Юрий Гавриков: «Доигрались – в Майами дешевле купить дом, чем во Владивостоке»

Юрий Гавриков, резчик по дереву. Родился в Севастополе в 1957 г. В 1974 г. окончил Уссурийское суворовское училище, в 1979 г. — штурманский факультет ТОВВМУ. Служба в ТОФ 1979–1997 гг., капитан второго ранга. В 1991 г. окончил Военно-политическую академию СССР им. Ленина. Создатель и совладелец аудиогалереи «Свинья и свистулька» (1994–2016 гг.). Фото: К. Сергеев | «Доигрались – в Майами дешевле купить дом, чем во Владивостоке»
Юрий Гавриков, резчик по дереву. Родился в Севастополе в 1957 г. В 1974 г. окончил Уссурийское суворовское училище, в 1979 г. — штурманский факультет ТОВВМУ. Служба в ТОФ 1979–1997 гг., капитан второго ранга. В 1991 г. окончил Военно-политическую академию СССР им. Ленина. Создатель и совладелец аудиогалереи «Свинья и свистулька» (1994–2016 гг.). Фото: К. Сергеев

«Золотые руки» — так издавна было принято называть людей, у которых всякая работа спорится. Тем более такая, как искусная резьба по дереву. Юрий Гавриков — за мастерство во всем, чем бы ни заниматься: управлением боевым кораблем или созданием аудиосистем.

Музыка должна звучать хорошо

— Юрий Валентинович, когда вы открывали «Свинью и свистульку», то ориентировались на удовлетворение запросов богатых аудиофилов?

— Музыка — мое очень старое увлечение, меломан с молодости. Я не позиционировал салон как премиальный. Задача ставилась по-другому — в каждой ценовой группе найти лучшее. Допустим, продавались усилители по 20 тыс. рублей, которые играли лучше, чем большинство на рынке за 30–40 тыс.

Целевая функция магазина была обеспечить качественное воспроизведение звука в домашних условиях. Убежден, дома музыка должна звучать хорошо. На эмоциональное развитие детей влияет, как и что они слушают. Мой товарищ включал беременной жене классическую музыку, потом, когда ребенок рос, в доме играла классика. Увидел мальчика впервые, когда ему было 11 лет. Очень живые глаза, быстрый ум, мгновенные реакции на внешние раздражители. Результаты у парня во всем прекрасные, начиная от спорта и заканчивая учебой. Конечно, дело не только в музыке, но… гармония влияет на мозговые связи, эмоциональные центры, способствует их лучшему развитию.

Был среди клиентов папа четверых детей. Младшего, грудничка, он укачивал каждый день в обед под классическую музыку. Ломается хороший аппарат, «вылетает» один звуковой канал. Он ставит музыку на обычный DVD-проигрыватель. Ребенок плачет и все. Включил старый аппарат, под звук из одной колонки малыш спокоен. Он маленький, но чувствует бьющий по нервной системе уровень искажений. Это мешает мозгу гармонично сосуществовать с миром, раздражает.

Многие компании-производители ориентируются сегодня не на новые, часто ненужные кнопочки и функции, а на соответствие главному назначению изделия: машина — важно, как она ездит, аппаратура — как она воспроизводит музыку. Все остальное вторично, кроме надежности. Потому что, если аппарат играет лучше всех, но раз в три дня ломается, удовольствия он не принесет.

— «Свинья и свистулька» существовала 22 года. Почему ни одна из компаний аудиобизнеса не прожила во Владивостоке дольше?

— Бизнес в аудиосегменте практически нигде в мире не живет долго, за исключением случаев, когда хозяин сам занимается делом. Человек должен темой быть увлечен, докапываться до тонкостей, что-то изучать в личное время. Самые лучшие салоны в США — те, хозяевам которых по 80 лет и они существуют по полвека. Так же как кофейня может быть выдающейся, только если хозяин стоит у стойки.

Воспроизведение музыки в концертных залах изучалось достаточно давно. А в домах музыка появилась около 100 лет назад, по этому направлению мало научных данных. Как у нас принято? Только деньги потекли, собственник решил: ребята здесь поработают, я поеду на Бали. Но технику надо подбирать, с ней надо возиться, научиться «выжимать» максимум. Это повседневно, долго и часто свыше рабочего времени. Нельзя просто завезти подороже и продавать. Да и на деле не все дорогое — хорошее.

— Как вы смотрите на экспансию китайских производителей на рынке аудиоаппаратуры?

