — это эмоциональный груз, который может сделать переезд невыносимым и даже заставить повернуть назад. Именно поэтому этот вопрос требует не технического, а человеческого, взвешенного подхода. Если сдать этот экзамен достойно, с любовью и мудростью, то вы не только откроете новую главу в своей жизни, но и выведете свои отношения с самыми близкими людьми на новый, более осознанный и крепкий уровень».
