"Как я сидел": личные истории предпринимателей Приморья

«Адвокатам ваши проблемы зачастую только на руку»
фото pixabay.com |  "Как я сидел": личные истории предпринимателей Приморья
фото pixabay.com

Многие в прошлом побывали в местах лишения свободы, под следствием, а некоторым, к сожалению, это еще предстоит. В этом отношении можно утешаться народной мудростью: «От сумы и от тюрьмы не зарекайся», но и нужно понимать, что побывавший ТАМ человек уже никогда не будет прежним. И – это факт! – некоторых людей попадание в неволю развивает отнюдь не в худшую сторону. Предприниматели, когда-то попавшие в трудную ситуацию, рассказали нам об этом.

«Управлять бизнесом из-под ареста невозможно»

Бизнесмен и председатель Приморского краевого отделения общественной организации «Опора России» Виталий Гуменюк был задержан во Владивостоке 24 июля 2015 г. 25 июля его поместили под домашний арест. Уголовное дело по ст. 163 УК РФ («Вымогательство») в отношении Гуменюка было возбуждено еще в октябре 2014 г. Прекратили дело 4 мая 2016 г.

— Возбуждение уголовного дела и арест были полной неожиданностью для меня, — вспоминает Гуменюк. — Пришлось управление бизнесом переложить на плечи супруги. Это оказался единственный мне близкий человек в Приморье, других родственников у меня здесь нет. Жене пришлось очень быстро вникать в тонкости моего дела. Предприятия я ни на кого не переписывал.

Конечно, в таких ситуациях бизнес оказывается под угрозой. Предприниматель лишен элементарной возможности выписать нотариальную доверенность, когда он находится под стражей. Если следователь не разрешит, то нотариус в СИЗО либо к находящемуся под домашним арестом приехать не сможет. Человек вроде бы и не осужден, по букве закона не виноват, но фактически совершенно бесправен в такой ситуации.

Один из бизнес-проектов, которым я занимался лично, имел обязательства перед банками. Я не мог им управлять из-под домашнего ареста, и проект разорился. Бизнес не может управляться в отсутствие человека, который его создавал. Но передавать управление первому попавшему родственнику я бы не советовал. Необходимо, чтобы и ваш заместитель имел представление о бизнесе.

Насколько реально управлять предприятием из-под ареста?  Я таких случаев не знаю. Думаю, человек в заключении не в том состоянии, чтобы созидать. В лучшем случае можно попытаться сохранить то, что есть. Хочу сказать, что «Опора России» пытается помочь предпринимателям, попавшим под арест, даже и не членам нашей организации. Основное оружие: открытость, публичность. Тогда следствию бывает тяжело. Многое зависит от стойкости предпринимателя, стремления выйти из ситуации правильным путем. Для человека пребывание под арестом — это огромный стресс, многие ломаются. В 9 случаях из 10 бизнес рушится.

«Обучайте родных вести ваш бизнес»

Владелец крупного рынка в краевом центре, в настоящее время пребывающий в местах лишения свободы, удержал бизнес в собственности. Он согласился говорить без упоминания имени:

— Готов ли я был к аресту?  Дело в том, что я не совершал никакого преступления. Прилетел в Россию, чтобы разобраться во всем, хотя жена отговаривала. Арестован был по обвинению в том, что оклеветал прокурора г. Владивостока Дмитрия Романченко, который в 2014 г. был уволен из органов.

Вообще, сохранить деньги сложнее, чем заработать. Как подсчитали в США, из 100 долларовых миллионеров к 50 годам остается на плаву три-четыре человека.

После того, как за мной пришли, уже несколько лет минуло. Но бизнес до сих пор работает. Конечно, в беде помогают и хорошие юристы.

Каждый из нас хочет рискнуть, пошиковать, и при этом совершает ошибки. А в море капитализма плавают акулы! Поэтому за моральным обликом предпринимателю нужно следить. Я жил в США, где богатые американцы живут, так сказать, «в ракушке», иного не дано. Хотя там бизнесмен гораздо лучше защищен. Рейдерские захваты наказываются сроками от 25 лет до пожизненного, и желающих этим заниматься крайне мало.

У нас более-менее успешный бизнесмен сразу начинает заводить молодых любовниц. Это большая ошибка, особенно если девушка, к примеру, ваша секретарша. Женщину могут подсунуть конкуренты, чтобы развалить бизнес. Не менее огорчительно будет, если любовница объявит вашей жене, что беременна…

Да, у меня были деньги, я мог многое себе позволить, но мой офис находился в подвале и ездил я на «Жигулях».