— Качество звука при равной цене — хуже. Нет опыта, технологий, да и восприятие звука у восточного человека несколько другое. У нас многие считают, что не надо платить за бренд, возьмем китайское — будет дешевле. Не выходит. В аудиоизделии рабочего времени — хорошо если час наберется. А почему дешевле? Используются комплектующие из местного сырья, более дешевые и, соответственно, не отвечающие всем требованиям качества, стабильности температурных режимов и т. д. Провода из вторсырья, с большим количеством примесей. Каждая примесь — микродиод или микротранзистор, махонький, зато их триллионы. Ну и аппарат звучит уже не так, как надо.

Красиво делают корпуса? Смотришь внимательно — покрытие не то, металл не такой. Углы не соответствуют, чуть кривенько, косенько. Издалека смотришь — здорово, пригляделся — не то. А сделают хорошо — уже и цена обычная.

Есть два пути. Делать такого же качества, стоимость получится аналогичная. Можно дешевле, качество будет хуже. Но на свете всегда найдутся желающие быть умнее других, купить товар в 3–10 раз дешевле товарища. Для них китайцы и работают. По мере того, как их изделия растут по качеству, и цены увеличиваются. Существуют стоимость научно-исследовательских работ, производства, заданная рентабельность. И стоимость аудиоизделия определяется экономикой. Времена дикого капитализма, когда цена была результатом аппетита продавца, даже у нас проходят. Есть отдельные сферы, где она определяется еще и позиционированием, но это области одежды, моды, аксессуаров. В аудио такой подход осуществить не удается — слишком велика конкуренция. И Россия идет по тому же пути.

К сожалению, за годы советской власти тщательно выкорчевывали тех, кто работал. Кулак — не тот, кто бедных крестьян плетью заставлял работать. Это человек, у которого семья большая и который пашет с утра до ночи. Потому и жил хорошо.

Компьютер вместо «белого дома»

— Общепринято жаловаться на то, что в настоящее время вести бизнес намного сложнее, чем в 90-е...

— Раньше действовал принцип: разрешено все, что не запрещено. Сейчас — наоборот, везде надо преодолеть массу барьеров. Бабушка, пекущая вкусные пироги, не может продать их людям и нормально жить. Функции, которые в принципе должны быть уведомительными, все разрешительные. Доигрались: в Майами дешевле купить дом, чем во Владивостоке. Мы наезжаем на застройщиков, мол, разрушают ландшафт, лепят высотки. А они за землю и возможность построить столько денег выложили, что пятью этажами затраты не окупят. Притом что недовольные их деятельностью не торопятся построить что-то за свой счет и из чистого человеколюбия.

Людей, которые работают во всех проверяющих органах и ничего не производят, а только контролируют, — слишком много, их кормить надо. Интересы чиновников не всегда продиктованы интересами государства и людей. Система управления — неправильная в принципе. Страна огромная, а все вопросы решаются в Москве. Тогда зачем нам администрация края и губернатор? Достаточно одного компьютера с программой, где все указано — что можно, а чего нельзя. С одной стороны — все заорганизовано, как бы коррупционеру дорогу преградить. С другой — у руководителей нет права принимать решения в рамках своих обязанностей. И то и то — плохо.

Думаю, пройдет какой-то период времени, и в политику придут люди, которые будут принимать честные решения на месте. А не затем, что иначе «завтра бизнес отберут». В свое время мы обучали экипажи подводных лодок для индусов. Общался с самым молодым и перспективным из всех старших офицеров, старпомом капитана, звали его Бопайя. Говорю: через год-два ты станешь командиром первой в Индии атомной подводной лодки. Потом можешь стать командующим ВМФ страны. Бопайя говорит: «Увольняться скоро буду. Понимаешь, я богатый человек. Денег мне не надо. Сейчас отдаю Родине долг, а потом пойду в политику. Зачем? Потому что хочу, чтобы меня люди уважали». У нас в политику идут для того, чтобы люди уважали?

Во многих случаях власти нужно просто не мешать. И спрашивать не только за нарушение, но и за неисполнение функций.

Когда я служил, на любое действие мне было определено время. Если должен дать матросу ответ за семь дней, то даю, иначе меня серьезно накажут. Коррупция сегодня во многом держится за счет того, что сознательно затягиваются сроки принятия решений. А серьезной ответственности за нарушение сроков и необоснованные отказы нет.

Колосс на глиняных ногах

— Во многом состояние вооруженных сил советского времени считается эталонным теперь?

— Легенда о том, что Ельцин развалил вооруженные силы — жуткая неправда. До него партия и правительство постарались. К 1980-м ВС были почти полностью не готовы к бою с серьезным противником. Сказать могу по флоту, думаю, в других видах вооруженных сил дела обстояли аналогично.

Как проводились ракетные стрельбы в СССР? Один запускает цель, находясь на связи с тем, кто ее должен сбивать. «Готов?» «Готов». «Три, два, один». Отклонение 25 метров — оценка «отлично». Но ведь по факту цель не уничтожена! Вся боевая подготовка была построена таким образом. В военное время нужен офицер, который не боится врага, а в мирное — который боится начальства. Это взаимоисключающие вещи.

