Даниил Алексеев: «Раньше нам обещали светлое будущее, сейчас мы ищем светлое прошлое»

Приморский писатель о сказках, КВНе и негативе в СМИ
Из личного архива героя публикации | «Раньше нам обещали светлое будущее, сейчас мы ищем светлое прошлое»
Из личного архива героя публикации
Анкета
Даниил Алексеев, писатель и поэт, руководитель литературной студии «Весна», доцент кафедры политологии ДВФУ, кандидат политических наук.
Родился во Владивостоке в 1972 г., закончил ДВГУ по специальности «преподаватель истории и обществоведения» в 1994 г., с 1998 г. работает преподавателем политологических дисциплин в ТГЭУ, затем в ДВФУ.
Автор романов в жанре фэнтези.

Даниил Алексеев как писатель стремится улучшить мир. А его сказки любят читать не только дети, но и взрослые.

— Даниил Юрьевич, не так часто в Приморье издаются детские книги. Почему из своего литературного багажа выбрали для публикации именно «Приключения Оли и Пирата»?

— Есть такая надежда — начнут читать меня со сказок, а потом перейдут к более взрослым произведениям. В 2011 г. проводился конкурс «Новая детская книга». Произведение победителя обещали опубликовать отдельной книгой, а еще 20 финалистов — в сборнике. Свою первую сказку я написал в четвертом классе, как домашнее задание по литературе, сочинение признали лучшим, и я очень тем гордился. Но ту рукопись не нашел. Жена, друзья говорят: «Слабо написать новую сказку?» И я решился. Перемешал мир Средиземья и русский фольклор, у меня гномы и эльфы действуют одновременно с Бабой-ягой и Кощеем Бессмертным. Первоначально это были разные истории, объединенные общими героями.

— Интересно, что главная героиня — девочка Оля, которая попадает в мир сказок в поисках потерянной мамой флешки, — имеет владивостокскую прописку.

— Я больше люблю волшебные сказки, такие, где современные герои попадают в сказочный мир. В первых историях Оля была абстрактной девочкой, которая училась в обычной школе, потом читатели меня начали пытать: «Мама у Оли работает в библиотеке, а где папа? Наверное, плавает в море?» Если в морском городе, то почему не в родном Владивостоке, который я знаю лучше всего и очень люблю? Папа Оли имеет реальный прототип — это человек, который служил на корабле «Адмирал Трибуц» и действительно участвовал в операциях в борьбе с сомалийскими пиратами, спасал людей после аварии. Задним числом написал вступление про столицу Приморья. Пусть дети заодно и узнают о нашем замечательном городе.

— «Приключение Оли и Пирата» можно назвать подарочным изданием: на качественной бумаге, с красивыми иллюстрациями. Явно обошлось недешево?

— Большой труд — дорогое удовольствие. С финансированием проекта помог родной брат Дмитрий. Над самим изданием работали больше года разные люди. Иллюстрации нарисовал белорусский художник-фрилансер Павел Левчук. Конечно, можно было выпустить книгу без картинок и в дешевом переплете, но мы решили сделать все как можно лучше.

— В конце книги есть библиотечка Книгочея, в которой перечислены известные авторы и их произведения, от Кира Булычева до Евгения Шварца, от Толкина до Эдуарда Успенского, которые вы советуете прочесть. Как вы считаете, не отбивает ли у юного человека желание читать наличие электронных гаджетов и компьютерных игр?

— Такая проблема, конечно, есть — дети, порой не научившись ходить, прилипают к компьютерным играм. Но жизнь диалектична. Знаете, откуда появилась Оля? Помню, когда был аспирантом, посадили нас на информатике за компьютер, попросили набрать любую фразу. Я написал: «Оля пошла гулять». Рядом сидел юрист Вова, он дописал: «С собакой». Я продолжил: «Навстречу им гном». Вова: «Гнома звали Дарин». Я подумал: какая хорошая завязка для детского произведения. В 2011 г., когда работал над сказкой, как раз вспомнил эту историю и использовал.

У меня есть книга «Библиотечный по имени Книголюб» по мотивам реальных событий в ТГЭУ. В ней Книголюб общается с «издательским» Федотычем и «компьютерным» Кликом. Сначала с Кликом вышло противостояние — выясняли, что лучше — книги или компьютер. Но потом они помирились и даже совместно сделали литературный сайт. Книга посвящается моей жене Ирине, вся жизнь которой связана с библиотекой.

Знаю, что есть дети, которые читать не особенно любят, но с удовольствием слушают аудиокниги. Кроме того, книги распространяются через Интернет, их закачивают на электронные носители. Какое тут противостояние печатной продукции и «цифры»? Тут вопрос больше за родителями — смогли ли привить культуру чтения в детстве.

— Кто ваш любимый детский писатель?

