«Владивосток далеко, но ведь это город–то нашенский»

15 ноября 1922 г. Дальний Восток России присоединился к РСФСР, отказавшись от республики
«Владивосток далеко, но ведь это город–то нашенский»

Дальневосточная республика была создана большевиками в апреле 1920 г. в Улан-­Удэ. К концу года войска ДВР при финансово-технической поддержке Москвы уже продвинулись в Читу, провозгласив ее столицей нового государства, контролировавшего Прибайкалье, Амурскую область и Хабаровск. В начале следующего года уже была принята своя конституция, согласно которой республика являлась независимым демократическим государством, верховная государственная власть в котором принадлежит исключительно народу Дальнего Востока.

Высший орган ДВР — Народное собрание — на две четверти состоял из партизан и на одну четверть из коммунистов. ДВР стала печатать свои деньги, марки; имела свой флаг, герб. Первые руководители Дальневосточной Республики (вернувшиеся из эмиграции в США большевики), почувствовав вкус свободы, начали посматривать в сторону полной независимости, но были отозваны в Москву и потом ликвидированы.

Во главе ДВР встали Николай Матвеев — выходец из казаков и партизан; Петр Кобозев — железнодорожник, глава Туркестанской Республики, нарком путей сообщения РСФСР. В ноябре 1920 г. Приморье тоже вошло в состав ДВР, но, пробыв в ее составе 180 дней, было захвачено белыми. Через год, собравшись с силами, войска ДВР начали наступление на Приморье и вошли туда 25 октября 1922 г.

Харбинская газета «Русский голос» писала 27 октября 1922 г.: «Около 12 часов дня 25 октября красные по соглашению с японским командованием начали занятие Владивостока с Первой реки. Последние японские части покинули Владивосток в 4 часа дня, передав красным частям охрану военных грузов. В городе введено военное положение. Порядок поддерживается частями Красной армии. Уборевичем отдан приказ о расформировании партизанских отрядов ввиду окончания борьбы с белыми в Приморье. Образована особая комиссия по учету взятого белыми имущества и разрушений, причиненных японскими войсками в крепостном районе».

Пока Советская Россия не укрепится

Учет показал, что из всего русского флота там оказалось лишь 4 ледокола, 7 паровых катеров и 12 миноносцев, которые требовали большого ремонта. Все оружие с судов было снято, остальной же мало-мальски пригодный флот белые увели за границу. На станции находилось несколько бронепоездов со снятым вооружением. 27 октября была упразднена городская дума, орган местного самоуправления и Земское управление, власть перешла к Народно-революционному комитету.

«Владивосток и три южных уезда объявлены приказом Уборевича особой Приморской губернией. Во главе поставлен военно-революционный комитет, в руках которого сосредоточена вся гражданская власть», — писала эмигрантская пресса. Приморье стало частью ДВР.

Но в самой ДВР уже зрели другие процессы. Народ повсеместно стал собираться перед администрациями ДВР по всей территории республики и проводить митинги с требованием войти в РСФСР. Начали проходить такие митинги и во Владивостоке.

Народное собрание ДВР II созыва на своей сессии приняло постановление о своем роспуске и восстановлении советской власти на Дальнем Востоке. Правительство тоже сложило свои полномочия и избрало временный орган советской власти — Дальревком. Поздно вечером 14 ноября 1922 г. командиры частей НРА ДВР от имени Народного собрания ДВР обратились во ВЦИК с просьбой включить ДВР в состав РСФСР, который через несколько часов, 15 ноября 1922 г., сделал это, опубликовав соответствующий декрет. Таким образом, Приморье находилось в составе ДВР всего 22 дня.

16 ноября НРА была переименована Реввоенсоветом РСФСР в Красную армию и слита с 5-й армией. Командиром был назначен Уборевич. Штаб был переведен из Иркутска в Читу.

Началась реорганизация системы управления. 16 ноября 1922 г. Дальревкомом были утверждены план его работы и система реорганизации аппарата ДВР. Была поставлена задача «сравнить действующую структуру учреждений ДВР с организационными формами РСФСР и путем соответствующих переименований, ликвидаций и переформирований осуществить во всем объеме советизацию государственного аппарата ДВР». К 18 ноября 1922 г. правительственный аппарат ДВР был уже полностью упразднен.