Вот вам технические раскладки. Американская торпеда МК-48 — скорость порядка 48 узлов, дальность хода огромная. Убежать невозможно. Скорость наших торпед была примерно такой же, как у кораблей противника. Подлодка США со скоростью 32 узла спокойно от них уходила. У моей лодки было прозвище: «Слепой глухой бандит, вооруженный до зубов». 10 торпедных аппаратов, 48 торпед. Зачем столько? По опыту Великой Отечественной: за целый поход ни одной лодке не удалось израсходовать такой боезапас. Зато гидроакустическая станция на скорости 12 узлов в пассивном режиме ничего не слышит. В реальном морском бою — камикадзе с ведром на голове. Гидроакустика никуда была не годна, и самое лучшее оружие становится бесполезным.

Что касается ядерного вооружения. В районах боевого дежурства стратегических ракетоносцев подлетное время боезапаса ответного удара составляло около семи минут. Американцы выпускали ракеты через 30 секунд, наш интервал был в 6–7 раз больше. У них на лодке 12 ракет, до уничтожения они выпускают весь боезапас. А мы — 3–4 ракеты. Зато у нас их было по 16. Что, уход на дно 12 штук победой считать?

Сейчас эти вопросы начинают решаться. Стреляют «Кинжалами», проводятся неожиданные учения, которых раньше в помине не было. У нас были неожиданные утренние тревоги, готовиться к которым с вечера начинали. Но враг не предупреждает.

— Зато в наличии был мощный флот из многих боевых единиц?

— Что это были за единицы? Газотурбинные корабли чего-то стоили, а куча паросиловых без заводских специалистов моментально «засаливала» котлы. Каким образом работал Дальзавод в начале 1980-х годов? Мой корабль зашел на три месяца на средний ремонт своим ходом, отстоял 3,5 года, вытаскивали его «за ноздрю». Поставили в Патрокл на якорь, и еще 2–3 месяца мы своими силами достраивались на плаву. Крейсер «Варяг» заходил ремонтироваться на восемь месяцев, по факту стоял больше восьми лет.

Самый главный специалист в трубопроводном цеху, которому скоро пора на пенсию, ничего не умеет. Какое его самое большое достижение? Надо открутить болт на дизель-генераторе, до которого сложно добраться. Специалист наваривает на лом головку, поперечину, просит придержать с той стороны ключом, откручивает болт. Надо ли иметь 40 лет опыта работы, чтобы такую ерунду считать достижением? Зато трубы укладывались «мастером» без соблюдения требуемых уклонов. Так работал весь завод.

Служил я замполитом на подводной лодке, которая вышла из среднего ремонта в судоремонтном заводе в Чажме. Идем на дифферентовку (процесс приведения нагрузки подводной лодки к заданным значениям плавучести и дифферента, при которых она может погружаться и свободно маневрировать под водой). Все емкости заполнены, а лодка не погружается. Механик посчитал — положительная плавучесть 32 тонны. Откуда? При ремонте рабочие вытащили 32 тонны балласта, а обратно его не загрузили.

Доложить начальству: не могу выполнить боевую задачу — с должности снимут. Командир принимает решение: в ракетную шахту принять 32 тонны воды. Что категорически запрещено на любых кораблях, можно перевернуться. Так и выполнили дифферентовку, совершили глубоководное погружение со свободной поверхностью.

Как только ушли на глубину, в центральный пост хлынула вода. Дырка. Обнаружилась трещина в системе работы дизеля под водой. Обмотали резиной, где-то в районе 35 метров обжало, поступление воды прекратилось.

Глубину погружения моей лодки ограничили в результате 90 метрами. Через 5–7 лет приходит директива (без всяких проверок и работ): восстановить глубину погружения на 260 метров, «идете на глубоководное погружение». Представляете, как мы выполняли это приказание? Домой-то все вернуться хотели.

— Вы говорите, что закончили службу ярым антикоммунистом, при этом сдавать или рвать партийный билет КПСС не стали. Как замполит приобрел «неправильные» взгляды?

— Вступил в КПСС в 19 лет с очень высокой мотивацией, ведь с 14 лет в погонах. А когда служил на Амурской флотилии, контактировал по долгу службы напрямую с крайкомом и горкомом комсомола и партии, узнал про организацию социалистического общества интересные вещи. Специальные базы отдыха и страшные буржуазные вещи, которые везде в обществе отрицались, оказывается, существовали для высшей партийной элиты. В ходе службы скепсис только увеличивался. Хотя служить было легко. Замполит — не тот, кто толкает идеи. Он занимается матросами, их бытом, повседневной жизнью, мордобоями.