Второе. Нужно привлекать к работе родственников, жену или брата, показывать им, как ведется бизнес. Если предприниматель попадет в места не столь отдаленные, от чего никто не застрахован, то эти люди смогут руководить в его отсутствие. Вы ставите исполняющего обязанности генерального директора, жена, будучи председателем совета директоров, может управлять. Читайте законы, как устроено акционерное общество, корпоративное управление — ничего сложного.

Впрочем, не всем друзьям и даже родственникам можно доверять. Зачастую бывает, что именно они первые и хотят вас ограбить. Обязательно нужно соблюдать дистанцию с друзьями в бизнесе. Нельзя ходить в баню, отдыхать, выпивать вместе.

На предприятии все следует делать по закону: выполнять санитарные, противопожарные и другие требования, платить налоги. Тогда проверяющие органы вас и беспокоить не будут. Коммерсанты сами дают повод, чтобы их «доили».

Напоследок простое, но важное правило: никогда не занимайте деньги сами и не давайте никому в долг! Из-за этого в основном предпринимателей и убивают. Нужны деньги — иди в кредитную организацию.

«Провести собрание акционеров из СИЗО не проблема»

Председатель совета директоров группы компаний «Зеленые листья» Виктор Марченко был арестован в 2006 г., через 10 дней после шокировавшего всю страну пожара в здании «ПромстройНИИпроекта», когда в огне погибли люди. Ему, как собственнику помещений в этом здании, предъявили обвинение по ч. 3 ст. 219 УК РФ («Нарушение правил пожарной безопасности, совершенное лицом, на котором лежала обязанность по их соблюдению, повлекшее по неосторожности смерть двух или более лиц». Про полученный далее опыт управления бизнесом из-под стражи Марченко рассказывает впервые:

— Вопрос доверия к партнерам — один из самых сложных. Будучи под арестом, приходилось доверять, и не всегда этот опыт был успешен.

Заключение под стражу стало для меня полной неожиданностью. Находился в командировке в Москве и увидел по телевизору, что горит мое здание. Прилетел в Приморье. Трагедия случилась 16 января, 26-го мне сказали, что есть вероятность ареста, 27-го взяли под стражу. Подготовить бизнес к этому не удалось.

Мне лично с передачей полномочий заморачиваться не пришлось. В то время я уже не был генеральным директором конкретных предприятий, а только основным собственником, членом советов директоров, председателем совета директоров. У всех компаний были генеральные директора, миноритарные акционеры. Эти люди активно участвовали в бизнесе и оставались на контроле в мое отсутствие.

Привлекать ли к управлению родственников, пока вы на свободе? Я работаю с друзьями и родственниками, в том числе с женой. К близким людям у меня более высокие требования, чем к наемным работникам. Поэтому родным со мной работать тяжелее, чем посторонним.

Вообще, все сильно зависит от человека. Понятно, что априори родственник вызывает определенное доверие, но в большинстве случаев он не профессионал. Развивать и приумножать бизнес родные люди, как правило, не могут. Не факт, что смогут даже и просто сохранить его. Одно дело предприятие как структура, другое — взаимодействие с контрагентами. Можно удержать на плаву молокозавод как производство, но долю на рынке молочной продукции можно потерять буквально за неделю.

Насчет контроля. В современных условиях человек даже в местах не столь отдаленных частично может быть в курсе дел. Обычно связь с волей остается — для того, кто хочет ее поддерживать. Сотовыми телефонами в СИЗО пользуются, хотя это и запрещено. Можно даже провести собрание акционеров заочным образом, посмотреть текст протокола.

Как подстраховаться от потери имущества?  Один из приемов, который хорошо работает с недвижимостью: имущество обременяется залогом, который регистрируется в ФРС. При этом предприятие-залогодержатель находится под вашим же контролем.

В этом случае снять залог без вашего согласия невозможно, продать имущество нельзя. Можно отдать в обременительную аренду, оттуда выручить собственность проще. Если предприятие берет кредит и его имущество находится в залоге у банка, это играет положительную роль: пока заемные деньги банку не вернутся, это имущество отчуждать нельзя.

Адвокат — полезный специалист уже в конкретной ситуации, когда возникает опасность отъема имущества. Управлять бизнесом он не сможет, не его компетенция.

«Если факты вас касаются, то вы однозначно «присядете»

Бывший депутат ЗС ПК предприниматель Дмитрий М. провел под арестом 2006–2009 гг. Сохранить бизнес ему не удалось, но сегодня он считает, что это возможно:

— Тактика правоохранительных органов заключается в следующем. Чтобы не спугнуть предпринимателя (обычно их обвиняют в мошенничестве, ст. 159), уголовное дело заводят по факту преступления. Когда пришла повестка, я пришел в полицию в качестве свидетеля. Вернулся домой и посмеялся, мол, из-за такой ерунды завели дело. Супруга, помню, тогда сказала: «Дима, а вдруг ничего смешного ..»

