Согласно свежему исследованию Центра макроэкономических исследований Сбербанка, дефицит федерального бюджета по итогам 2026 года оценивается в 7,0 триллиона рублей, что составит 3,1% ВВП. Этот прогноз был снижен с июльской отметки в 7,5 триллиона благодаря более сильным, чем ожидалось, ненефтегазовым доходам. Тем не менее, текущая оценка все еще примерно на 3,2 триллиона рублей превышает план, заложенный Минфином, что говорит о сохранении серьезного напряжения в государственных финансах.
В июле нефтегазовые доходы получили разовую поддержку за счет квартального платежа по НДД, однако этот эффект окажется временным. Аналитики предупреждают, что до конца года поступления будут снижаться вслед за ценой нефти: в среднем они составят около 560 миллиардов рублей в месяц, что заметно ниже показателя второго квартала (739 миллиардов).
В целом за 2026 год прогноз по нефтегазовым доходам установлен на уровне 7,8 триллиона рублей, что на 8,2% меньше, чем в прошлом году. Спасает ситуацию ненефтегазовый сектор: в июле его доходы выросли на 31,4% в годовом выражении, существенно превысив прогнозы Сбербанка. За январь–июль рост составил 18,3%, что позволило повысить годовой прогноз до 33,1 триллиона рублей (+14,7% г/г), что примерно на 1,7 триллиона выше плановых назначений Минфина.
Тем временем на расходной части бюджета наметились первые признаки нормализации. Замедление темпов трат в июле указывает на возможное начало коррекции после ускоренного исполнения бюджета в первом полугодии. Однако говорить о полноценной бюджетной консолидации пока преждевременно: расходы все еще остаются выше сезонной нормы. Прогноз на 2026 год сохраняется на уровне 47,8 триллиона рублей (+11,4% г/г), что примерно на 3,7 триллиона превышает план.
По оценкам экспертов, для устранения структурного разрыва потребуется не менее трех лет, и лишь к 2029–2030 годам доходы и расходы смогут приблизиться к устойчивым уровням (около 18% и 19% ВВП соответственно).
Балансирующая цена Urals на уровне около $117 за баррель наглядно демонстрирует, что текущий уровень госрасходов остается крайне высоким относительно устойчивой доходной базы, и одного циклического восстановления экономики здесь будет недостаточно.
Сокращение дефицита будет происходить постепенно: с 7,0 триллиона рублей в 2026 году до 6,9 триллиона в 2027-м и 5,6 триллиона в 2028-м. Для более быстрого прогресса потребуются жесткие структурные решения — либо дополнительное наращивание доходов, либо серьезное ограничение расходов. При этом бюджетный импульс останется положительным: около 2,6% ВВП в 2026 году, 2,0% ВВП в 2027-м и 0,8% ВВП в 2028-м. Это значит, что даже на фоне консолидации бюджет продолжит поддерживать совокупный спрос в экономике.
Основная нагрузка по покрытию дефицита ляжет на рынок государственных заимствований. В 2026–2027 годах валовые заимствования могут составить около 7,0–7,6 триллиона рублей ежегодно, а с учетом дисконта по длинным ОФЗ фактический объем размещений может приблизиться к 8–9 триллионам.
Сейчас аукционы ОФЗ не проводятся, но после их возобновления Минфину придется существенно нарастить темпы размещений. Это повышает риск смещения предложения в сторону более коротких бумаг и облигаций с переменным купоном (флоутеров). Последние могут вновь стать ключевым инструментом, особенно если высокая ключевая ставка сохранится дольше ожидаемого, позволяя привлекать средства без фиксации дорогой доходности на длительный срок.
При этом цена Urals в диапазоне $40–50 за баррель серьезно ограничивает возможности использования Фонда национального благосостояния как источника покрытия дефицита. Эксперты полагают, что уже после 2028 года фонд потребуется пополнять, а не тратить на регулярное финансирование текущих расходов.