В академии уже понимал, что социализм должен рухнуть, потому что вся правовая система строится без базового права, такого, например, как частная собственность. Здание без фундамента. У людей кроме внутреннего убеждения не было никакого стимула работать хорошо. Любой директор был временщиком. Хотя, с точки зрения моральных ценностей, которые бытовали в народе, было очень много хорошего.

Как ты сюда залез?

— «Свинью и свистульку» вы возрождать не собираетесь, поскольку больше времени требуется на резьбу по дереву. Откуда у вас это увлечение?

— На самом деле резьбой я занимаюсь дольше, чем всем другим в своей жизни. Первую фигурку вырезал в 11 лет. Когда окончил ТОВВМУ, пошел на службу, уделял по несколько часов в день увлечению.

Расти можно, если пробуешь сделать лучше того, что тебе понравилось. В этом плане многое дала Москва в то время, когда я учился в академии. На рубеже 80–90-х на московском вернисаже могли продать свои работы художники, ювелиры, резчики. Туда стекалось самое лучшее со всей страны. Смотришь, пытаешься превзойти. И сейчас есть работы, которые вдохновляют, но желания повторять и превосходить нет. Себе уже все доказал, хочется делать то, что хочется.

— Какое дерево, набор инструментов требуется для резчика?

— Порядка 30 резцов достаточно для выполнения практически любой работы. В моем рабочем наборе — около 300 инструментов.

Для каждого вида изделий — свой сорт древесины. Из доступных часто употребляется липа — мягкая, равномерная древесина, я ее люблю и часто использую. Из местных приморских сортов мне нравится черемуха Маака. Нэцке вырезаются, как правило, из самшита и фруктовых деревьев с твердой древесиной — вишни, яблони, персика.

Самое ценное сырье — самшит. В советское время грамм самшита стоил 6 рублей. Килограмм сушеного кондиционного самшита — новые «Жигули», представьте. Дорого это дерево, в частности, потому, что его долго и трудно сушить.

— Насколько резьба по дереву развита в России?

— В некоторых книжках стараются представить, будто бы резьба по дереву — исконно русское направление. На самом деле в Европе резьба, если говорить об искусстве, была распространена гораздо сильнее и там достигли более высоких успехов. В России занимались больше народным творчеством, резали бытовые вещи, игрушки для детей. Даже на Украине больше сильных мастеров, чем в нашей стране.

С тех пор, как люди стали искать, как заработать, многие стали заниматься резьбой ради денег. С одной стороны, это плохо: когда резчик находит постоянный спрос на свои изделия, он перестает развиваться. С другой, удовлетворяются бытовые и эстетические потребности людей.

Резать предпочитаю массив. Потому и работы мои в основном небольшие по размеру. В любом случае каждая фигура тщательно прорабатывается отдельно. Всячески уклоняюсь от своего стиля, считаю это ранней стадией развития мастера. Стилем должна стать точность работы, а выполняется она в том стиле, который к ней подходит.

— Изготовление икон — для вас одно из направлений творчества?

— На иконе не надо пытаться выложить себя, выпятить свое «я» — мне это нравится. Связь с официальным духовенством потерял, когда должен был резать иконостас на Покровский собор. Тогда не нашлось никакого бюджета на оплату труда резчиков, а потянуть это на период, пока буду их учить, сам не смог бы. И отказался.

— Можно ли сказать, что вы работаете «для себя»?

— Нет, конечно, работаю для тех, кому это будет нужно. Просто сейчас не продаю работы, готовлюсь к выставке. А это дело долгое, уже три года так собираюсь, еще с годик надо. После выставки работы будут продаваться. Все прежние, а их около 200, проданы, большей частью вывезены из страны. Сейчас их жалко. К слову, единственная персональная выставка у меня состоялась в 1992 г. случайно. Отказал крупному заказчику, а сделано было немало, хватило на небольшую экспозицию.

— Долго ли можно хранить деревянное изделие?

— Конечно, дерево — не камень. С другой стороны, картины гораздо недолговечнее деревянных изделий. Если вещь держать в нормальных условиях, не пересушивать, сохраняется сотни лет. До сих пор на скрипках Страдивари можно играть.

— Почему зачастую в современном мире возникают споры о границах дозволенного в искусстве?

— Отчего появляется всякого рода мерзость в живописи, инсталляциях и т. п.? Из души создателя, где это хранится и зреет. И из извечного желания без тяжелой работы стать всем, будучи никем. Поскольку человек с такими патологиями не один, то и на подобное искусство находятся потребители. На мой взгляд, лучше бы эти вещи не выдавались на широкое обозрение, а так бы и оставались в глубинах больного подсознания.