Джеймс Фредерик Шумейкер: «Ставки делаются на инвестиции и развитие торговли в Приморье»

Американский дипломат о кодексе Госдепа и библейских заповедях
Константин ЛЫКОВ |  «Ставки делаются на инвестиции и развитие торговли в Приморье»
Константин ЛЫКОВ
Анкета
ШУМЕЙКЕР Джеймс Фредерик, 53 года.
МЕСТО РОЖДЕНИЯ: г. Мейкон, штат Джорджия; сейчас проживает в Калифорнии.
ОБРАЗОВАНИЕ: в 1969 г. закончил Тринити-Колледж в г. Хартфорд, штат Коннектикут, имеет степень бакалавра по истории.
КАРЬЕРА: 1969-73 гг. - армия США, работа в Коммуникационном агентстве Белого Дома. 1973 г. - дипломатическая служба Госдепартамента США, 1974-76 гг. - помощник посла США в Белграде, 1977-79 гг. - второй секретарь по политическим вопросам посольства США в Москве, 1985-87 гг. - зам. генконсула консульства США в Ленинграде, 1988-89 гг. - зам. главы миссии в Кабуле (Афганистан). 1989-91 гг. - зам. советника по политическим вопросам посольства США в Москве. 1995-99 гг. - зам. главы миссии в Киеве. С марта 1999 г. и по июль 2000 г. - возглавлял специальную группу по вопросам Косово. С июля по октябрь 2000 г. - поверенный в делах посольства США в Минске. С ноября 2000 по январь 2001 г. - и. о. генконсула США во Владивостоке. С апреля по настоящее время - и. о. генконсула США во Владивостоке.
СЕМЕЙНОЕ ПОЛОЖЕНИЕ: холост.
ВЛАДЕЕТ ЯЗЫКАМИ: Русским, сербскохорватским, дари, персидским, французским, латынью.
АВТОМОБИЛЬ: "Форд".
ХОББИ: Астрономия, игра на бирже, игра в гольф.

Мы сидели в мягких креслах и непринужденно говорили обо всем на свете: о звездах (которые на небе), школьных пристрастиях, родителях, политике, армии, экономике, шпионаже... Обаятельный дипломат Джеймс Шумейкер оказался необыкновенно интересным собеседником. Он, перефразируя пушкинского "Онегина", без принужденья в разговоре коснулся до всего слегка... Еще бы - ведь старший представитель дипломатического корпуса Госдепартамента США, исполняющий обязанности Генконсула во Владивостоке представлял свою страну.

Миссия выполнима

- Господин Шумейкер, каково вам представлять свою страну в таком сложном регионе, как Приморье? Особенно учитывая своеобразный характер отношений между странами...

- Очень интересно. Тем более я приступил к работе как раз в тот период, когда здесь начали разворачиваться самые интересные политические события в России - я имею в виду выборы губернатора. Любопытно было наблюдать за происходящим.

- Зона охвата ваших полномочий - весь Дальний Восток. Зимой вы нанесли визит в Находку, в мае открывали центр американской культуры в Хабаровске и вскоре должны с такой же миссией посетить Южно-Сахалинск... Не собираетесь ли вы после всего этого на Чукотку?

- Собираюсь, но без повода по гостям лучше не ездить.

Конечно, можно приехать просто так, постучаться в дверь: "Губернатор Абрамович, это я к вам приехал!". Он, безусловно, пригласит войти, но в воздухе повиснет вопрос: "Зачем он пожаловал?" Всегда нужен повод.

Вот в августе, например, намечается экскурсия в Большой Камень. Мне бы хотелось посетить завод "Звезда" и предложить оборудование по нейтрализации радиоактивных отходов. Может быть, поеду в Магадан открывать бесплатный Интернет-центр в рамках программы Project Harmony, Inc.

- Обычно люди, посетившие Хабаровск и Владивосток, делают определенные выводы. А что вы можете сказать о наших городах?

- Во Владивостоке очень быстро говорят, строчат, как из пулемета - такая манера говорить у жителей Чикаго. А у хабаровчан, наоборот, тягучая речь, как на американском Юге - их очень легко понимать.

- Можно ли говорить о каких-то результатах Вашей работы во Владивостоке?

- Пока, наверное, рано. Ведь я работаю только с апреля этого года. В августе я поеду домой, но, вероятно, мне продлят командировку еще на год. Приморье находится в затяжной депрессии, но, думаю, мы сможем помочь краю.

- Чем?

- Ставки делаются на инвестиции и развитие торговли. Наши отношения в этом плане сейчас на низком уровне. Но, думаю, все наладится - у вас появился новый губернатор, с которым я уже общался. Он очень обаятельный человек. А 22 июля в Генуе состоится встреча "большой восьмерки", на которой Буш и Путин будут обсуждать вопросы сотрудничества в области экономики и бизнеса. Перед этим я буду докладывать моему правительству о том, в чем нуждается Приморский край. Впрочем, я не экономист. Губернатор Дарькин расскажет мне о нуждах Приморья, а я лишь передам его пожелания.