Если факты каким-то боком вас касаются, то вы однозначно «присядете». Поэтому на первой стадии следствия нужно не апеллировать к ст. 51 Конституции, которая дает право не давать показания против самого себя и близких родственников, а доказывать следствию свою невиновность. В полиции тоже работают люди, которые могут ошибаться. В суде оправдываться уже поздно.

Арест для предпринимателя — это, прежде всего, репутационные риски. Зачастую бизнесмены, имея большой круг общения, молчат о факте возбуждения уголовного дела. А когда случается арест, то партнеры, контрагенты, потребители услуг начинают формировать свое мнение. Как правило, реагируют они негативно. Люди отсекаются. В этом была и моя ошибка.

Надо было, когда начал догадываться о скором аресте, формировать у ближнего окружения адекватное мнение. Мы же, как могли, скрывали факт уголовного преследования. И когда меня взяли под стражу, то рядом никого, кроме супруги, не осталось. А если бы имелась сформированная позиция, план действий на случай «посадки», то смог бы на кого-то опереться и сохранить бизнес.

Бизнес был утерян полностью, как мой, так даже и тот, которым занималась супруга. В органах нашим партнерам посоветовали «все как можно быстрей забирать» и уходить, «его посадят». Хотя бизнес и не был связан с обвинением никак. Не взяли бы меня под стражу — дело сохранилось бы. Никто лучше владельца не знает бизнеса, и, как только убирают собственника, то дело рушится. В особенности это касается малого бизнеса.

Что же касается адвокатов, с ними надо быть крайне аккуратными. Зачастую им только на руку ваши проблемы. А вот юристы-хозяйственники мне лично очень помогли. Допустим, в сохранении квартиры в новостройке. При обыске изъяли оригинал договора долевого участия. Жилье еще не было зарегистрировано в собственность. Застройщик не хотел отдавать квартиру, но юристу удалось мое имущество отстоять.

«Меня ломают по всем направлениям»

Некогда основной актив арсеньевского предпринимателя Андрея Павленко — лесозаготовительное предприятие — находится в процедуре банкротства. Тем временем против него заводятся уголовные дела, а сам Павленко прикован к больничной койке. Естественно, настойчивое внимание правоохранительных органов здоровья не добавляет.

— В 2000-х годах я сделал соучредителем компании своего знакомого, который обещал помочь с поиском новых клиентов, — рассказал Павленко. — Пришлось мне с ним расстаться, разделив бизнес, — я отдал лесоучасток. Некоторое время мы работали порознь. А потом бывший партнер обратился в полицию. У меня изымались документы, базы данных, и это все активно использовали мои оппоненты.

Супруга бывшего партнера стала руководителем ООО, меня отстраняли от руководства предприятием, я восстанавливался через суд. Делили предприятие в арбитраже, тем временем на меня заводились уголовные дела. Первое сейчас находится в суде, по статье 160 («Присвоение или растрата») — меня обвиняют в том, что я якобы израсходовал 16 тысяч чужих рублей на уплату штрафов. По второму (ст. 201, «Злоупотребление полномочиями») меня обвиняют в передаче лесного фонда. Не так давно завели третье, по ст. 159 («Мошенничество») — по факту продажи собственности якобы по более низкой цене, чем это возможно. Хотя на деле я продал имущество дороже, чем купил. Все эти дела возбуждены по фактам, которые имели место в 2013–2014 гг. Сейчас обещают возбудить еще одно уголовное дело — о преднамеренном банкротстве.

У меня большие проблемы со здоровьем, последнее время лечился во Владивостоке, перенес две полостные операции. «На нервах» — проблемы с онкологией, плохо функционирует иммунная система, был сепсис кишечника, беспокоит нога. В больницу приезжали следователи и оперативники из Арсеньева, давили на врачей. Обещают меня взять под стражу, мол, в СИЗО лечение предусмотрено. Но я употребляю препараты, которые и на воле достать непросто, а в тюремной больнице я долго не протяну.

Меня бьют и ломают по всем направлениям. Естественно, партнеры и клиенты испытывают все меньше желания работать со мной. Бизнес трещит по швам. А ведь когда-то моя компания была крупным налогоплательщиком в Арсеньеве.

Читайте Konkurent.ru в
Яндекс Новости - KONKURENT.RU Google Новости - KONKURENT.RU
Комментарии (1)
Отправляя комментарий, вы соглашаетесь с Политикой конфиденциальности.
Юрий 2 года назад
0 0
Надо почитать тем кто хочет взять гектар в Приморье, следователи, прокуроры, ФСБ, они все хотят стать бизнесменами
НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