Сергей Терешков: «Все мы работаем ради денег»

Глава «Владхлеба» о раннем подъеме, Париже и Подольском
из личного архива героя публикации | «Все мы работаем ради денег»
из личного архива героя публикации
Анкета
Терешков Сергей Васильевич, 46 лет.
Место рождения: Владивосток.
Образование: ДВИСТ (ныне — ДВГАЭУ), специальность «экономист» (1978 г.).
Карьера: инженер по труду, начальник планово-экономического отдела во владивостокском подразделении Госснаба, затем 13 лет работал в финансовых органах исполнительной власти (последняя должность — начальник финуправления администрации Приморского края). С ноября 1996 г. — финансовый директор ОАО «Владхлеб», с мая 2002 г. — генеральный директор этого предприятия.
Семейное положение: женат.
Любимые виды отдыха: охота, рыбалка.
Любимый исторический персонаж: Петр I.
Главное личное достоинство: умение ладить с людьми.

Главный недостаток: вспыльчивость («я довольно импульсивный человек, но быстро отхожу»).

Еще недавно мне представлялось, что прямое отношение к производству хлеба могут иметь люди только мягкие, румяные и податливые. Таким кажется Сергей Терешков, генеральный директор ОАО «Владхлеб». Однако при близком рассмотрении выясняется, что Сергей Васильевич — руководитель требовательный, порой жесткий. Жадно затягиваясь «Парламентом», он ежедневно обходит заводские цеха. Первый контакт с народом происходит около семи утра, когда водители загруженных под завязку желто-голубых фургонов отправляются в путь.

— Сколько же длится ваш рабочий день?

— Как получится. Специфика производства в том, что основной поток идет ночью, а утром процентов сорок изделий должно попасть в магазины.

— Вы и ночью контролируете производственный процесс? С трудом верится, что глава «Владхлеба» лишает себя сна из-за необходимости видеть, как его работники месят тесто.

— Почему бы и нет, хотя тесто — это забота технологов. Мое присутствие на работе сверх нормы обусловлено возможными нарушениями трудовой дисциплины. Чего греха таить, иногда имеешь дело с извечной русской безалаберностью: кто-то проспит, кто-то, не дай Бог, умудрится рюмочку перед сменой дернуть — хотя мы с этим боремся и сурово наказываем провинившихся. Есть и сугубо рутинные вещи, за которыми нужен постоянный контроль со стороны руководства, например, процесс отгрузки хлеба.

— Согласитесь, генеральному не обязательно просыпаться с государственным гимном, чтобы потом во все вникать самому.

— А вы думаете, здесь только у меня рабочий день начинается в семь?..

— Вот я и хочу у вас спросить: разве нельзя делегировать свои полномочия кому-нибудь из замов? Тогда, глядишь, и время для полноценного отдыха найдется.

— Такая практика существует, тем не менее выбраться на охоту я не могу уже около года. По-хорошему, для этого нужно два-три дня, но пока работа не отпускает. Как говорится, горячий хлеб — горячие деньки.

Номер один

— Прежде вы были вторым лицом «Владхлеба». Нынешняя должность — закономерный результат карьерного роста?

— Закономерность видна, но в горизонтальной плоскости. Дело в том, что в Группе компаний «Владхлеб» происходит постоянная ротация кадров. Предыдущий генеральный директор завода Евгений Каменский ныне возглавляет крупнейшее в крае мукомольное предприятие — Уссурийский комбинат хлебопродуктов. С его уходом в мае 2002 года Совет директоров ОАО «Владхлеб» выдвинул мою кандидатуру, которую затем утвердили на акционерном собрании. Вполне допустимо, что в интересах ведущих акционеров меня могут перевести на другую позицию (многое зависит и от того, как будет складываться структура Группы компаний «Владхлеб»). Если этого пока не произошло, значит, я полезен в нынешнем качестве.

— Кем вы себя ощущаете — наемным менеджером или хозяином?

— Исполнительным директором, который самостоятелен в принятии оперативных решений. Вопросы стратегические решает коллегиальный орган — Совет директоров акционерного общества, а я претворяю эти решения в жизнь: контролирую финансовые потоки, отвечаю за реализацию всех проектов и перспективных планов.