Постановлением образованного нового правительства — Дальревкома № 1 от 15 ноября 1922 г. с 14 ноября 1922 г. ввиду отмены Основного закона ДВР на территории Дальнего Востока была ведена Конституция РСФСР. Но, несмотря на упразднение Дальневосточной республики, ее законодательство продолжало действовать и заменялось законодательством РСФСР постепенно. 2 декабря 1922 г. Дальревком утвердил временную инструкцию о порядке пользования паспортами, которая сохраняла действие паспортов Дальневосточной республики на срок выдачи, после чего их владельцы обязаны были получить паспорта РСФСР.

Еще долго решался и вопрос с денежным обращением на территории нового приобретения России. В ноябре 1922 г. на заседании Владивостокского совета рабочих и крестьянских депутатов председатель Губревкома Вельский на вопрос, какие деньги будут иметь хождение на Дальнем Востоке, заявил: «Те же, что и до сих пор. Даже и по присоединении края к Советской России эта область останется на особом положении и советские денежные знаки введены не будут. Здесь все закупки производятся за границей, а там купить можно только на валюту. До тех пор, пока Советская Россия не укрепится здесь экономически, пока не будет снабжать край необходимыми продуктами, советские денежные знаки здесь вводиться не будут. Будет ходить русская валюта: золото и разменное серебро. Запретить хождение иены мы не можем, и она будет приниматься по соответствующему курсу».

Так оно и было довольно еще долго.

Город нашенский

«Владивосток далеко, но ведь это город-то нашенский», — именно эти «нержавеющие» ленинские слова выбиты на нержавеющем панно в торце здания главпочтамта, на гранитной ростральной колонне Владивостока и на постаменте памятника вождю на привокзальной площади.

С конца 1921 г. Ленин стал сильно болеть и отказался выступить перед депутатами Моссовета. Однако все же нашел в себе силы и прибыл в Большой театр на его очередной пленум 20 ноября 1922 г.

Ленин приехал на заседание, когда повестка дня его работы уже была исчерпана. «Появление на эстраде тов. Ленина, — отмечалось в прессе, — встречается громкими раскатами «ура», горячими и продолжительными аплодисментами, переходящими в долго не смолкающую овацию, почти заглушавшую не менее мощные звуки «Интернационала», исполняемого оркестром. Овация продолжается в течение троекратного исполнения «Интернационала». Тов. Ленин пробует начать свое слово, но его перебивают снова и снова горячие возгласы, несущиеся со всех сторон: «Да здравствует вождь мировой революции!», «Да здравствует товарищ Ленин!» Несмотря на недомогание, как вспоминали участники пленума, Ленин выступал с большим подъемом. Речь его была «исключительно жизнерадостной, воодушевляющей и оптимистичной».

Сначала Ленин извинился за свое опоздание. «Начиная с декабря месяца я, выражаясь языком профессионалиста, потерял работоспособность на довольно длительный срок, и в силу уменьшения работоспособности мне пришлось откладывать с недели на неделю настоящее выступление». Затем председатель Совнаркома перешел к международным отношениям, чему практически и было посвящено все его выступление, происходившее как раз после присоединения ДВР с Владивостоком к РСФСР 15 ноября.

«Мы продолжали тот курс, — пояснял Ленин, — который был взят раньше, и я считаю, могу сказать вам по чистой совести, что продолжали его совершенно последовательно и с громадным успехом. Вам, впрочем, об этом подробно докладывать не нужно: взятие Владивостока, последовавшая за сим демонстрация и государственно-федеративное заявление (о присоединении) доказали и показали яснее ясного, что мы стоим на дороге, совершенно ясно и определенно очерченной, и обеспечили себе успех перед государствами всего мира.

Вы знаете прекрасно, сколько жертв принесено при достижении того, что сделано, вы знаете, как долго тянулась Гражданская война и сколько сил она взяла. И вот взятие Владивостока показало нам (ведь Владивосток далеко, но ведь это город-то нашенский) (продолжительные аплодисменты), показало нам всем всеобщее стремление к нам, к нашим завоеваниям. И здесь и там — РСФСР. Это стремление избавило нас и от врагов гражданских, и от врагов внешних, которые наступали на нас. Я говорю о Японии.

Мы завоевали дипломатическую обстановку вполне определенную, и она есть не что иное, как дипломатическая обстановка, признанная всем миром».

Это было последнее публичное выступление Ленина. И было оно о Владивостоке.

Юрий УФИМЦЕВ, специально для «К»

 

Предоставлено Ю. Уфимцевым