— Александр Мелентьевич Волков, его книги цикла «Волшебник Изумрудного города» мама читала нам с братом, когда мы сами еще не умели. В детстве знакомство с произведениями Волкова представляло целый ритуал. Рассматривали оформление обложки, карту на форзаце — что там изменилось по сравнению с предыдущими книгами серии. Папа нарисовал большую карту Волшебной страны, повесил рядом с нашей двухэтажной кроватью, и мы с братом в своем воображении путешествовали по этой карте. Не случайно, когда мы работали над оформлением моей книги, образцом был цикл «Волшебник Изумрудного города», а в четвертой истории «Серебряные башмачки» я по просьбам читателей отправил Олю в Волшебную страну, где ей пришлось столкнуться с Урфином Джюсом. На мой взгляд, Урфин Джюс — самый глубокий и интересный персонаж у Волкова. Мне кажется, если снять современный фильм о Волшебной стране, получится не хуже «Хоббита», «Семи королевств» или фильмов о Гарри Поттере. А про Урфина Джюса можно снять серьезный драматический сериал. Сирота, трудный подросток, бунтарь, который не хочет быть таким, как другие.

Урфин Джюс — во многом нарицательный персонаж, недаром так называлась свердловская рок-группа. Образ, который заставляет задуматься, что у всех диктаторов есть и положительные качества, которые позволили им добиться власти (Волков пишет, что у Урфина Джюса была большая сила воли, но он потратил ее на зло). Но, в отличие от диктаторов из жизни, Урфин все же никого не убивает, не переступает через кровь. А затем он даже отказался от искушения «взять реванш» и направил свои таланты на служение людям.

— Судя по персонажам ваших сказок, определенное влияние оказал на вас и Толкин?

— В 1993–1999 гг. я был членом Владивостокского клуба толкинистов. Когда каждый день говорят о мире Толкина, поют о нем песни, рассказывают анекдоты… Еще и своя пресса выходила, даже с претензией на научность. Одноклубники писали дипломы и даже диссертации по Толкину. Как-то спорили о творчестве Ника Перумова, который продолжил писать про Средиземье. Одни говорили: «Извращенец, как посмел!» Другие: «Так каждый может написать». «Так почему не пишем?» — спросил я. Нашлись желающие, мне по жребию выпало писать первому, исписал 18-страничную тетрадь. Остальные быстро выдохлись. Я же довел труд под названием «Хроники Пятой Эпохи» до конца. В 1990-е, когда нас перекормили чернухой, написал доброе и светлое фэнтези «Кольцо судьбы».

— Откуда вы берете сюжеты?

— Проза растет из всего. Писателю все мешает писать и все помогает. С одной стороны, надо от всего отвлечься, чтобы вжиться в создаваемый мир, с другой — откуда брать материал?

«Кольцо судьбы» началось со сна о двух братьях, которых окружили черные рыцари. Проснувшись, подумал: почему бы не расширить эту историю? Только заменил одного мальчика девочкой — ввел любовную линию.

— Судя по всему, политология как профессия оказывает влияние на ваше творчество. Так, в сказке «Новые приключения Вити и Маши» вы обыгрываете даже тему борьбы Владимира Путина с терроризмом?

— Первоначально это был сценарий КВН для сборной Владивостока. Я написал его к 50-летнему юбилею Путина, а затем неоднократно дорабатывал, переделал в веселую новогоднюю сказку. В «Кольце судьбы» у меня центральная линия закручена вокруг противостояния Славии и Вестии — тоже тема актуальная. Правда, там борьба связана не с идеологическими причинами, а с престолонаследием. Элементы политической сатиры есть и в повести «Принцесса, пиджак и Браслет».

Мне неинтересно писать только для детей. Почему сказки популярны? Потому что они существуют веками, в них заложена народная мудрость.

— Вы пишете для себя или для читателей?

— Если раньше появление новой книги было целым событием, то сейчас есть и телевидение, и Интернет, наблюдается определенное пресыщение. Но люди читают мою книгу. Дети берут, смотрят картинки и сразу начинают читать. Читают взрослые, студенты, мои ровесники и даже профессора. Конечно, есть и элемент самореализации, когда хочешь что-то сказать людям. Не случайно Оля — наша современница. Элли — тоже наша девочка, только почему-то прописана в Канзасе. Алиса Селезнева — из будущего. Раньше нам обещали светлое будущее, сейчас мы ищем светлое прошлое. А как же настоящее?

В СМИ много негатива: то девочки мучают животных, то издеваются над одноклас­сницей. Положительным примерам уделяется незаслуженно меньше внимания. А ведь есть мальчики и девочки, которые выносят маленьких детей из горящего здания, вытаскивают тонущих из воды. В советское время воспитывали на пионерах-героях. Кто у нас сейчас в героях: бандит Саша Белый или киллер Данила Багров? Писатель, как воспитатель, должен учить доброму, светлому, вечному.

В детстве я верил в светлое будущее и пытаюсь выразить это в своих книгах. С одной стороны, отдушина, с другой — маленькая попытка перенести добро из книги в жизнь. Плох тот писатель, который не стремится улучшить мир и человека. Любой читатель так или иначе ассоциирует себя с героями произведения. Книги — не только развлечение, но и повод задуматься. И важно, чтобы форма, в которой мы преподносим эти ценности, была ненавязчивым размышлением, а не нудной проповедью.

Записал Константин СЕРГЕЕВ

Комментарии (0)
Отправляя комментарий, вы соглашаетесь с Политикой конфиденциальности.
НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