— Эта ответственность лежит на вас материальным грузом?

— Хватает в ней и тяжести моральной. Сегодня на «Владхлебе» трудятся 700 человек. Кроме того, предприятие опосредованно дает работу довольно большому количеству людей, которые так или иначе с ним связаны. Например, персоналу около 900 торговых точек, десяткам поставщиков сырья, горюче-смазочных материалов и других компонентов, входящих в себестоимость нашей продукции.

Поэтому моральное и материальное неотделимы друг от друга. В сущности, все мы работаем ради денег. Акционерное общество должно получать прибыль, за счет которой живет коллектив. Чем больше прибыли, тем больше социальных благ работникам и возможностей для развития завода.

— Еще год назад вы занимались финансовой стратегией предприятия. Управлять хлебным производством оказалось сложнее?

— Везде свои тонкости. За ценным опытом в другие страны пока не ездил, для начала нужно набраться теоретических знаний в родных стенах. «Владхлеб» располагает корпоративным учебным центром, где регулярно учатся управленцы всех звеньев. Что касается производственных нюансов, то здесь мне помогают главный технолог, «зам» по качеству. Многое усваивается само собой непосредственно на производстве.

Привет Парижу

— Нынешний «Владхлеб» живет по перспективным планам длиной в пять лет. Не кажется ли вам, что загадывать так далеко нет резона?

— Есть, и еще какой. Прошлую «пятилетку» мы выполнили почти полностью, всего от пары проектов отказались. Так что, несмотря на параллель с эпохой совнархоза, очередной план вполне реалистичен. Хлебная отрасль не стоит на месте, постоянно появляются новые технологии. Участвуя в специализированных выставках, посещая профильные предприятия, мы берем на вооружение самое передовое. Потому-то план и называется перспективным. Допустим, никто из нас раньше не думал, что мы запустим цех по производству замороженных изделий. Спустя полтора года он успешно заработал, обеспечивая продукцией Приморский и Хабаровский края. Я говорю о слоеной пицце, круассанах.

— Кстати, по словам моего знакомого, который недавно вернулся из поездки в Париж, французские круассаны гораздо лучше здешних. Что скажете на этот счет?

— Однажды я тоже там побывал, и соглашусь с тем, что их круассаны меньше наших, сделаны по несколько иной технологии, имеют другую начинку. Что касается вкусовых качеств, то для французов это традиционная пища на завтрак, как для нас бутерброд с колбасой и сыром. Поэтому они давно преуспели в ее изготовлении. Для нас же «французская булочка» пока остается продуктом новым, мы продолжаем совершенствовать ее технологические и вкусовые параметры и хотим сделать владивостокский круассан не хуже парижского.

— Изобретаете оригинальные рецепты?

— Просто стараемся создать особый, сугубо российский вкус. В этом смысле показателен пример хлеба «Подольский», который производится только в Приморском крае и, осмелюсь утверждать, непревзойден по вкусу. Между тем при определенной тяге к экспериментам качество ставится во главу угла. Даже цена уходит на второй план. Как показали опросы наших покупателей, качество товара для них важнее цифр на ценниках.

— Это свойственно только разборчивым потребителям «Владхлеба»?

— Видимо, да. Сегодня во Владивостоке работают 60 пекарен, но многие люди не всегда хотят покупать их хлеб. Мы спрашиваем у них: «Почему?» Отвечают: «Невкусно, не нравится». Что ж, за лучший вкус и качество надо соответственно платить. Или предпочесть что-то похуже и подешевле. Сегодня у каждого есть возможность выбора.

«Имперские замашки»

— Захочу я завтра открыть собственную булочную, согласится «Владхлеб» стать инвестором?

— Деньгами поможем вряд ли, а вот льготами по оплате продукции — вполне возможно. Кстати, можем предоставить вам торговое оборудование разной спецификации.

— Какова ваша доля рынка во Владивостоке?

— Около сорока процентов. Сегодня более впечатляют достижения «Владхлеба» за пределами краевого центра: мы торгуем по всему Приморью, у соседей-хабаровчан, дошли до Якутии, Магаданской области, Камчатки, Сахалина. Есть намерение открыть производство в Хабаровске.

— В деловой среде чьи-либо имперские замашки зачастую трактуются как стремление монополизировать рынок...