Возможности делового сотрудничества

- В настоящее время сократился объем торговли между Западным побережьем США и Дальним Востоком России, которые исторически являются важнейшими деловыми партнерами. Возможно ли улучшение ситуации?

- Конечно. Особые надежды участники международной торговли США и России возлагают на проект "КЛИР-ПАК", согласно которому предварительная таможенная обработка документов в электронной версии сокращает бюрократические процедуры. Благодаря ему можно избежать непредвиденной задержки товара на границе и связанных с этим расходов. В настоящее время на таможне порта Владивосток уже тестируется программное обеспечение, созданное в рамках "КЛИР-ПАК".

- Известно, что приоритетными направлениями для США на Дальнем Востоке являются судоходство, лесная промышленность и нефтедобыча. Как вы предполагаете работать в этом направлении?

- Мы предлагаем реальные формы сотрудничества. Например, сектор "Транспорт" нашей Инициативной Рабочей Группы предлагает разработку эффективной транспортной инфраструктуры, которая удешевит и ускорит следование транзитных грузов. Уже существует проект "Коридор "Восток-Запад", согласно которому Западное побережье США соединяется с северными провинциями КНР через морские порты Дальнего Востока. В 1999 году была совершена показательная транспортировка транзитного контейнерного состава и получен реальный экономический результат. Надеюсь, что проект получит дальнейшее развитие.

Несколько наивных вопросов о дипломатии

- Почему вы решили стать дипломатом?

- Бог знает... Помню только, что хотел быть дипломатом с тех пор, как научился ходить. В гимназии и в университете я изучал спецкурс по этому предмету. В армии тоже служил по дипломатическому профилю - в Коммуникационном агентстве Белого Дома.

- Сильно ли отличалась реальная работа от той, о которой Вы мечтали?

- Дипломатия - очень приятная работа, но здесь очень много трудностей, прежде всего - безопасность там, где приходится работать. Кроме того, американцу очень трудно жить в России. Слишком много отличий от американской жизни. Впрочем, это не означает, что жизнь здесь хуже, просто она другая.

- Ваши родители одобрили ваш выбор?

- Отец умер, когда мне было 15 лет, но уже тогда он знал, что меня интересуют иностранные дела. Мама была озабочена - еще бы, единственный сын вылетел из родительского гнезда, отправился в Тринити-Колледж, в другой штат. А когда меня призвали в армию - для нее это вообще было катастрофой. Она боялась, что я попаду в пехоту, ведь тогда шла война во Вьетнаме. Но мне довелось служить в Коммуникационном Агентстве Белого Дома. И когда я через четыре года вернулся из армии, мама вздохнула: "Ах, наконец!" Но через месяц я поступил в Госдепартамент иностранных дел, и мама разволновалась еще больше. Первое свое назначение я получил в Югославию - там все тогда шло прекрасно, так как правил Тито. Мама даже приезжала ко мне. А вот когда я в первый раз отправился в СССР, в Москву - шел 1977 год - она снова расстроилась. Мама представляла себе всевозможные ужасы - КГБ, холодная война... Но через два года она поняла, что ошибалась.

- Вы почти тридцать лет провели в СССР, теперь уже в странах СНГ...

- Для мамы это нормально. Например, она лучше меня знает топографию Владивостока - у нее есть путеводитель по вашему городу. Когда я приехал во Владивосток исполнять обязанности генконсула в ноябре 2000-го, мама спрашивала меня: "Ну-ка, Джеймс, где здесь улица Светланская?" Я не знал, а она знала. Лишь об одном периоде я почти ничего не рассказывал маме - это когда мне довелось работать в Афганистане с 1988 по 1989 годы. Тогда страшные вещи происходили каждый день.

- Могли бы вы назвать страны, регионы, где бы ни за что не согласились работать?

- Нет. У дипломатов есть право выбора, но довольно ограниченное. В большинстве случаев, куда направит Госдепартамент, туда и поедут. Если завтра мне вдруг скажут: "Шумейкер, вам надо поработать в Эквадоре или в Папуа Новой Гвинее", я, конечно, соберусь и поеду.

- Существует мнение, что дипломаты - крайне скрытые люди, ничего конкретно не говорящие.

- Есть такая поговорка: дипломат - это человек, который говорит неправду в интересах своей страны. Но лучше говорить правду - это более отвечает долгосрочным интересам. Хотя, конечно, дипломаты никогда не скажут 100-процентной правды. Они защищают интересы своего государства. А я патриот своей страны. Но мы хотим улучшения отношений - и наши с Россией интересы в этом совпадают.

- Вы открыто признаетесь, что хотели бы больше знать о России, но некоторые это расценивают несколько иначе...

- Да, говорят, что американское консульство - это гнездо шпионов. Но это неправда. Правда в том, что нас действительно многое интересует в России. Как-то мне в Афганистане советский посол заявил: "О, Шумейкер, я тебя знаю - ты шпион." На что я ему ответил: "А ты ведь тоже шпион". "Мы все здесь шпионы," - рассмеялись мы, и наши отношения улучшились.

