Священные рощи Приморья

Предоставлено Ю. Уфимцевым | Священные рощи Приморья
Предоставлено Ю. Уфимцевым

То тут, то там на территории Приморья встречаются отдельные тутовые деревья, в народе носящие название «шелковица». За их сочными побегами карабкаются дети и в поселке Краскино, и на Седанке, и даже в центре Владивостока, на ул. Мордовцева. Откуда они взялись на приморской земле?

«В 1913 г., во время одной из экскурсий по окрестностям Никольск-Уссурийского (ныне город Уссурийск), на правом берегу реки Суйфун (ныне — Раздольная), у кирпичного завода Николевича я совершенно случайно наткнулся на огромное нагорное городище. Валы мощными линиями обрисовывали его контуры и, следуя за всеми особенностями рельефа, кольцом охватывали склон горы. Я был изумлен неожиданно развернувшейся передо мной картиной», — писал в своем докладе Императорскому географическому обществу учитель из Никольск-Уссурийского А. З. Федоров.

На следующий год Федоров вместе с учениками отправился на раскопки впечатлившего его древнего городища: «Некоторые из предметов свидетельствуют о том, что жители имели сосуды для размотки шелковичных коконов и, следовательно, занимались шелководством, которое в Уссурийском крае, как показывает опыт И. И. Анна из села Синеловки, могло бы процветать и в наше время. Шелковица (Марус альба), которую ботаники считают здесь дикорастущей, по моему предположению, является ничем иным, как тоже остатком древней культуры, и ее распространение по краю в виде небольших островков легко объясняется таким предположением».

Теория рукотворного привнесения шелковицы в край в стародавние времена нашла подтверждение и в наше время. «Лет 30 назад мы заехали под Уссурийск на раскопки городища чжурчжэней, — вспоминал биоэколог из Дальнереченска Юрий Бродский. — Обходя раскопки по высокой траве, я обратил внимание на ряд пней. Видимо, это были древние посадки какого-то дерева. Из одного пня сбоку, почти параллельно земле, виднелся более молодой побег, верхушка которого была засыпана перепревшим листом. Раздвинув листья, я обнаружил на одной ветке признаки образования каллуса, а выше — несколько листочков. Это была одичавшая шелковица.

Надежды было мало, середина лета, жара, и обрезанная ветка должна была переселиться на 400 км севернее. Посадил ее дома в углу двора между трех камней, накрыл двухлитровой банкой. Земля была постоянно влажной за счет близкого расположения водостока с крыши. Листочки не опали и оставались зелеными до осени. Весной почки набухли, появились зеленые листья, но прирост в это жаркое лето был небольшим. Укоренилась! Зато на следующий год прирост составил больше 1,5 м. На третий год шелковица зацвела и дала несколько сладчайших ягодок. Вот уже три десятка лет во дворе цветет и плодоносит тута, выдержавшая пиковые морозы до –40 градусов. Черенки с моей шелковицы древних чжурчжэней плодоносят в Амурской области и Хабаровском крае».

В энциклопедии лекарственных растений утверждается, что восточная медицина широко применяет отвар листьев, коры, корней и побегов не только при сахарном диабете, а также при сердечно-сосудистых заболеваниях, гипертонической болезни, бронхиальной астме, стоматите. Плоды показаны при нарушениях обмена веществ, ожирении, упадке сил. В общем, древний подарок богов…

Но, оказывается, шелковица являлась не только подарком богов, но и подарком богам, являясь для населявших Приморье народов не только утилитарным растением, но растением священным, сакральным. В соседнем Китае широко известен миф о вызывании дождя в роще шелковицы легендарным основателем династии Инь Таном: «В древности Тан победил Ся и привел в порядок Поднебесную. Небо послало большую засуху, пять лет оставались без урожая. Тогда Тан сам отправился молиться в рощу шелковицы. Он сказал: «Если я один совершил преступление, не карай весь народ. Если народ совершил преступление, покарай меня одного. Неужели недостаточно покарать меня одного, а надо заставлять Верховного бога, духов и богов приносить страдания народу?» И остриг он тогда свои волосы, и раздробил свои руки, и принес свое тело в жертву. Жертвой своей вымолил счастье, и полил тогда большой дождь».