— На мой взгляд, это нормальное желание руководителя любой крупной компании — стать монополистом в своей сфере. Главное при этом — соблюдать закон и быть добросовестным по отношению к конкурентам.

— В свое время в недобросовестной конкуренции обвинили как раз «Владхлеб»...

— Это касалось реализации в розничной сети «Подольского», якобы мы навязывали его покупателям. В действительности мы не заставляем брать именно этот сорт хлеба, таковы показатели спроса и предпочтения оптовых торговцев, которых, в свою очередь, нельзя упрекнуть в игнорировании ассортимента наших конкурентов. Попросту у нас оптовики покупают продукцию в несколько раз больше, чем у остальных производителей. И несмотря на это, на прилавках найдется как «Подольский» от «Владхлеба», так и его тезка от одного из загородных хлебокомбинатов. Другое дело — какой из них окажется потом на столе у покупателя...

— В таком случае, на чем была основана претензия?

— (Пожимает плечами.) Господин Таланцев (глава Приморского отделения Министерства по антимонопольной политике и поддержке предпринимательства. — Прим. авт.) обратился к присутствующим на «хлебном совещании» в администрации Владивостока: «Дайте мне хотя бы один факт, свидетельствующий о противоправных методах «Владхлеба». Таких сведений ни у кого не оказалось.

Человеческий фактор

— Как бы вы охарактерировали ваши отношения с отцами города и края?

— Мы стараемся не мешать и, по возможности, быть полезными друг другу. К примеру, городская власть, прекрасно понимая, что хлеб нычне — это в некотором роде политика, приглашает нас участвовать в диалогах с общественностью. В частности, не так давно представители «Владхлеба» были на Совете старейшин при главе администрации Владивостока, где нас беспощадно критиковали.

— Приходилось вставать с места?

— И не раз. Отчитывали, мол, плохие мы, цены на хлеб не хотим снижать. Не все наши контраргументы были услышаны, поэтому ряд конструктивных предложений в адрес городского начальства мы изложили на бумаге. Суть их в том, что «Владхлеб» готов сотрудничать с администрацией Владивостока в поддержке малообеспеченных слоев населения. Ведь там, где раньше могли поделиться куском хлеба, сейчас пошлют далеко и надолго. С милосердием сегодня очень сложно. Жизнь поставила людей в такие условия, когда своя рубашка ближе к телу. Поэтому многим без нашей помощи не обойтись, и мы уже давно перешли от слов к делу: помогаем нуждающимся как в финансовом плане, так и своей продукцией. Ее получают детские дома, воинские части, ветераны войны и труда. Вся помощь оказывается за счет нашей прибыли.

— Когда у Терешкова С.В. прием по личным вопросам?

— В понедельник с 16 до 19.

— С чем чаще всего приходят люди?

— Как правило, это просьбы материального характера. Реже — организационные, кадровые вопросы.

— Вы легко увольняете людей? Чувствуете, что иногда от вас зависит судьба человека?

— Если он действительно нанес вред нашему производству, совершив серьезный проступок, то приказ об увольнении подписываю спокойно и с легкой душой. Поверьте, гораздо тяжелее найти хорошую замену.

— Кто-то сказал, что когда человек принимает ответственное решение, он очень одинок...

— Да, это только твоя ноша, ее нельзя переложить на плечи другого. Чем больше сомневаешься в собственной силе и решимости, тем болезненнее период этого самого одиночества. В такие моменты я стараюсь думать о том, что от меня зависит благополучие сотен людей, которые бы мне не простили слабость и нерешительность.

БЛИЦ

— Позволяете себе покупать каравай, испеченный конкурентом?

— Никогда. В этом смысле я патриот.

— В октябре этого года «Владхлебу» исполняется 100 лет. Отметите с помпой?

— Думаю, без дирижабля в небе, но с размахом. Чтобы достойно встретить вековой юбилей, поставлена задача по увеличению объема продаж. Потраченные на праздник деньги должны быть возвращены.

— Часто проводите экскурсии по родному заводу?

— Это одно из моих любимых занятий.

Комментарии (0)
Отправляя комментарий, вы соглашаетесь с Политикой конфиденциальности.
НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