Забавный эпизод - в декабре прошлого года Евгений Наздратенко на встрече в резиденции японского консула на Дне японской культуры сказал мне: "Я хотел бы поздравить вас с вашим профессиональным праздником". "С каким?" - удивился я. - "С днем разведчика," - ответил он. Кажется, в тот день отмечалась годовщина образования ФСБ...

- Князь Талейран - олицетворение законченной аморальности в дипломатии всех времен и народов. Но тем не менее все им восхищаются. А как вы относитесь к этому "отцу лжи"?

- Талейран - блестящий дипломат, он один из первых начал исповедовать принцип "реальной политики". Он, как и Метерлинк, и Киссинджер, был блестящим интеллектуалом. Однако, на мой взгляд, в дипломатии должна соблюдаться моральная основа.

- Есть ли принципы, которым вы следуете при любых обстоятельствах?

- Кодекс Госдепартамента и 10 библейских заповедей. Я не знаю - есть ли Бог, но если он есть, то я озабочен - что же он думает о моих занятиях?

О русской душе, водке и языке

- Господин Шумейкер, вы упомянули о том, что, несмотря на определенную разницу в жизненных условиях, вам нравятся многие российские вещи. Например?..

- Например, та самая загадочная русская душа. Американцы все время заняты - если вы живете в городе, то не знаете даже своих соседей. У русских по-другому: за ночь на кухне тебе могут выложить всю свою жизнь, запросто стать друзьями, побрататься. Мне очень нравится эта русская открытость. Другой приятный российский момент - кухня. На Украине у меня был блестящий украинский повар, она готовила великолепные русские и украинские блюда. Таких вкусных вареников, которые она делала, нигде в Америке не купишь - разве что в Нью-Йорке, в ресторане русской кухни за совершенно сумасшедшую цену - $100 за порцию.

- Обычно иностранцы рассказывают, насколько им понравилась русская водка...

- Действительно, всем алкогольным напиткам я предпочитаю водку. Очень люблю "Древний Киев", "Горилку", "Московскую". Нравится хорошая финская водка.

- А почему все-таки всем иностранным языкам вы предпочли русский?

- В гимназии у меня был выбор - либо русский, либо наука - физика, химия, биология... А я ненавидел эти предметы, поэтому из двух зол пришлось выбрать меньшее. Изучать язык было сложно, однако месяца через 3-4 я понял, что русский мне нравится.

Об армии и звездах

- Вы прослужили в армии четыре года - действительно ли американские сержанты похожи на тех зверей, которых мы знаем по фильмам?

- О, я не думал, что эти сержанты настолько нехорошие люди! Однажды сержант в моем прикроватном ящике для вещей обнаружил две книги - по астрономии и по истории. "Шумейкер, как тебе не стыдно - сказал он - у тебя здесь целая библиотека!" После этого меня прозвали "Профессор Шумейкер". А вообще, армия стала для меня полезным житейским опытом.

- Человек с гуманитарными наклонностями увлекается такой точной наукой, как астрономия?

- Я очень люблю научную фантастику. Потому что научная фантастика - это астрономия будущего. А изучение других миров - нечто вроде географии, только географии других миров. Дома, в Калифорнии, у меня есть телескоп, а вот здесь мне некогда наблюдать за звездами, очень много работы.

Об играх и азарте

- Несмотря на такое романтичное увлечение, как наблюдение за звездами, вы играете на бирже.

- Я очень люблю деньги. Есть поговорка, что человек без денег всегда недоволен, а человек с деньгами тоже недоволен, но у него другие причины для этого. А кроме того, это очень интересная игра - но надо быть осторожным, чтобы не потерять голову.

- Вы азартный человек?

- Нет, азартные игры меня не привлекают. Я был в Лас-Вегасе, город мне показался очень приятным. Знакомый мне сказал: "А знаешь, кто платит за эти яркие огни? Все, кто приезжает сюда играть." Иногда я играю в покер. Говорят, что покер - это 98% психологии, 1% математики и 1% удачи.

- Вам везет в покер?

- Всегда.

О стойкости приморских журналистов

- Вам постоянно приходится смотреть местные программы, читать газеты, слушать радио - верно ли, что наши СМИ американизированы?

- Здесь очень много давления. Телевидение и радио менее свободны. Кстати, о сетке вещания теленовостей. У нас новости идут практически в одно и то же время. У вас же - один канал в шесть, другой - в семь. Телевизор приходится смотреть весь вечер. А вот печать более интересна и разнообразна. Например, в США некоторые телевизионные компании главными новостями выпуска считают что-то вроде "Ураган во Флориде, как это ужасно". А у вас более широкий спектр ведущих материалов - политических, экономических. Хотя со свободой слова Приморье испытывает проблемы - наши журналисты просто не смогли бы работать в таких условиях. Ваши - более стойкий народ.

Комментарии (0)
Отправляя комментарий, вы соглашаетесь с Политикой конфиденциальности.
НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ
Загрузка...