Культ священных рощ у народов Дальнего Востока был связан с культом богов деревьев, наделяемых функциями покровителей растительности и богов плодородия. О существовании постоянного культа рощ в древнем Китае свидетельствуют предписания «Обрядов Чжоу» о принесении жертв рощам и лесам: «Смотритель гор… приносит жертвы согласно установленному ритуалу горным рощам». «Горным рощам приносят жертвы закапыванием». Целенаправленность жертвоприношений лесам и рощам ясна из целого ряда сообщений древних памятников, например: «Горные рощи… могут испускать тучи и насылать дождь и ветер». Свойство деревьев прекращать засуху и даровать желанный («хлебный», «сладкий», «благостный») дождь осознается как вторичное от представлений о богах деревьев — покровителях растительности вообще. В случае засухи или слишком обильных дождей в священных рощах молили о прекращении стихийных бедствий. Священные рощи считались центрами культа плодородия во многих древнекитайских царствах. Так, роща шелковицы была центром культа плодородия царства Сун, а Приморье в XII веке входило в состав Северной Сун. Таким образом, островки шелковицы на территории Приморья являются ничем иным, как остатками древних священных рощ народов, населявших край.

Но не только именно тутовые рощи имели сакральный смысл в Приморье. В 1907 г. Владимир Арсеньев писал: «Строители оставили после себя еще и такие вечные памятники, которые поражают своею остроумною оригинальностью. Так, например, на правом берегу реки Улахе (Уссури), на север от фанзы Чжумтайза (р. Марьяновка, Кировский р-н), есть одинокая гора, покрытая густым хвойным лесом. На южном склоне ее большими просеками посажен дуб в виде китайского иероглифа.

Летом, когда дуб покроется листвою, этот колоссальный иероглиф кажется бледно-зеленым; он резко выделяется из темной зелени хвои. Осенью лист желтеет, тогда буква видна на огромном расстоянии. Весной, когда сухой лист опадет на землю, иероглиф кажется светло-серым и виден не хуже, чем в другое время года».

На острове Петрова в Лазовском районе есть реликтовая тисовая роща. Считается, что она высажена 1200 лет назад искусственно. Деревья в тисовой роще посажены в строго геометрическом порядке. Причем так, что образуют шесть или семь иероглифов. Точно перевести фразу, «написанную» деревьями, никому пока не удалось, но считается, что первый иероглиф означает слово «дерево». Тем не менее на острове есть тис, необычная форма которого делает его «главным иероглифом острова». По словам профессора-океанолога Владимира Ракова, японские ученые предлагали за этот реликт огромные деньги.

«Остров за свою историю действительно оброс легендами. Есть на острове и особый тис, в дупло которого можно прошептать свое сокровенное желание, и оно сбудется. Главное, чтобы желание было выполнимым», — рассказывал Александр Лаптев, директор Лазовского государственного заповедника, на территории которого и находится остров Петрова с его сакральной рощей. Именно она привлекает сюда тысячи туристов.

Еще в 70-е годы круизные лайнеры доставляли на небольшой остров по 350 туристов, но после дефолта 90-х годов остров Петрова не видел туристов целых три года. Затем опять появились первые круизные «ласточки», которые стали привозить сюда иностранцев на экскурсии. В 2014 году приходил небольшой немецкий пароходик — на 100 туристов, в 2015 году их было уже два, на 150 человек каждый. Сегодня священную рощу посещает по 4 тыс. туристов в год.

До сих пор роща наполнена сакральными камнями, на которых, по мнению историков, совершались жертвоприношения богам деревьев. Возраст жертвенников, обнаруженных в роще, оценивается IX–XI веками — временем расцвета шелковичных священных рощ в Приморье.

Юрий УФИМЦЕВ

Комментарии (0)
Отправляя комментарий, вы соглашаетесь с Политикой конфиденциальности.
НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